Гошка валялся на немного жестковатой лежанке в своей каюте, закинув руки за голову, и бездумно разглядывал матовый серебристый потолок над головой.
В памяти один за другим выплывали яркие эпизоды последних суток, когда их отряд с боем прорвался на космический корабль «Разлука» и улемаг Шимм поднял его в Космос.
Он снова видел завалившуюся на бок «косточку» и младшего сержанта воздушно-десантных войск Романа Березу, который, стоя во весь рост, прикрывал непрерывным огнем из двух лучеметов Шимма, пока тот возился с грузовым люком.
Впрочем, их налет был так быстр и внезапен, что улемаги так и не опомнились как следует. А тех, кто опомнился, лучеметы Романа Березы быстро заставили отыскать укрытие понадежней.
Перебежать из «косточки» в нутро космического корабля после того, как Шимм открыл люк, было делом нескольких секунд. А дальше… Вот они поднимаются в лифте. Вот бегут по овальному в сечении коридору в рубку «Разлуки». «Быстрее, быстрее», — торопит Шимм. Вот и рубка. Настоящая рубка настоящего межзвездного корабля! Но рассматривать окружающие Гошку чудеса инопланетной техники некогда. «Все ложитесь на пол! — командует Шимм. — Нас ждет перегрузка. Не бойтесь и постарайтесь дышать глубже!»
Да… Перегрузка оказалась неприятной штукой. Но еще хуже оказалась невесомость.
Гошка вспомнил тошнотворный комок в горле и себя, беспомощно барахтающегося под потолком рубки, и поморщился. Нет уж… Романтика романтикой, но самое лучшее — это обычная сила тяжести. Впрочем, неприятные ощущения длились сравнительно недолго — «Разлука» быстро легла на обратный курс к планете Древних, который уже был заложен в бортовой компьютер. Теперь они шли в обычном Космосе с обычным (погони не было) ускорением 9,8 м/сек, чтобы набрать скорость, достаточную для перехода в гиперпространство. Так объяснил им Шимм.
Потом улемаг с видимым удовольствием показывал им свой корабль.
Было заметно, что Шимм очень гордится «Разлукой» и любит ее. Такое отношение к технике было понятно только людям и отчасти гному Рамсею. Эльфы, Илувар и Сиэтар проявляли лишь вежливый интерес, а остальные члены отряда прикладывали, по мнению Гошки, немалые усилия, чтобы скрыть явную скуку, — их больше поражала не «Разлука», а само то, что они находятся за пределами родной планеты, в необъятном и необъяснимом великом Космосе. У Гошки вообще возникло подозрение, что, скажем, гоблин Жугр до вчерашнего дня в глубине души верил, что Земля все-таки плоская. Во всяком случае, его совершенно обалдевший вид, с которым он торчал у экрана наружного обзора, свидетельствовал в пользу данного предположения.
Да, Земля-два выглядела из Космоса просто восхитительно — эдакое голубое чудо на черно-бархатном фоне, и они все вместе долго рассматривали ее материки и океаны, очертания которых отнюдь не во всем, кстати, совпадали с очертаниями материков и океанов Земли-один, хотя и были похожи. Но и межзвездный улемаговский корабль «Разлука» произвел на Гошку просто-таки ошеломляющее впечатление.
Еще вчера Гошке казалось, что его способность удивляться чему бы то ни было полностью себя исчерпала.
Еще бы!
Больших и малых чудес, выпавших на его долю за последние дни, хватило бы, наверное, на добрую сотню любознательных мальчишек и девчонок — и еще бы осталось. Но настоящий межзвездный корабль, да еще инопланетный к тому же… Что ни говорите, а нет, наверное, на свете мальчишки, который бы не отдал все свои мальчишеские сокровища и год жизни в придачу за возможность, которая выпала Гошке Рябинину, — совершить межзвездный полет.
Да, подумал Гошка, вот уж повезло, так повезло — ничего не скажешь. Эх, жалко, что никому про это рассказать будет нельзя, когда вернемся, — все равно ведь не поверят, да еще и засмеют вконец к тому же… А здорово было бы собрать во дворе верных друзей и в подробностях поведать им про Окна, про чудесный мир Земли-два, про эльфов и гномов, а также прочих представителей Маленького Народца, про Карпатского Велета и улемагов… Гошка даже зажмурился и ясно представил себе раскрытые рты и удивленно-завистливые глаза своих друзей. Нет, не получится. Говорят, ври-ври, да не завирайся. Он бы и сам первый не поверил в подобную историю, вздумай кто из пацанов или девчонок такое рассказать. Впрочем, у девчонок воображения бы не хватило, вот разве что у Шурки Уваровой, но она и так здесь. Хоть с Шуркой можно будет вспоминать обо всем, подвел итог своим размышлениям Гошка и вознамерился встать с кровати и отправиться в рубку, но тут по внутрикорабельной связи раздался голос улемага Шимма:
— Внимание! Всем членам экипажа «Разлуки»! Через пять минут корабль войдет в гиперпространство! Приказываю всем занять лежачее положение. Повторяю…
Гошка вздохнул и постарался поудобнее устроиться на кровати. Очень, конечно, хотелось (прямо так и подмывало) пробраться в рубку и поглядеть, как обычное пространство, усеянное мириадами разноцветных звезд, превратится в неведомое и таинственное «гиперпространство», но нарушать приказ Шимма… Гошка почувствовал, что кровь прилила к его лицу при воспоминании о том, как вчера его сурово и беспощадно отчитали Илувар и Роман за то, что он без спроса залез в космошлюпку с целью досконального ее, космошлюпки, изучения. И правильно, еще раз вздохнув, подумал он, надо было меня еще и за уши отодрать. На любом порядочном космическом корабле должна быть дисциплина, без нее далеко не улетишь…
Впрочем, словно идя навстречу Гошкиным пожеланиям, прямо над дверью его каюты загорелся небольшой экран — как будто в переборке корабля открылась дырка прямехонько в Космос.
— Желающие могут наблюдать переход из обычного пространства в гиперпространство непосредственно из своих кают по малым обзорным экранам, — бесстрастно сообщил голос Шимма.
Гошка жадным взглядом вперился в экран.
— Минута до перехода, — сообщил Шимм.
Гошка несколько раз глубоко вздохнул, стараясь унять волнение.
— Тридцать секунд… пятнадцать… десять… девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, две, одна… Переход!
Гошке показалось, что как-то странно, будто складываясь, качнулись стены и косо встал потолок. Он сморгнул, тряхнул головой… Да нет, все, кажется, в порядке. Только вот экран уже не открывался в черную и как будто живую глубину Космоса, а светился ровным равнодушно-серым светом.
Последующие три дня команда «Разлуки» занималась составлением планов по уничтожению Монстра Зла, которые, по зрелом размышлении, отметались так же легко, как и создавались.
— На крайний случай, — жутковато улыбнулся гоблин Жугр после одного из совещаний, — мы всегда можем взорвать звезду, а вместе с ней сгорит и вся эта… планетная система. Думаю, что Монстру не удастся выжить в таком катаклизме.
— Нахватался ты словечек, как я погляжу, — фыркнула Равина. — Катаклизме… надо же!
— И каким же образом ты собираешься ее взрывать? — прищурился на Жугра домовой Макар.
— Так ведь Шимм рассказывал! — обрадованно хлопнул себя по лбу Рамсей. — Направим внутрь звезды корабль какой-нибудь — и дело с концом!
— А что? — встрепенулся леший Лес. — По-моему, хорошая мысль…
— Нет, — испуганно захлопал всеми тремя глазами Шимм. — Этот способ не годится!
— Почему? — осведомился Жугр.
— Вы забываете, — печально оглядел присутствующих улемаг. — Вы забываете о знаниях и научных достижениях, которые хранятся на планете Древних и без которых нам, улемагам, вряд ли удастся восстановить свою расу.
— М-мда, это верно, — пробурчал Лес. — Негоже забывать о своих близких.
— Да ладно! — беспечно махнул рукой Гошка. — На месте разберемся, чего там…
— Видимо, так и поступим, — подвел черту Илувар. — В конце концов, я думаю, что мы, эльфы, с помощью Леса, Макара, Рамсея, Равины и Жугра сумеем обнаружить на планете Монстра и выяснить, где он находится. Ну а там… Найдем способ, как выковырять его наружу, или уничтожим прямо под землей. На планете Древних ведь есть оружие?
— Есть, — подтвердил Шимм. — И много. Только в нем еще нужно разобраться.
— Разберемся, — усмехнулся Роман. — Уж в чем-чем, а в оружии человек всегда разберется.
К концу первого дня после выхода из гиперпространства планета Древних выросла до размеров грецкого ореха на обзорном экране, а затем и арбуза.
Все собрались в обширной рубке «Разлуки» и с затаенной опаской наблюдали, как растет оранжевый, с белыми размывами облаков, шар.
— Слушай, Шимм, — неожиданно обратился к улемагу Роман Береза. — А у вас, улемагов, на лице волосы растут?
— Н-нет, — запнувшись, ответил удивленный Шимм. — У нас вообще нигде волосы не растут. А почему ты спрашиваешь?
— Побриться хотел, — грустно вздохнул десантник и провел ладонями по густо заросшим многодневной светлой щетиной щекам. — Зарос весь. Надоело. И чешется…
— Что ты, Роман! — всплеснула руками и крыльями Равина. — Тебе очень идет!
Все собрались в обширной рубке «Разлуки» и с затаенной опаской наблюдали, как растет оранжевый, с белыми размывами облаков, шар.
— Считаешь?
— Обожаю небритых мужчин. Они сразу становятся такими мужественными!
— Тогда ладно, — неуверенно улыбнулся младший сержант.
Когда через несколько часов «Разлука» пошла на посадку, ее экипаж размещался в противоперегрузочных камерах и был готов к дальнейшим приключениям.
Монстр ждал.
Он умел ждать долго и терпеливо, но на этот раз его одолевало смутное беспокойство, позже переросшее в чувство неотвратимой беды.
Что-то случилось там, на той планете, куда отправились улемаги. Какие-то силы, неподвластные его воле, вмешались в хорошо просчитанный ход вещей. Монстр чувствовал это так же, как собака чувствует приближение землетрясения. И вместе с этим чувством сначала пришло беспокойство, а потом и страх. Да. Беспокойство и страх.
Он уже почти забыл, что это такое — страх. И вот теперь пришлось вспомнить. А вспомнив, принимать решение, ибо не таков был Монстр, чтобы просто так подчиниться обстоятельствам и сдаться без всякой борьбы.
Враждебный корабль с разумными существами на борту, которых он не сможет подчинить своей воле (он знал это абсолютно точно), неотвратимо приближался к обиталищу Монстра. Он уже ощущал присутствие этих существ там, на орбите планеты, за тонкой металлической оболочкой космического корабля. Скоро, очень скоро корабль сядет, и ему, Монстру, необходимо будет себя защитить.
Но как?
Он усиленно размышлял над этим, перебирая различные варианты, и решение пришло. Единственное возможное решение.
Собственно, оно, это решение, зрело уже давно, и если бы улемаги не наткнулись на планету Древних, Монстр рано или поздно пришел бы к этому решению, которое состояло в том, чтобы ВИДОИЗМЕНИТЬСЯ.
Да, в крайнем случае, когда возникала угроза самому его существованию, он мог и должен был видоизмениться, а изменившись, он получал возможность передвигаться в пространстве, обретал конечности и органы чувств, как у любого разумного существа (в своем теперешнем состоянии Монстр представлял собой желеобразную органическую массу, заполняющую собой громадные внутренние пустоты планеты).
Итак, измениться.
И хотя при этом большая часть Монстра должна была отмереть, а та, что останется, потерять практически всю свою невероятную по мощи гипнотически-телепатическую силу, но все же это было сделать необходимо, так как Монстр прекрасно понимал, что ему в его теперешнем состоянии не устоять против пришельцев, на которых не действуют его злые чары и которые обладают полной свободой передвижения, подкрепленной технической мощью планеты Древних.
Почему-то в последний момент Монстру показалось, что решение, к которому он пришел, уже когда-то, давным-давно, было им предсказано самому себе и что вообще это и не изменение вовсе, а возврат к какой-то его первоначальной сущности… Впрочем, прошли тысячелетия и тысячелетия, и воспоминания совсем стерлись, а восстанавливать их сейчас уже совсем не было времени. Нужно было пользоваться шансом.
И Монстр этим шансом воспользовался.
— Его здесь нет, — медленно поворачивая голову из стороны в сторону и полуприкрыв глаза, сказал Илувар. — Я его не чувствую. Вернее, почти не чувствую. Кто-то или что-то вроде как присутствует. Но это или очень далеко, или это не Монстр Зла. А вы как?
— Никак, — буркнул Рамсей. — Если уж ты, эльф, не чуешь, то я, гном, и подавно.
Лес, Равина, Жугр и Макар молча покачали головами.
— Кто-то есть, это точно, — сказал Сиэтар. — Правда, я тоже не могу определить, кто это и где находится. Но такого существа, которое описывал нам Шимм и существование которого подтвердил Карпатский Велет, здесь нет. Подобную силу мы бы почувствовали сразу.
Полчаса назад «Разлука» приземлилась на одном из космодромов Древних. Именно отсюда, по словам Шимма, стартовали улемаги и именно здесь они сели на планету первый раз и попали под власть Монстра Зла.
Экипаж «Разлуки» собрался в рубке и долго разглядывал открывшийся на обзорном экране пейзаж.
Светло-фиолетовая равнина. Кубы, параллелепипеды, купола и сферы космопорта и города Древних. Горы на горизонте. Оранжевое небо с обрывками облаков.
Как ни странно, но Гошка не испытывал особого волнения оттого, что ступил на другую планету. Гораздо больше его беспокоило, что на этой самой планете есть Монстр Зла, а вернее — что его НЕТ.
— А это точно то самое место, Шимм? — несколько бесцеремонно спросил Гошка улемага.
— Обижаешь, — в тон ему ответил пилот «Разлуки».
— Что будем делать? — осведомилась Равина.
— Вылазку, — коротко бросил Илувар. — Нужно делать вылазку. Возможно, броня корабля гасит мозговое излучение Монстра и…
— Не нравится мне это, — вмешался Роман Береза. — Насколько я помню рассказ Шимма, броня «Разлуки» не помешала Монстру овладеть волей улемагов. С тех пор броня другой не стала. Так в чем же дело?
— Может, он умер? — с надеждой в голосе предположила Шурка Уварова.
— Или уснул, — задумчиво проговорила вила Равина. — А что… Ждал-ждал возвращения улемагов и опять уснул.
— Кх-хе! — прокашлялся гоблин Жугр. — Я согласен с Романом. Не нравится мне это.
— Шимм, — вмешался в разговор Сиэтар, — скажи, когда ИМЕННО ваша экспедиция попала под гипнотический удар Монстра?
— Насколько я помню, сразу же после посадки, — немного подумав, ответил пилот.
— То есть, получается, что Монстр ЗНАЛ о вашем приближении.
— Почему… а, да… иначе действительно прошло бы какое-то время, прежде чем он нас… да.
— Ты хочешь сказать… — начал Илувар.
— Я хочу сказать, что у нас нет оснований предполагать, будто Монстр и сейчас НЕ ЗНАЛ о теперь уже НАШЕМ приближении к планете. Представьте себе, что он почуял нас издалека и понял, что мы направляемся на планету Древних отнюдь не с целью подарить ему букет цветов. Он ведь мощный телепат. Что тогда?
— Он подготовился, — быстро ответил Роман. — Я бы, например, на его месте точно подготовился. Принял бы меры, так сказать.
— Вот именно, — кивнул головой Сиэтар.
— М-мда, логично, — прокомментировал молчавший до этого леший Лес. — Но только вот знать бы, какие именно меры…
— Без разведки все равно не обойтись, — потер подбородок Илувар.
— Верно, — согласился Лес. — Но разведку следует производить осторожно. Нельзя делать вылазку сразу всем. Кто-то должен остаться на корабле.
— Ну, это само собой разумеется! — воскликнул Шимм.
— Давайте в разведку пойду я, — предложил Роман. — Все-таки я этому делу специально обучен. Не возражал бы против участия Сиэтара, Рамсея, Жугра и Леса. Хорошо бы, конечно, взять с собой Шимма, но он — единственный пилот, им нельзя рисковать. А Илувар — начальник экспедиции.
— Эй! — воскликнула вила Равина. — Я тоже с вами!
— Э-э… — в затруднении промямлил Роман, — ты, Равина, все-таки женщина, а дело это мужское и…
— Чепуха какая! — фыркнула Равина. — Мужское, женское… Если хочешь знать, мы, вилы, владеем всякой магией зачастую не хуже эльфов. И потом… тебе ведь наверняка пригодится разведка с воздуха, а?
— Если здесь есть воздух, — заметил Роман.
— Воздух тут есть, — вздохнул Шимм. — И воздух вполне нормальный, без всяких там болезнетворных микроорганизмов. Мы, во всяком случае, таковых не обнаружили.
— Ага! — победно поглядела на Романа Равина.
— Ладно, — согласился десантник. — Пусть будет так. Илувар, ты не против такого состава разведгруппы? Или, может, у кого-нибудь есть иные предложения? Я понимаю, что идти хочется всем, но… вы сами понимаете.
Конечно, у Гошки, Шурки и домового Макара были иные предложения, однако они смолчали, понимая, что не найдут веских аргументов в пользу этих самых предложений.
— Что ж, — подытожил Илувар. — Готовьте вездеход, Шимм.