«Доброе утро, уважаемые телезрители! Сегодняшний утренний выпуск мы начинаем со срочной новости: как недавно стало известно нашему корреспонденту, сегодня утром, ровно в пять часов, на северо-востоке Москвы случилась жуткая авария. На одном из перекрестков с улицей Енисейской пассажирский автобус вылетел на запрещающий сигнал светофора и совершил столкновение с грузовиком, груженным щебнем. После столкновения автобус ударился о здание и развалился на части, разбросав людей по перекрестку. В результате этого кошмарного ДТП пострадали все двадцать пассажиров автобуса. Как нам удалось выяснить, пассажиры и водитель находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Авария произошла недалеко от сто двадцатой больницы, поэтому все пострадавшие были отправлены в реанимационное отделение этого медицинского учреждения. Заведующий отделением рассказал, что пострадавшие получили тяжелые травмы, и назвал чудом то, что они остались живы. На месте ДТП до сих пор работают следователи и дежурит машина МЧС. Мы будем держать вас в курсе дальнейших событий. А сейчас к другим новостям…»
«Лучше бы не включал телевизор. Такое утро портят», – подумал молодой человек и нажал на пульте кнопку выключения.
Молодого человека зовут Максим Соловьев. Этим утром, впрочем, как и любым другим, он перед работой пьет горячий кофе и смотрит утренние новости по телевизору.
Сегодня Максим решил, что не будет портить себе настроение просмотром новостей, а лучше пойдет на улицу – радоваться весне. Вылив недопитый кофе в раковину, он впрыгнул в свои щегольские черные ботинки и вышел на лестничную клетку. Не дожидаясь лифта, он поскакал через две ступеньки вниз. В приподнятом настроении Макс вышел из подъезда. Навстречу ему попалась соседка с собачкой, похожей на мопса. Мило улыбнувшись Максу, она поприветствовала его кивком головы. Мопс же посмотрел безразлично и отвернулся. Максим улыбнулся даме в ответ и тоже кивнул.
Когда соседка с собакой исчезли в подъезде и за ними закрылась дверь, Макс произнес вслух:
– Наконец-то наступили теплые дни! Обожаю их…
Он стоял возле обычного подъезда обычного дома в спальном районе на окраине Москвы под названием Лианозово. Его окружал, радуя глаз, привычный пейзаж: невысокие деревья, уже полностью одевшиеся в зеленые наряды, детская площадка, за ней – здание школы, огороженное белым бетонным забором.
Дворники подметали асфальт, птицы пели свои песни, и песни эти были о весне. Тепло и солнечно, все такое знакомое, родное. Это никогда не надоест, радостно думал Макс, ведь он любит этот город, этот район, этот дом и все, что вокруг.
Стоя у подъезда, вдыхая напоенный весенними ароматами воздух, перед тем как пуститься в путь, он поначалу даже не взглянул на стену, заклеенную частными объявлениями. Сколько Макс помнил, на этой стене шла невидимая борьба между курьерами рекламных компаний и сотрудниками коммунальных служб. Одни расклеивали объявления, другие утром срывали их – и так по кругу. Никто не сдавался, борьба велась непрерывно, в любую погоду и в любое время года. Некоторые объявления были уже потрепанными и выцветшими, некоторые заклеены другими, более свежими. Несмотря на ротацию листочков, содержание их не менялось уже много лет: «сниму квартиру в вашем доме…», «открытие обувной ярмарки…», «лечение от всех недугов…», «только в мае замена окон со скидкой…» и т. д.
Но в какой-то миг одно объявление все же привлекло внимание молодого человека. Ярко-красный листок с золистыми краями выделялся среди серой массы спама. Макс готов был поклясться: когда он только вышел из подъезда и увидел соседку с собакой, этого листка не было. Объявление висело как раз на уровне его глаз. В центре золотой краской вытиснен женский силуэт: точеная фигура, вечернее платье, высокие каблуки, сигарета в длинном мундштуке. Дымок поднимается тонкой струйкой вверх… Никаких надписей и бахромы из отрывных ярлычков. Только один – внизу посередине. И на нем золотой краской каллиграфически выведено единственное слово: Огнива.
Макс смотрел и не мог оторваться. «Что за странное объявление? Что продают или какие услуги предлагают?» – размышлял он, рассматривая необычный рекламный листок. Изготовление такой рекламы явно стоит недешево, а они даже не удосужились указать, что продают. «Огнива, огнива, огнива… что это значит? Может, имели в виду „огниво“, в смысле, приспособление, которое раньше люди использовали для получения огня? Но вряд ли. Реклама в таком дорогом исполнении – и вдруг опечатки? И почему всего один ярлычок, более того, он без телефона?»
И только он собирался оторвать взгляд от странного листка и отправиться на работу, как ему показалось, что женщина на объявлении поднесла руку с мундштуком ко рту. «Нет, не может быть! Смотрел так долго практически в одну точку, вот и мерещится всякая ерунда», – подумал Макс. Это вполне логичное объяснение почему-то не показалось ему убедительным. Захотелось отступить назад на пару шагов. Но тут его ждал еще один сюрприз. Макс понял, что тело перестало слушаться приказов мозга. Не в силах пошевелиться, Максим просто стоял и смотрел на стену.
Он попытался здраво оценить свое положение. Как и прежде, он может размышлять, но тело его не слушается. И тут ему стало по-настоящему страшно. Лицо его исказила гримаса ужаса, на лбу появились морщины и выступили холодные капли пота. Ему захотелось закричать, но рот невозможно было открыть, а язык прилип к нёбу и отказывался повиноваться. Если бы в этот момент кто-нибудь вышел из подъезда или проходил мимо, то увидел бы немного странную картину: человек стоит лицом к стене, что-то читает округлившимися немигающими глазами. Руки висят вдоль тела. Человек тяжело дышит. Можно предположить, что он читает и злится на то, что читает, до такой степени, что даже вспотел.
Спустя секунд двадцать непрерывного «увлечения» объявлением Макс почувствовал, как будто кто-то взял его правую руку за предплечье и нежно потянул вперед. Молодой человек со страхом наблюдал за движениями собственной руки. Он по-прежнему не мог контролировать тело и противиться этим движениям. Его кисть приблизилась к загадочному объявлению, пальцы сами схватили ярлычок со словом «Огнива» и плавно потянули его в сторону, отрывая от ярко-красного листка.
Потом рука опустилась вниз и положила этот клочок бумаги в правый карман брюк. Как только пальцы разжались, что-то опять потянуло руку за предплечье чуть вверх и не отпускало до тех пор, пока кисть не вышла из кармана. Наконец, ведомая неизвестной силой, рука плавно опустилась вниз и повисла вдоль тела.
Крикнуть! Хочется крикнуть и бежать, но язык по-прежнему наглухо заперт во рту. Макс не мог пошевелить ни одним мускулом и наблюдал за всем происходящим только глазами, только они его слушались.
Наступила тишина. Полная, всепоглощающая. Ни пения птиц, ни шарканья метел по асфальту, ни шума ветра, ни шороха листьев. Космическая тишина.
Макс почувствовал в воздухе аромат табака… Кто-то совсем рядом явно курил дорогие сигареты…
Не то чтобы он разбирался в табаке, но этот аромат был поистине восхитителен. Его хотелось вдыхать глубже и глубже, ощущая терпкий привкус со сладкими нотками. В то же время его невозможно было полностью уловить. Яркий, неповторимый аромат дразнил. И когда уже Макс был у него на крючке, – улетучивался, заставляя следовать за прекрасным шлейфом, искать его и желать.
Поразительно, но в этой ситуации, когда Макс стоял испуганный и парализованный, один, в полной тишине, несравненный аромат табака действовал на него успокаивающе. Дыхание стало ровным и глубоким, и, кажется, онемение рук и ног начало понемногу проходить. Он снова попробовал открыть рот и высунуть язык, но получилось не совсем то, чего хотел. Рот отрылся еле-еле, почти со скрипом, и в маленькую щелочку высунулся кончик языка. На этом все остановилось. Было потрачено много сил, и Макс почувствовал, что должен перевести дух. Теперь, если бы кто-то смотрел со стороны, мог бы увидеть, что человек не просто стоит лицом к стене, а еще и показывает ей язык.
Когда Макс понял, что выглядит не совсем адекватно, он попытался убрать язык. Это удалось ему на удивление легко. И тут он услышал где-то позади, недалеко от правого уха, веселый, звонкий и заливистый женский смех. Оглядевшись по сторонам, Максим никого не увидел. Но он четко осознавал: источник смеха совсем рядом. Только сейчас Макс понял, что опять может управлять своим телом. Голова крутится во все стороны, ноги и руки слушаются без каких-либо усилий.
И чтобы окончательно убедиться в том, что оцепенение прошло, Макс спросил в полный голос:
– Кто здесь?
Обычно, когда находишься в одиночестве, на такой вопрос ответа не получаешь. Вот и Максим задал свой вопрос в пустоту, не надеясь на ответ. Но вопреки ожиданиям, он услышал: «ОГНИВА!» Это был звонкий женский голос с нотками улыбки.
Теперь Макс впал в ступор другого рода: открыл рот и перестал моргать. Ему ответила девушка, которую он не видел, но теперь он был абсолютно уверен, что она находится сзади, в полуметре от него.
Макс резко повернулся и провел руками перед собой в надежде нащупать кого-нибудь невидимого. Не получив тактильного контакта, он опустил руки и громко выдохнул. «Нужно поскорее бежать отсюда!» – промелькнуло у него в голове.
Пробежав метров десять, Макс остановился и обернулся к подъезду. Он четко видел, что на стене больше нет ярко-красного объявления, и все так же возле подъезда нет никакой девушки. Развернувшись, он сиганул как можно дальше от дома. Мыслей в голове почти не было, только бессвязные обрывки: «Что это?.. Беги, беги… кто она такая?.. где она?..» И на каждый свой вопрос он слышал в голове звонкий женский смех.
Только сейчас, во время бега, ему стало понятно, что он снова слышит и другие звуки. Шаги людей, шум ветра и пение птиц. Но это не имело никакого значения, он был сильно напуган и мчался прочь, преследуемый звонким смехом.