Что произошло с этой парой? Почему им не удавалось совершить первый половой акт?

Ответ кроется в воспитании и особенностях личности каждого из них. К сожалению, родители не поддерживали доверительный контакт с ними, могли запрещать и осуждать платонически-эротические отношения со сверстниками-подростками. Отсутствие опыта и задержка на этом этапе формирования психосексуального развития привела к тому, что оба партнера оказались не готовы к вступлению в сексуальные отношения. А тревога и страх, которые они оба испытали в первую брачную ночь, привели к отказу от секса. Так сформировалось тревожно-фобическое расстройство с преобладанием коитофобии для партнерши и синдрома ожидания сексуальной неудачи для партнера. После пары неудачных попыток они фактически прекратили интимную жизнь, избегая ситуаций, которые могут завершиться половым актом. Ими руководил страх. К счастью, поняв, что самим не справиться, они сумели собраться с духом и обратиться за помощью.

Что можно с этим сделать?

Паре была предложена секс-терапия, где друг для друга они выступали в качестве личного терапевта. Сама программа лечения включала:

• Информирование о сути сексуального расстройства, обсуждение желаемого и приемлемого поведения во время секса.

• Формирование психологически здоровых установок.

• Создание положительно-эмоциональной обстановки близости, модификация поведения партнеров в сексе.

• Обучение приемам чувственного фокусирования (петтинг[111] на фоне длительного запрета коитуса в рамках секс-терапии).

• Последовательное развитие платоническо-эротического и эротико-сексуального компонентов отношений.

Таким образом партнеры корректировали недостатки психосексуального развития и формировали зрелую сексуальность.

Выздоровление шло непросто, но по мере того как появлялись успехи, росла уверенность в себе и партнере. Когда получилось в первый раз провести полноценный половой акт, они приняли решение завершить терапию.

На последней встрече Валя заявила:

– Вы знаете, я раньше думала, что секс – это торт, которого нам не досталось. А теперь понимаю, секс – это вишенка на торте. А торт – это наши отношения в целом. Сейчас нам стало гораздо комфортнее жить вместе. А уж с сексом тем более. И поведение родителей тоже изменилось, смотрят на нас и удивляются. Думаю, теперь можно и о ребенке подумать.

При этих словах брови у Стаса приподнялись, но он быстро совладал с собой.

Небось парень подумал: не успели сексом насладиться, а уже о детях разговор. «Ничего, сами разберутся, уже научились», – промелькнуло в моей голове.

Встреча завершилась, Стас, по обыкновению в дверях, спросил:

– А можно я к вам своих родителей пришлю? Они не старые еще, может и у них в сексе наладится?