Я представил, как носильщики, они же и охранники почтовой кареты, сидят внутри и пытаются согреться, не подозревая, что в сундуке Септима лежит очень тёплая зимняя накидка, а сам сундук не то, что не заперт, но и не имеет охранных заклинаний. И ничего не мешает им достать накидку и ехать в большем комфорте. Почтовые служащие частенько грешили засовыванием своих любопытных рук в чужие посылки. Но в маговы вещи они точно не сунутся, Септим получит все свои панталоны в полной сохранности. Мужики скорее околеют от холода, чем рискнут ворошить вещи мага или взять что без спросу.

Что-то было не правильно. Я чувствовал это, но не мог понять, что именно. Раздражённо я забарабанил пальцами по оконной раме, у которой стоял, глядя во двор. Студенты, как по команде, зашевелились, испуганно пряча шпаргалки и конспекты. Вот ещё, больно надо мне их отбирать. Самостоятельную работу я им устроил только чтобы определить, что успел дать им Септим до того, как так стремительно уехал. Уехал в морозы, оставив тёплые вещи... Что лежало в сундуке, когда я в него залез? Носки, книги, бельё. Нет, не то. Что-то ещё, кроме накидки. Точно! Сапоги из меха северных лисиц. Выглядят не очень, но на самом деле теплее них только магически утеплённая обувь. Не мог Септим оставить их и уехать в обычных сапогах. Догнать бы карету, да тщательно переворошить все вещи артефактора, но, к сожалению, это невозможно. Не брошу же я студентов и не побегу следом с требованием предоставить доступ к чужим вещам. В лучшем случае дело ограничится жалобой в ближайшую стражу, в худшем - решат, что я разбойник и придётся драться. Троих, даже вооружённых, я смогу победить, с артефактами и заклинаниями на самой карете справлюсь, но следы затереть вряд ли получится. Да и что я там могу найти? Кто-то, кто собрал вещи Септима, чтобы думали, что он уехал, уже раз ошибся. Может, есть ещё ошибки? Надо снова осмотреть комнату, тщательней. И изучить письмо. Хоть подпись и подтвердила истинность написавшего, но обмануть чернила всё-таки можно.

Я еле дождался часового звона, отметившего окончание занятий, не глядя собрал стопку листов самостоятельной работы, вымученной студентами за два часа, и, сдерживая себя, чтобы не перейти на бег, отправился в комнаты Септима с твёрдым намерением тщательно осмотреть там всё вдоль и поперёк. Вскрытие замка прошло быстрее, чем в первый раз. Волнения так же оказалось немного меньше. Два часа, целых два часа я разве что не обнюхивал стены и пол комнат. Я тщательно осмотрел все опустевшие шкафы, разворошил пепел в камине, после чего долго чихал на балдахин кровати. Ничего подозрительного, ничего, что могло бы указать, что Септим не сам собирался и не сам уехал.

Неловким движением во время очередного чиха я сорвал часть ткани с карниза. Больное место у этих конструкций, всё время то заедают, что не сдвинуть, то обрываются. Я-то у себя их давно оборвал, а тут они аккуратно собраны красивыми складками. Пришлось встать на кровать и, ухватившись одной рукой за карниз, прицеплять ткань на место. Когда я уже заканчивал расправлять ткань, рука наткнулась на что-то необычное. Еле подцепив это кончиками пальцев, я вытащил небольшой пухлый блокнот. Слегка желтые листы из грубой бумаги оказались заполнены написанным мелким почерком текстом вперемешку с иллюстрациями. Надо признать, рисовать владелец записной книжки умел. В текст я почти не смотрел, любуясь картинками. Сначала шли изображения магических животных и схематические наброски артефактов, создаваемых с их использованием. Потом были карты разных районов. В одном из рисунков я узнал Город духов - небольшое плато с развалинами древних захоронений. Любимое место историков и искателей необычного. Исхожена вдоль и поперёк, но то и дело там находят ранее не замеченные могилы и артефакты.

Я перевернул страницу с изображением шкатулки с характерным геометрическим орнаментом Прежних и почти без удивления увидел план Академии. Большинство комнат на плане аккуратно перечёркнуты, на некоторых стоял знак вопроса. Два знака, похожих то ли на решётку, то ли на паука, один в лесу, другой в моём старом ректорском кабинете, до сих пор не восстановленном от давнего пожара, привлекли мой интерес.

Я быстро представил окружающий Академию лес вместе с известными мне тропинками и полянками. Получалось, что отмеченное место приходилось недалеко от недавно обнаруженного трупа волка, возможно, шагах в ста. Точно определить я не смог - всё-таки рисунок хоть и выполнен старательно, но подробности не могли уместиться на листе в две ладони. Может, в тексте найду описание, что означают эти знаки.

Часовой звон отвлёк меня от блокнота, напомнив, что свободное время почти закончилось и, если я не хочу привлекать к себе внимание ещё и пропуском занятий, лучше оставить изучение записей на потом. Быстро осмотрев комнату Септима ещё раз, только теперь уделяя внимание на места, могущие служить тайниками, и больше ничего не обнаружив, я решил потратить оставшийся до занятий час поисками ответов в другом месте.

Другими словами, я пошёл в кабинет Фера. Ключ у меня есть, о том, что мы с ним хорошо знакомы все и так знают, так что вопросов, что я забыл в кабинете заведующего учебной части, не будет.

Как же удобно искать нужный документ, когда всё аккуратно разложено по папкам, а сами папки подписаны. Я так не могу, у меня всегда все вещи и бумаги будто самостоятельно расползались как им самим удобно. Письмо Септима об уходе я нашёл быстро. Перечитал. Ничего подозрительного. Изучил подпись. Самые обычные магические чернила для удостоверения личности подписавшего. Как и положено, временно становятся золотыми при вливании в них силы, показывая, что подпись поставил Септим или тот, кто абсолютно уверен, что он - Септим. Разумеется, можно внушить человеку что угодно, но ментальная магия очень редка, в отличие от остальных веток, для неё нужны особые способности.

Я нашёл ещё несколько писем от Септима и тщательно, с увеличительным стеклом, сравнил почерк. С моей точки зрения, разницы никакой. Что в первом письме, что в докладных записках, что в записной книжке почерк казался одинаковым. Но если это действительно писал Септим, то почему оставил тёплые вещи перед долгой зимней поездкой? И уж тем более, не забыл бы в тайнике свою записную книжку. Ничего не понимаю.

Ночью я долго не мог заснуть, обдумывая всё происходящее в Академии. И чем больше я думал, тем сильнее уверялся в том, что события не случайны и как-то связаны между собой. Рассматриваемые по одиночке происшествия казались обычными случайностями, но при попытке взглянуть на них одновременно, получалась странная и немного пугающая картина.

На данный момент имеем повесившегося студента и пропавшего преподавателя. Оба занимались поисками артефакта на территории Академии. Возможно, они нашли или узнали что-то, что не предполагалось быть найденным. Студента убили, благо повод с заваленными экзаменами был вполне подходящий, про назначенную пересдачу кроме Леры, Фера и меня, никто не знал. Артефактора заставили написать письмо об отъезде, чтобы подпись была настоящей, и, скорее всего, тоже убили. Что же такого они могли узнать? Тут хорошо подходят трупы собаки и волка. Кто-то в Академии развлекается некромантией. Да... за сохранение этой тайны можно и убить.

А начаться это могло ещё три года назад в часовой башне, в ныне так и не восстановленном кабинете ректора. Грабитель что-то искал, и не ожидал меня там увидеть, и уж тем более, не рассчитывал на столь трагический результат. Я бы и не связал то событие с нынешними, если б не отметка Септима в блокноте. Жаль, что он не записывал свои поиски, ограничившись только планом Академии, заметками, что искомый источник находится где-то в её пределах и краткой историей постройки здания. Оказывается, его и строили в тех же целях - обучение магов и изучении природы магии. Но далеко продвинуться не успели, началось гонение на некромантов, когда уничтожали без разбору всё, что имело хоть какое-то к ним отношение. Тогда будущая Академия и была покинута всеми своими обитателями. А я-то гадал, откуда Каан взял такой удобный бесхозный замок, а он только развеял наложенную иллюзию и заклинание отвода глаз. Неудивительно, что легендарный источник силы "поселили" именно тут - это сколько же сотен лет заклинания исправно работали?

С мыслями о том, что надо осторожно, не привлекая к себе внимания, исследовать лес и выгоревшую комнату, я заснул.

На следующее утро я наметил план действий. Он состоял из двух пунктов: тщательно исследовать свой старый ректорский кабинет и дождаться хотя бы небольшого потепления, чтобы проверить лес. Более подробно ничего планировать не стал - всё равно дальнейшие действия будут зависеть от обнаруженного. К тому же по опыту известно, что чем сложнее план и чем больше намечено на будущее, тем больше вероятность невыполнения этого плана. Что-нибудь обязательно да помешает.

По второму пункту я особо не волновался - примерно через десяту должен начаться древолом. Время потепления посередине зимы, когда деревья, не в силах стряхнуть с себя мокрый липкий снег, ломались под его тяжестью. После древолома с сильными ветрами возвращались морозы, добивая повреждённые деревья, щедро обеспечивая деревни дровами и валежником.

Лестница в часовой башне встретила меня тишиной и запахом пыли вперемешку с запахом старых углей. Узкая протоптанная в пыли дорожка жалась к краю лестницы, поближе к стене. Студенты "поселили" призрак старого ректора в выгоревшем кабинете и щекотали себе нервы, поднимаясь к нему на порог, чтобы при малейшем шорохе с криками и колотящимся сердцем сбежать обратно, в спасительный шум жизни. Легенду о призраке поддерживало нежелание нынешнего ректора Марка отремонтировать и восстановить кабинет. Студенты шептались, что Марк боится призрака, будто если тот лишиться дома, то со злости разнесёт всю Академию. Сам Марк объяснял это заботой о финансах. Зачем тратить деньги, если помещений и так хватает с лихвой?

Сгоревшая комната так же была покрыта неровным слоем пыли. Большинство следов любопытствующих оставалось за порогом. Видимо, не многие осмеливались войти в пугающее помещение. Некоторые следы доходили почти до середины комнаты. Где-то там и было найдено обгоревшее тело ночного грабителя, похороненного вместо меня.

На первый взгляд комната ничем не отличалась от остальных заброшенных после пожара домов, которые я когда-либо видел. Вскользь мазнуло смутное чувство тревоги, на мгновение сменилось чем-то знакомым и пропало.

Внезапно в тишине раздался тихий скрежет и сразу за ним тоскливый протяжный вздох. Звуки появились столь внезапно, что я чуть не подскочил на месте, с трудом удержав желание убежать из своего бывшего кабинета. Напряжённо замерев, я вслушивался во вновь наступившую тишину. Прошло, наверно, около минуты, когда я позволил себе слегка расслабиться и вновь заняться осмотром пожарища. Но теперь я постоянно вслушивался в тишину, ожидая повторения звуков или появления их источника.

Второй раз странные звуки не застали меня врасплох, и я рассмеялся своим страхам, определив, откуда они доносятся. Я же сам отключил бой башенных часов каждую четверть часа, посчитав, что боя раз в полчаса больше, чем достаточно. Шум работы механизма не проходил через защищённые магией перекрытия, но тихий скрежет отключенного боя где-то нашёл себе лазейку. В мою бытность ректора я не обращал внимания на эти звуки и успел забыть про них. Неудивительно, что студенты не задерживались здесь надолго. Они приходили заранее напуганные слухами о привидении, и напугать их могло всё, что угодно, а не только звук, очень похожий на тоскливый вздох.

Я прошёл по комнате, изучая редкие одинокие следы не испугавшегося посетителя. Жаль, я не следопыт, и моих познаний хватает только понять, что этот человек не просто так пришёл, а обходил комнату, останавливаясь у стен и шкафов. Скорее всего, эти следы принадлежат Септиму, и он что-то смог здесь найти или очень надеялся найти.

Так ничего и не выяснив, я снова оглядел комнату, вспоминая, как она раньше выглядела. Провёл пальцем по оплавившейся шкатулке на остатке стола. Да... неплохо здесь всё пропекли. Удивительно, что никто не надорвался, туша пожар. В комнате целыми остались только стены, всё остальное как минимум обуглилось, даже несмотря на заклинания защиты от огня. Жилая часть пострадала меньше, но и там пожар оставил явственные следы.

Немного порывшись в остатках шкафа и разобрав испорченные тряпки, бывшие когда-то мантиями, я вытащил свой старый посох. Бережно стёр с него пепел и ненадолго предался воспоминаниям почти двадцатилетней давности, когда я создавал этот посох, скрываясь от преследования. Пользоваться им способны только обладающие силой, сопоставимой с богами. Пожалуй, на земле только Дарий и Левий могли бы что-нибудь наколдовать с его помощью. И то, если снимут свои камни-близнецы, передающие и блокирующие их силу.

Я улыбнулся воспоминаниям, погладил гладкое дерево посоха и покинул выгоревший кабинет. Что именно искал или нашёл здесь Септим, я так и не понял, но времени у меня много, ещё вернусь и обязательно найду ответ.

// Лика

Лика сидела на подоконнике третьего этажа и рассеянно смотрела в раскрытый конспект. Со стороны казалось, что она увлечена решением какого-нибудь задания по многочисленным предметам. Но мысли были далеки от учёбы. Девушка пыталась разобраться с собственными ощущениями. То, что в Академии происходит что-то не то, она почувствовала ещё осенью, но не придала значению - мало ли что может случиться в месте, где собралось столько магически одарённых людей, активно использующих свою силу. Ощущение неправильности усилилось к зимней сессии и преобразовалось в смутную тревогу после внезапного отъезда Септима. Лике не верилось, что артефактор, столь увлечённый поисками источника силы, может внезапно собрать и уехать, не сообщив об этом своим ученикам.