Вернувшись в Вену и купив билет на вечерний поезд до Будапешта, Штюцль решил прогуляться по центру столицы. Он неспешно пообедал в кафе, заглянул в несколько магазинов, а когда пробило шесть часов, свернул в узкую улочку и зашел в знакомое заведение, над входом которого висела вывеска в виде червового туза.

В довольно просторной, уютной прихожей Маркуса встретила пышнотелая женщина в красном шелковом платье.

— Добрый вечер, герр инженер! — томно улыбаясь, проговорила она. — Что-то вас давно не видно.

— Работа, фрау Майзе, — развел руками Штюцль.

— Но ведь надо иногда и отдыхать, — заметила хозяйка. — Кого сегодня возьмете?

— Гертруду, на час.

— Вы, как всегда, не оригинальны, герр инженер. У меня ведь есть и другие девушки. И чем она вас так зацепила? — поинтересовалась фрау Майзе.

Маркус пожал плечами.

— А может, все-таки передумаете? — настаивала хозяйка. — Вы сегодня первый посетитель, все девушки свободны.

— Нет, спасибо, — отрезал Штюцль, подавая ей горсть монет.

— Ну, как знаете, — примирительно сказала фрау Майзе, записывая у себя в блокноте.

Инженер поднялся по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж и, миновав несколько дверей по обеим сторонам длинного, узкого коридора, вошел в нужную комнату. Почти половину ее занимала огромная кровать, у которой притаилась маленькая тумбочка. На полу лежал роскошный, но уже слегка полинялый ковер. Оклеенные бледно-голубыми обоями стены отражали белый свет, проникавший из закрытого легкой занавеской окна, отчего в комнате царил мягкий полумрак. На изящном венском стуле перед стоявшим на столе большим резным зеркалом сидела одетая в легкий бежевый халат молодая темноволосая девушка с резко очерченными дугами бровей над серыми глазами, прямым носом и тонкими губами. Гордо приподнятый подбородок открывал длинную грациозную шею, казавшуюся в сумраке комнаты белой, как снег. «Антилопа!» — пришло на ум Маркусу, в восхищении застывшему на пороге.

Девушка включила настольную лампу, чтобы рассмотреть вошедшего. Штюцль поморщился, привыкая к яркому свету.

— А, это ты, Маркус? — глубоким грудным голосом произнесла девушка, обнажая в широкой улыбке ряд белоснежных зубов. — Тебя давно не было.

— Здравствуй, Герти! — поздоровался инженер. — Да, со времени моего отпуска прошло, наверное, месяца два, даже больше. Все работа! — вздохнул он.

— Мой бедненький Маркус! — жалобно проговорила девушка, ласково опуская голову на его широкую ладонь. Штюцль стал нежно перебирать пальцами пышные волосы Герти.

— А ну-ка, признавайся, сколько раз мне изменила, пока меня не было? — игриво поинтересовался инженер.

— А ты ревнуешь? — кокетливо улыбнулась девушка.

— Конечно, ревную, милая! — Маркус поцеловал ее в волосы. — Такое сокровище пропадает зря!..

Герти слегка отстранилась от инженера, поправляя волосы.

— Ты на сколько времени? — холодно спросила она.

— На час.

— Почему так мало? — капризно нахмурилась девушка. — Мы же давно не виделись. И посетителей пока еще нет.

— Знаю, Герти! Дела… — опавшим голосом сказал Штюцль.

— Тогда нам надо торопиться, — лукаво улыбнулась девушка, поднимаясь со стула и сладострастно выгибая стройный стан. — Посмотрим, на сколько тебя сегодня хватит…

Маркус впился поцелуем в ее смеющиеся губы, чувствуя, как его уносит водоворот страсти…

Когда буря улеглась, Штюцль немного задремал, обняв Герти. Та легко провела пальцами по его волосам.

— Маркус!.. Маркус!.. — шептала она.

Инженер что-то невнятно пробормотал, преодолевая сон.

— Ты надолго в Вене?

Штюцль отрицательно промычал.

— А когда уезжаешь?

Маркус открыл глаза.

— Сегодня.

— Сегодня?… — разочарованно протянула девушка. — Тогда мог бы и не приходить ко мне.

— Ну, милая, ты же знаешь, что у меня всегда много работы, — инженер стал гладить Герти по щеке, атласной шее. — Сегодня вечером я еду в Будапешт.

— А когда обратно?

— В Будапеште я пробуду день или два, потом отправлюсь в Дрогобыч…

— Где это?

— В Галиции, там добывают нефть. В Дрогобыче тоже пробуду день и поеду обратно в Вену. Так что через три-четыре дня я снова увижусь с тобой.

Штюцль поцеловал девушку.

— Привези мне что-нибудь в подарок из Галиции, — попросила Герти. — Это так далеко!.. Знакомый гусар говорил мне, что там живут одни жиды и медведи.

Маркус рассмеялся.

— Он хотя бы раз там был, твой гусар? Никогда не верь этим воякам, они мастера морочить головы девушкам.

— Ты все-таки ревнуешь! — улыбнулась Герти.

— Ревную! — прорычал Штюцль и стал осыпать поцелуями лицо, шею, грудь девушки.

— Перестань, мне щекотно!.. — заливалась та звонким смехом.

— Все, мне пора! — решительно поднялся с кровати инженер, наскоро умылся в стоявшем в углу тазу и стал одеваться. Через несколько минут он был готов.

— Пока, Герти! — поцеловал Маркус девушку на прощание. — Скоро вернусь.

— Буду ждать! Не забудь про подарок! — крикнула она вслед инженеру.

Через час Штюцль садился на Восточном вокзале в поезд до Будапешта. Людей на перроне почти не было, поэтому Маркус обратил внимание на бородатого человека с птичьим носом и глубоко посаженными глазами, который, как показалось инженеру, подозрительно посмотрел на него долгим, пронзительным взглядом.