В полдень Штюцль приехал на верфь Уайтхеда, которая находилась на западной окраине Фиуме. Несколько длинных белых двухэтажных зданий под черепичными крышами располагались на берегу моря. В одном цехе строили морские суда, в другом — подводные лодки, отдельное здание занимала торпедная фабрика. Маркус уже был на верфи несколько раз по поручению Лангеггера, поэтому инженер привычной дорогой зашел в небольшое строение, где размещалась дирекция, и поднялся в приемную. Секретарь-итальянец с блестящими черными волосами и маленькими усиками пропустил Маркуса в кабинет директора.

За ореховым письменным столом под портретом императора Франца II сидел плотный человек с рыжеватыми волосами и бакенбардами, обрамлявшими широкое бритое лицо. Темные глаза над тонким носом смотрели внимательно, но никогда не выдавали истинных чувств. Небольшое помещение было буквально заставлено мебелью. Помимо письменного стола с несколькими венскими стульями в кабинете находилась высокая этажерка с книгами и папками, огромный шкаф, сейф и круглый журнальный столик с кипой газет.

— Добрый день, герр Штюцль! — поднялся директор, протягивая руку инженеру.

— Добрый день, герр Колтон! — пожал ему руку Маркус.

— Рад вас видеть. Давно у нас не были.

— Да, представьте, только сегодня вернулся из командировки в Вену.

— И вас тут же послали к нам в Фиуме! — покачал головой директор. — Я всегда говорил, что Лангеггер не бережет своих людей.

— У нас на верфи всегда много дел, герр Колтон.

— С чем вы пожаловали к нам на этот раз?

— Дело в том, что на нашей новой подлодке произошел взрыв… — Штюцль устремил свой взгляд на директора.

— Да, я слышал об этой ужасной трагедии, — сочувственно произнес Колтон. — Мои соболезнования!..

Инженер не заметил ни в словах, ни во взгляде директора ничего подозрительного. Кажется, он говорит искренне, без капли лицемерия.

— Причиной взрыва могла стать детонация боезапаса, — продолжал Маркус. — Поэтому нам нужны несколько ваших торпед для проведения расследования.

— Я, конечно, могу доставить вам в Полу несколько торпед, но почему вы не хотите провести расследование на нашей верфи? У нас есть специальная установка для испытаний торпед. Вы нам не доверяете?

— Ну, если вы настаиваете… можем провести расследование и у вас…

— Я уже не говорю, что брак торпеды совершенно исключен: наша продукция проходит три степени проверки.

— Так говорят на всех предприятиях, герр Колтон. Но ведь кто-то допустил оплошность. Не может так быть, чтобы полностью исправная подлодка взорвалась. Вот вы тоже строите у себя на верфи субмарины, может, подскажете, что могло взорваться на нашей подлодке? — спросил инженер, внимательно всматриваясь в лицо директора.

— Я понял ваш намек, герр Штюцль, и, честно говоря, это оскорбительно!

— Какой намек? — испугался инженер. Неужели он перестарался?

— Теперь я понимаю, зачем вы ко мне приехали…

— Вы меня не так поняли!..

— Я вас не виню, герр Штюцль, — Колтон сохранял завидное самообладание и как будто продолжал вести приятную светскую беседу. — Это все хитрый лис Лангеггер, он подослал вас ко мне.

— Как вы могли такое подумать! — расстроился Маркус.

— Об этом нетрудно догадаться, — не обращая внимания на слова инженера, спокойно проговорил директор. Он встал, неторопливо подошел к журнальному столику, взял оттуда верхнюю газету и царственным жестом метнул ее в сторону Маркуса. Газета аккуратно приземлилась на стол около него. Штюцль увидел на первой полосе знакомую заметку о британских шпионах.

— Да, я англичанин, и вы вправе относиться ко мне с подозрением. Но я также предприниматель и забочусь о производстве качественной продукции и получении прибыли от ее реализации. На протяжении почти полувека с момента своего основания Робертом Уайтхедом наша верфь работает в первую очередь на благо Австро-Венгрии, а теперь Остунгславии. Да, мы строим подводные лодки, как и вы. А вы знаете, как мы построили первую субмарину для Австро-Венгрии? Мы заказали у американцев и немцев шесть подводных лодок трех разных типов и собрали их на нашей верфи, чтобы понять, как они устроены, в чем их преимущества и недостатки. Только после этого мы построили свою подлодку, которая унаследовала лучшие технические достижения того времени, — размеренно рассказывал Колтон. — Мы были первопроходцами в этом деле, тем самым мы помогли и вам приступить к созданию собственной серии подводных лодок. Мы вовсе не в обиде на вас за то, что вы тоже начали строить субмарины. Наоборот, конкуренция станет для нас стимулом для дальнейшего развития. Тем самым мы с вами вместе работаем на процветание Остунгславии.

Инженер пристыженно молчал. Наконец он с досадой произнес:

— Мне даже нечего на это сказать, герр Колтон. Так неудобно…

— Ничего, герр Штюцль, — успокоил Маркуса директор. — Приезжайте еще! А с торпедами мы вам обязательно поможем.

Они попрощались. Колтон любезно проводил инженера до выхода из дирекции.