Зашла мымра кособокая невзгодами скрюченная, а на выходе - девочка-припевочка, вся из себя. Румяная, без морщин, зубы белые, титечки стоймя, жопка, как орех.
К а р а с ь. Так и просится на грех.
Ё р ш. Минус тридцать лет долой. Как минимум.
Хоть пять раз потом замуж выходи, когда, конечно... если захочется.
К а р а с ь. Индульгенция?
Ё р ш. На Первом канале еще и не то увидишь. Как говорится, картина жизни с водопада.
Так она еще и подружке попеняла, что та минет делать не умеет.
К а р а с ь. О, как! Свечку держала?
Ё р ш. И мужики у подружки-то, получается, все несчастные теперь. Догадались, наверно, что не с той мамзелей дело имели. А у нее, у Воблы, — во-о-от, все счастливые, мужики-то. Она умеет. Опыт. А уда всё равно, боится, говорит. Плачет при виде.
К а р а с ь. Физиологический реализм.
Ё р ш. Чего?
К а р а с ь. А то. Мне вот давеча снилось, что я без головы. То есть голова вроде есть, а вроде ее и нет. Так и тут.
Ё р ш. Снилось ему. Больше болтай!! и будешь! Нету что ли? (взболтнул пустым графином.) Сухо.
К а р а с ь. Как нет, государик (лезет целоваться, грозно кричит.). Парашка!
Дай поцелую тебя, радость ты моя, брильянтовая. Помнишь Стрекозу?
Ё р ш. Помню-помню, отвали.
К а р а с ь. Как мы ее ели.
Ё р ш. Да невкусная.
К а р а с ь. (упрямо.). Ели.
Ё р ш. Не тошни мне на нервы. Не едят рыбы стрекоз!
К а р а с ь. А мы с тобой ели!
Ё р ш. Дураки были. Молодые. Потому и ели. Как вспомню, так вздрогну. Ножки тоненькие. Крылышки бяк-бяк-бяк-бяк. Шейка тоненькая, хоть перерви, рот до ушей, спина корытом.
Ах-ах — притворяется. Не трогайте меня, я сама...
Как княгиня Вобла. Тоже. Ах-ах, а сама к уду, к уду тянется. Говорит: мужиков-то было много, а уда боюсь.
Стерва, одним словом, не боится ни дождя, ни грому.
К а р а с ь. Как вспомню...
Ё р ш. Кого? Воблу? Симпотная была, в кино снималась.
К а р а с ь. Стрекозу. Кого же? И бубен падал, как падает сердце.
Ё р ш. Тьфу! Музыку хоть какую бы благопристойную завел. Сидим, как монахи у реки.
К а р а с ь. Ах, растревожился я весь. Какая музЫка? Струны души поют. (мечтательно.) Стрекоза...
Ё р ш. Дура.
К а р а с ь. Ну и что!? Дура. Зато...
Ё р ш. Что?
К а р а с ь. Сам знаешь что! Где хочет — там и летает. С кем хочет, там и ...
Ё р ш. Молчи, блять! Заткнись!
К а р а с ь. Молчу, молчу, молчу. Что с них, с гимнасток взять...
Ё р ш. Вот и молчи.
К а р а с ь. Молчу.
Ё р ш. Целее будешь. Хо-зя-ин! Сухо! Едреныть.
К а р а с ь. Всё хорошее быстро кончается. (грозно.). Парашка! (бьет в рынду.) Запорю!
П л о т в и ц а. Несу, барин, несу уже, несу (заходит с подносом.).
Ё р ш. А закусить? Разносолы где? Не любят меня здесь. Не почитают. Уеду я от вас. Где сердцу оскорбленному есть чувства уголок.
К а р а с ь. Так вот же (показывает на стол.). Всё для наперсника юности моей, гостя дорогого. С кем по чужим огородам через заборы лазали, девок щупали, рыбаков дразнили — кто наживку с крючка половчее сорвет. Дурни. А он подсёк — и амба, мальчик. Чего только в юности не натворишь... Что у тебя в губе? Напомни.
Ё р ш. Консервы рыбные есть?
К а р а с ь. Да ты что!? Каннибализм!
Ё р ш. Ты же развратник. Масон. Тайный двоеженец. Либерал. У тебя должно быть. Должно. Где креветки? мидии? устрицы? осьминогов я тоже люблю. Но! Запрещено, понимаш! Пармезан!! Хамон!
К а р а с ь. Какие креветки? Одурел?! Откуда, свет мой? Так и быть, только для тебя. Будем угощать по-деревенскому, со всем всевозможным радушием. Скумбрия дальневосточная натуральная с добавлением масла. (бьет в рынду.) Палашка! Консерву неси.
Плотвица медленно, сгибаясь от тяжести, еле вносит огромную по размерам консервную банку.
Ё р ш. Ух-ух, выходи без двух! (читает этикетку.) Да, гляжу, и написано-то по-французски. Какая скумбрия? Макрель. (показывает Карасю решетку на пальцах). Контра-а-а-а-банда.
К а р а с ь. (спокойно.). Бартер. Всё чики-чики. Уткам на подкормку по таможенным декларациям прошло.
открывает банку консервным ножом
Рыбка плавает в томате, ей в томате хорошо. Только я, ебёна матерь, счастья в жизни не нашел.
Ё р ш. (нюхает консервы.) Жизнью пахнет, едрёныть. Штирлиц устоил себе выходной. Живёте же.
К а р а с ь. Утром мажешь бутерброд, сразу мысль: "А как народ?" И икра не лезет в горло...
Ё р ш. И коньяк не льется в рот. Я и говорю: па-ра-зи-ты вы. Паразиты на живом теле. Муха села на вола и сказала: " мы пахали".
К а р а с ь. А может сельдерей будешь? Погрызи. Он полезнее, чем это (показывает на консервы.).
Ё р ш. На что намекаешь? я помню, как меня в детстве дразнили. Сам ты — сельдерей. Понял? Кто обзывается, тот так и называется. Между прочим, теперь это афоризм. Знать надо, если ночью разбудят. На скрижали занесли. А эти ( показывает на консервы.) — враги. Из внешних вод. Мы с ними воевали, с антантой. Да и на то и грехи, чтоб отпущение и прощение получать. Не согрешишь — не покаешься.
Ерш выпивает, закусывает, задумывается.
К а р а с ь. (подходит к окну.) А нынче в заводи: так и прёт, так и прёт. Такого лета отродясь не было. Паутины много — вёдро будет продолжительное. (открывает окно.)
За окном слышно как подзывают уток "ути-ути-ути", дворовый шум, перебранка между женщиной и мужчиной:
К у з н е ц. Душонка ты мелкопоместная, ничтожность этакая. Тебе бы, гнусной бабе, молчать, да и только!
П а л а ш к а. Уж тебя-то не послушаюсь, ненасытное горло!
К у з н е ц. Да уж с тобой! никто не уживётся, мелочь ты амбарная!
П а л а ш к а. Губитель ты господского, бездонная бочка! Жрать синьку с утра, да дрыхнуть на сеновале, пуская пузыри, только и можешь! Ты думаешь, барин не знает? Всё знает! Ведь он здесь, он всё слышит!
К у з н е ц. Где здесь?
П а л а ш к а. Вон, у окна стоит; он всё видит.
Карась закрывает окно.
Ё р ш. Глухома-а-а-нь...
К а р а с ь. Всюду жизнь.
Бывает, накину тулуп, сяду на крыльцо, и сижу, сижу, тихонько так; не налюбуюсь — лепота. Я и усадьбу построил на крутизне, чтобы...
Весной парк так зеленеет и расцвета-а-а-а-ет. Ой-ё-ёй. Такая красотища: Левитан, Шишкин, Куинджи позавидуют. Хоть самому за кисти берись.
Да и верно, что ж не завидовать, правильно: пространство лугов необозримо, туман над лесом синеет вдали... Так уж... Хоть стихи пиши.
Покой и воля. Дали. Просторы. Ветерок в листве шумит. По весне уж так задушевно птички поют.
Ё р ш. (иронически.) Рай.
К а р а с ь. Сам видишь — хорошо у нас здесь. Хорошо.
Ё р ш. Совсем ты тут... Обуржуазился. Разъелись вы на народе простом. Раскулачивать вас пора, жирных. Ты же — сионист! Тайно Сому поклоняешься.
К а р а с ь. Я?! С чего это? Понапраслину не заводи. Я в земстве.
Ё р ш. Знаю я ваше земство. Либерально-демократическое (керкает). Присосались. Владимир Вольфович. Муму.
Жириновский. - Путин смеялся до слез.
https://www.youtube.com/watch?v=s1D—p7D0r4I
https://www.youtube.com/watch?v=Hl_VvgpwNMw
Скажи мне лучше: а где иконы? Царь-рыба где?!
К а р а с ь. Икон не держу, не воцерковленный. А Святая Книга у меня в двух экземплярах: один на аукционе купил — старинная первопечатная, в "Роман-газете"; другой — подарочный, с инкурустацией и в позолоте. Читаю на ночь. По страничке. Особенно, где она рыбака в сетях запутывает. Аж слезы на глазах от Подвига великого, увековеченного.
Ё р ш. Ладно. Пропустим это. Уговорил.
К а р а с ь. Всё дурачишься... Лучше расскажи, как там жизнь у вас. Какие течения? Гольфстрим, говорят, в сторону пошел.
Ё р ш. Какие там могут быть течения? Всё одно и то же. Расскажу. Накатим, разозлюсь, распсихуюсь — и расскажу. Не утаю.
К а р а с ь. А наши что? Ты же там на острие, всё про всех.
Ё р ш. Да что наши? Круг всё теснее. Нечего и сказать.
Пелопоннеская война.
К а р а с ь. А генералам с кем бы ни воевать, лишь бы воевать. Помнишь, как нас учили?
Ё р ш. Я-то помню. А ты?
К а р а с ь. Если что — живым никому не сдавайся. Трудно в учении, легко в очаге поражения. А по мне: миру — мир, войне — пиписька.
Ё р ш. Д-а-а-а-а... Много там наших. У реки Эгоспотамы... Помянем.
К а р а с ь. Давай-ка, верно, помянем. В память о тех, с кем молодость прошла, и кто уж больше ничего не скажет. Никогда.
встают
Ё р ш. Для бога мертвых нет.
К а р а с ь. " Не говори с тоской: их нет; но с благодарностию: были".
Даже Хворостовский умер. Паворотти. Харрисон.
Ё р ш. Леннон. Джерри Ли Льюис.
выпивают стоя
Ёрш плачет
К а р а с ь. Проняло?
И мы умрем, мой хорошенький. Умрем. Только не плачь мой хороший, это время жизни.
Ё р ш. Да. Время жизни.
Старый приятель. — Не плачь.
https://www.youtube.com/watch?v=roBZ5h0ujX8
К а р а с ь. (весело.) А я тебе для солидности добавил.
Ё р ш. Что? Чего? Что добавил-то? В консервы?
К а р а с ь. Что-то.
Ё р ш. Что?! Ряску сушеную?
К а р а с ь. Древнее снадобье. Аяхуяску. Бывает удивительно и волнительно. Сложно и таинственно.
Ё р ш. Что за хрень? Какая такая хуяска?
К а р а с ь. Корень мертвого человека. С самой реки Амазонки. У меня там бизнес. Пираньи мне и присылают, в знак благодарности и для расслабона.
Ё р ш. Да ну это... Я не экспериментатор. "С Амазонки". Надо больно мне "удивительно и волнительно".
К а р а с ь. Это лекарство. Официально разрешено. Так что не переживай, екарный бабай. И, наконец, ты же дома, а не в Устье вонючем. Расслабься, тоже мне. Ща-с девок пригласим, штаб-с майор.
Ой, едрена мать, извините, господин подполковник юстиции, петлицы-регалии толком не рассмотрел.
Тебе какую? Такие есть развратные, бесстыдные... Огонь! Небеса расступаются. Журавли летят.
Е р ш. (поет.) Застыли в небе журавли, словно случайно.
Старый приятель — Журавли.
https://www.youtube.com/watch?v=i95SF8urm2I
К а р а с ь. Случайно, у тебя всё. Нет случайностей. Нету. Желающего ведет Судьба, нежелающего тащит. Вот как научно сказано.
Ё р ш. (прислушивается. ) Пусть. Что там?
К а р а с ь. Что?
Ё р ш. Детей делают?
К а р а с ь. Журавли над Полесьем летят. Детей так не делают, дура. Это кувшинки на брагу рубят. Или в карты играют.
Ё р ш. Ты это слово вообще не произноси! За это слово знаешь что?!
К а р а с ь. Что?
Ё р ш. А то!! Вон этих ученых уже судят. Карту дельты реки ужгородской китайцам продали. А профессора что гиперзвук изобрёл, чтоб зимой да подо льдом скользить на одном плавнике, доблестные органы законопатили. Вот. Тоже на китайцев работал. Предатели. Враги. Другой профессор аэроплан изобрел, что быстрее ветра летает на водороде. Тоже поймали, выследили вражину. Третий сидит, чертежи на военный катер продал. Кругом враги. Измена!
К а р а с ь. Да откуда, отец родимый, у узкоглазых такие возможности? Карты покупать? Да и зачем?
Ё р ш. Завоевать хотят, сведения собирают. Готовятся, супосаты. Наши священные воды им подавай на разграбление. А либералы исподтишка и помогают. За что, мол, судите? А за то! За то и судим вас паразитов-изменщиков!! Демшиза. Так все подступы распродадут. Самим надо подступаться, как в былые времена прадеды наши великие. На соломе спали, мундир с орденами с почестями хоронили, коль Великим соизволением отказано его носить.
К а р а с ь. Есть ли нужда помышлять о распространений своих границ, посему она и без того довольно и предовольно обширна? Енисей до конца не освоен.
Ё р ш. (усмехаясь.) Бойтесь того, кто говорит то, что думает. Так на лекциях говорили? У меня, кстати, и конспекты сохранились. Так что, отвечу: не знаю — где границы. Не нашего ума дело. Пусть там... листва шумит, а что она шумит листва, не нашего ума дела, раз шумит, значит ветер.
Тоже, мода еще пошла: дескать, суды ограничивать надо. Ты тоже, поди-ка, так думаешь?
К а р а с ь. Я думаю, что слова, дела, идеи должны конкурировать. На этом весь просвещенный мир стоит. Право на правду и справедливость, наконец, у нас в Конституции записаны. Общие веяния времени. Сейчас объявили время либеральное, как ты говоришь — мода; и в публике ходят толки о пользе выборного начала.
Ё р ш. Ну ты и пукнул! Что говоришь-то? Крамольнический обычай. Вот что тебе скажу, батенька. Архиважно понять и осознать, что галдение и крамолы не могут быть терпимы. Тем паче политическая мечтательность. Как старик Каутский, жуёте во сне мочалку. Эдак мы...
К а р а с ь. Те времена прошли.
Ё р ш. С чего это вдруг? С чего это они прошли? Они вон — за окно глянь. Вы тут совсем, как староверы. Будто в старице живёте. Вроде и телевизор есть. И газеты. Принтер вон у тебя бешеный. Все новости знаешь. Забыл? Установку? "В политике нет места морали, есть лишь целесообразность".
К а р а с ь. Так и ...
Ё р ш. Скажу тебе: сейчас зорко следят за направлением умов. И многих застают врасплох. А те, недалекие, как-то вот никак не берут во внимание, что многоумие в некоторых случаях равносильно недоумию.
А от недоумия у них — ирония. Вот оно что! Смешки у них. Хипстеры! Что сказать. Ты еще скажи: "народ". Нет никакого народа! Вот тебе и вся тайна. Кружки по интересам. Кто во что горазд. В кальмара играют! На тебе! В иноземщину. Пескарня! Ха!