Резиденция Организации, на Той Стороне

— Бехему завалил, надо же, — усмехается Норомос, когда Лиан и новоиспеченный конунг тавров уходят. — А этот парень не промах. Теперь я даже не удивлюсь, если он сможет и ликанам задать трепку.

— Всё это странно, — возмущается Масаса, кривя пухлые губы. Ветер треплет её длинные чёрные волосы. Она опирается локтями на перила и смотрит вдаль на ночные огни города. Под порывами ветра мантия откидывается назад, плотно облегая её тело, очерчивая широкие бёдра и пышные формы, достойные африканской богини. — Странный менталист, странное его появление, странные способности… Тысячелетнего Демона не каждый Грандмастер-телепат сможет поглотить, а молодой иномирянин вот сумел!

— Ну, самородок, что сказать, — усмехается Норомос. — Как будто мы таких не видали, Маса? Нам с тобой ведь не одна сотня лет.

Масаса молча качает головой. Магиня сомневается, что когда-нибудь видала именно таких. Причём внешних признаков нет: сканирование энергопотоков не выявило ничего сверхъестественного, с учётом того, что парень поглотил астральную тварь. Но чутьё подсказывало женщине, что Филинов очень необычен. Да даже взять его манеру держаться: уверенные движения, дерзкая ухмылка, неспешное сердцебиение — словно это он, Филинов, был Высшим Грандмастером, членом могущественной Организации, а Масаса с Норомосом — двумя ординарными Мастерами, вызванными на допрос.

— Я знаю эту породу людей, — вдруг осознаёт негритянка. — Филинов ведёт себя так, как будто видел нечто страшнее двух Высших Грандмастеров.

— Что может быть страшнее? — гордо усмехается Норомос, поглаживая свои могучие руки, мышцы которых напоминают скалы, покрытые бурым мхом. — Разве что только конец света.

* * *

— Дерзишь, как всегда, щенок, — скалится Ратвер, бешено раздувая ноздри.

Оборотень приближается к нам, но, бросив взгляд на Лиана, вынужденно сдерживает ярость, которая рвётся наружу. Похоже, даже Ратвер не имеет полной власти в этих стенах и вынужден подчиняться правилам Организации.

Он скашивает взгляд на Камилу и прищуривает глаза.

— Она не моя Истинная, — разочарованно рычит Праотец ликанов.

Камила, надо отдать ей должное, несмотря на бешено бьющееся сердце, гордо выпрямляется. Пиджак плотно облегает её грудь. Она резко произносит:

— Слава богу, нет. Я замужем и принадлежу роду Вещих-Филиновых.

— Букашка, — безэмоционально бросает Ратвер, теряя интерес к брюнетке.

А вот это я простить уже не могу. Ладно, обозвал меня щенком — я ведь его тоже волчарой назвал, можно сказать, обмен любезностями. Но приплетать сюда моих женщин — это уже непозволительная роскошь, даже для этой чёртовой Организации.

— Лучше бы тебе извиниться, — даю клыкастому шанс исправиться.

— Конунг, — предупреждающе вставляет Лиан, но на него никто не обращает внимания.

— Или что? — оскаливается Ратвер. — Нападёшь на меня? Не советую. Я бы с радостью щёлкнул тебя по носу, но здесь другие силы тебя образумят.

— Значит, ты правда пёс на поводке, — задумчиво киваю. — Что ж, выдрессировали тебя неплохо. И какая методика применялась, если не секрет? Кнут и пряник? Или хватило одного кнута по холке?

— Закрой пасть! — Ратвер резко выбрасывает руку вперёд.

Оборотень не дурак, он не собирался меня бить — просто хотел хлопнуть по воротнику рубашки или что-то в этом роде. Типа дать легкий щелчок зарвавшемуся щенку. Но я поднимаю руку навстречу, и его удар приходится по моей ладони. Силы Ратверу не занимать, так что меня аж встряхивает.

— Ратвер! — осуждающе вскрикивает Лиан.

— Какого чёрта…! — ругается оборотень, сам не менее удивлённый.

«Это считается нарушением?» — мгновенно связываюсь по мыслеречи с златокудрым малышом.

«Что?» — Лиан удивлённо распахивает свои голубые глаза.

«Нарушением правил Организации! Быстро отвечай!» — приказываю Высшему Грандмастеру. — «Ну⁈»

К счастью, передача мыслей занимает всего микросекунды, даже для длинных фраз. А Лиан не только быстро бегает, но и мыслит на зависть любому нетелепату.

«Да…» — растерянно отвечает малыш.

Отлично! В следующую секунду я наношу удар по Ратверу. Нечего! Никто не смеет обзывать мою жену «букашкой», будь ты хоть трижды Организатором!

Для наказания я использую молниевика-воздушника. Создав пару мелких ветряных лезвий, я бросаю их в подтяжки Ратвера. С резким хлопком они лопаются, и его брюки сползают вниз, обнажая белоснежные панталоны. Высший оборотень спотыкается и падает назад, растянувшись на полу.

— Ох, лесной навоз! — обречённо восклицает Лиан, наблюдая, как Ратвер валится с ногами кверху. — Теперь драки не избежать!

«Камил, отступи», — мысленно приказываю брюнетке. Без лишних слов она мгновенно отскакивает к колоннаде. Умничка. Бывшая Енерева — это вам не Светка. Она никогда не перечит и всегда точно выполняет приказы. Хотя и у блондинки, конечно, есть свои особые достоинства.

В этот момент со стороны балкона появляются Масаса и Норомос. Возможно, их привлёк шум, а может, они просто закончили свою беседу на балконе. Оба Организатора застывают, увидев барахтающегося на полу Ратвера, и удивлённо переводят взгляды на меня.

— Клок шерсти мне в глотку! — басовито гудит волосатый Норомос. — Ратвер? Где ты потерял ремень?

— Чёртова падаль! Тебе конец! — яростно вскрикивает оборотень, вскакивая на ноги и придерживая одной рукой сползающие брюки.

Обстановка накаляется до предела. Масаса и Норомос ошеломлены происходящим, но уже готовы вмешаться. А Ратвер, сверкая глазами от ярости, уже плевать хотел на всякие правила.

Он наполовину превращается в зверя: лицо покрывается густой чёрной шерстью, клыки удлиняются, а уши заостряются, словно у какого-то комиксного антигероя. Вот и дождались — сейчас у него окончательно сорвёт крышу. Я нарочно не стал атаковать всерьёз, ограничившись лишь подтяжками. Кто знает, как эта Организация среагировала бы, раздай я первым крепких лещей? Вдруг толчка недостаточно, чтобы оправдать самозащиту, особенно учитывая, что Ратвер — Организатор, свой человек, а я — нет. Лучше довести его до предела и вынудить напасть первым, игнорируя правила своей же конторы.

— Ратвер! Не смей! — кричит Масаса, но сейчас Ратвер слышит только себя. — В Чертогах запрещено сражаться!

Но кто бы её послушал.

— Гребаный щенок! Я тебя голыми руками…! — рычит оборотень, молниеносно отталкиваясь от пола. От его прыжка мраморная плита трескается, не выдержав силы его рывка.

Я уже облачился в каменный доспех и был готов обрушить псионический град на эту сволочь. Но мне не приходится ничего предпринимать — вмешивается Масаса.

— Я сказала — не смей, оборотень! — её голос звучит грозно и безапелляционно.

Всё происходит за одну секунду. Каналы Масасы напрягаются, и неожиданно Ратвер зависает в воздухе, будто невидимая сила удерживает его. Затем его с огромной силой отшвыривает назад. Оборотень кубарем врезается в стену, и толстый мрамор с треском разлетается во все стороны. Облако пыли поднимается в воздух, и в ту же секунду из обломков встаёт рычащий Ратвер — без штанов, в одних панталонах. На чёрной шерсти нет ни одной царапины, а из его оскаленной пасти капает слюна.

Дорогу оборотню преграждает Норомос. Волосатый йети с безразличием в голосе говорит:

— Ратвер, уймись.

Оборотень впивается бешеным взглядом в йети, но волосатый гигант остаётся невозмутимым. Норомос спокоен, как незыблемая гора. Хм, интересно, способен ли он противостоять Праотцу ликанов? Масаса, судя по её мощной атаке, явно может. И вообще, эта негритянка — действительно интересная личность. Она умудрилась обратить кинетику прыжка Ратвера против него самого. Любопытный Дар. Хотелось бы узнать о нём побольше.

Тем временем Ратвер всё же не решается ввязаться в потасовку со своими. Он сбрасывает шкуру полуволка и, яростно сжав кулаки, выдыхает.

— Щенок напал на меня.

Предсказуемая ложь, но крайне глупая.

— Неправда! — возражает Лиан. — Ты первым ударил конунга по руке, а когда он дал тебе лёгкий ответ, ты чуть не порвал его!

«Чуть не порвал» — это, конечно, преувеличение, но сейчас такая формулировка мне на руку. Я краем глаза замечаю Камилу. Пуговицы её пиджака на груди подрагивают от напряжения. Я чувствую её волнение и быстрыми телепатическими волнами привожу её состояние в стабильно-спокойное.

«Всё идёт по плану, Камил», — добавляю ей мысленно. — «Попкорн нам не достать, но можем насладиться зрелищем».

— Заткнись, остроухий, — угрожающе бросает Ратвер в сторону Лиана.

— Ратвер, — раздражённым тоном произносит Масаса. Сейчас она напоминает злую чёрную кошку. — Нам что, звать Размысла? Он быстро выяснит, что здесь произошло, и тогда тебе уж точно не влетит.

Видимо, Размысл — это телепат Организации. Приятно, что мулатка без колебаний верит словам Лиана. Похоже, за малышом стоит репутация надёжного товарища, тогда как за оборотнем закрепился образ брехуна.

— Что ты предлагаешь, смоляная? — хмурится Ратвер. Звать телепата он явно не хочет.

— Ты получаешь штраф и уходишь искать штаны, — бросает негритянка.

Оборотень минуту ломается явно для виду, но в конце концов принимает выгодный для себя исход.

— Хорошо. Пускай будет штраф. Мне просто лень копаться в этом дерьме, — как можно небрежнее бросает Праотец «волков», подтягивая сползшие панталоны. Он переводит на меня обещающий взгляд.— А ты жди меня в гости, щенок. Скоро мы снова пообщаемся.

Масаса и Лиан хмурятся.

— Ты как Организатор не можешь нападать на поселения Боевого материка, — заявляет Масаса. — Это навредит эксперименту.

— Конечно, не могу, — соглашается Ратвер. — Но щенок живёт не только на Боевом материке.

— Сначала найди штаны, — напоминаю я. — Для тебя это должно быть проблемой «номер один».

Оборотень яростно дёргает губой, но не задерживается. Он резко разворачивается и быстрым шагом уходит, исчезая среди колонн.

А пухлогубая мулатка явно не успокаивается и сразу находит новую цель для своего яростного взгляда — меня.

— С ума сошёл⁈ Ты здесь и часа не пробыл, а уже умудрился оставить Ратвера без штанов! — рычит она. — Он же от тебя ничего не оставит!

— Волнуешься за меня? — с улыбкой спрашиваю я, беря Камилу за руку. Брюнетка крепко сжимает мои пальцы. — Это очень трогательно, но мне пора домой.

— Мы его просто так отпустим? — негритянка оборачивается к Норомосу. — А если Ратвер его убьёт?

Йети равнодушно пожимает могучими плечами.

— Ратвер не дурак, — спокойно размышляет волосатый гигант. — Он знает, что за убийство конунга тавров ему может влететь от Организации. После отработки штрафа оборотень одумается.

Фыркнув, Масаса закатывает глаза, а потом вдруг выуживает из широких рукавов мантии какой-то кулон на золотой цепочке. Его поверхность мерцает в тусклом свете, отливая золотом. С решительным шагом негритянка приближается ко мне и протягивает безделушку.

— Это связь-артефакт, — Масаса впивается в моё лицо требовательным взглядом. — Если Ратвер придёт за тобой, обязательно свяжись со мной.

— Зачем? Ты придёшь и спасёшь меня? — я с усмешкой принимаю кулон, быстро просканировав его.

— Я подумаю, — надменно бросает Масаса, резко отворачивается, её мантия взметается в воздухе, как крыло огромной птицы. — У тебя всё равно нет выбора, конунг.

Масаса больше не оборачивается и исчезает в глубине прохода. А я провожаю взглядом её стройную спину. Нет выбора, говоришь? Ну-ну. Шоколадка, ты удивишься, насколько у меня он огромен.

По дороге домой я выясняю у Лиана подробности насчёт штрафа: что за фрукт такой и с чем его едят.

— Это отработка в одном из миров, — сообщает малыш-альв. — Очень муторная и тяжёлая, — он морщится. — И мерзкая.

— Что-то вроде ручной очистки выгребной ямы? — уточняю. В армии часто так наказывали провинившихся лошков.

— Кхмм, сравнение довольно странное, но в точку, — соглашается Лиан и тут же мрачнеет. — Три дня точно Ратвер будет занят «выгребной ямой», а потом, боюсь, он всё же придёт к тебе, — малыш вздыхает. — Норомос прав — убивать тебя Ратвер не станет, но с него не заржавеет оторвать руку или ногу. В общем, он точно нагрянет к тебе, конунг.

Камила вздрагивает, округлив глазки, а я спокойно произношу:

— Гости — это всегда прекрасно. Даже незваные.

Вернувшись в Турий Рог, первым делом приказываю увезти кулон Масасы как можно дальше за пределы крепости. Щедрая негритянка, видимо, «позабыла» упомянуть, что эта безделушка — не просто артефакт для связи, но ещё и подслушивающее устройство. К счастью, у меня в Легионе есть Жора-жабун и его сканеры, которые легко выявляют работу энергоструй. Выяснить, что кулон выполняет ещё и шпионские функции, не составило труда. Спасибо Шоколадке за многофункциональный подарок, но лучше уж пусть он лежит подальше, где не сможет навредить.

Далее я вызываю в кабинет Студня, Гумалина и Булграмма. Вчетвером нам предстоит решить, как ещё лучше укрепить крепость.

— Здесь и здесь установите «синюшки» Хмельного, — говорю, чертя ручкой по чертежу крепости. — А между парапетами разместите «вакуумки».

— С Турьим Рогом всё ясно, — кивает Студень, старший гвардеец. — А что с Давирисом? Мы ведь связаны с Тавиринией порталом, как пуповиной.

— В Давирисе достаточно защиты уровнем ниже, — отвечаю я. — Ратверу запрещено нападать на населённые пункты Боевого материка. Он придёт сюда, в Турий Рог, и мы его встретим по-русски, с огоньком. Так что за работу.

Следующие три дня мои люди работают как пчёлы, превращая крепость в настоящий улей. Лакомка и Полынь тоже вносят свой вклад в укрепление обороны, высаживая вокруг стен зубастые саженцы. Я же уделяю своё свободное время Легиону, но и о жёнах не забываю. Оборона — обороной, а поддержка боевого духа благоверных — дело не менее важное. Особенно этому способствует совместное купание в нашем крытом бассейне, доступ к которому есть только у меня и моих жён. Это Светка настояла на его строительстве, и когда она там появилась в своём сверхоткровенном купальнике, стало понятно, для каких целей. Остальные жёны тоже не отставали. Оригинальнее всех оказалась Лакомка, которая заменяет купальник тремя фиговыми листами на самых трепетных местах. Благодаря Дару друидизма, альва удерживает их на себе без всяких верёвок. Правда, иногда они всё же соскальзывают… В общем, коварная задумка Светки удалась.

Бассейн — это замечательное развлечение для наших жён, но нельзя забывать и об остальных представителях прекрасной половины нашего коллектива. С Гересой мы провели несколько рукопашных спаррингов, а с Настей устроили забег по округе в наших звериных обликах. Кто быстрее: бурый медведь или волк? Мне тоже было любопытно узнать. Оказалось, что результат бывает разным в зависимости от местности. Но у нас ещё будет возможность по-настоящему посоревноваться.

Утром четвёртого дня я медитирую в спортзале. Никаких звуков, кроме тиканья настенных часов, моих ровных вдохов и выдохов, а также шелеста жёлтой опадающей листвы, доносящегося через открытое окно. Внезапно на всю крепость разносится протяжный вой-рев, от которого стены словно начинают вибрировать. Почти сразу следует череда взрывов и грохот раскалывающегося камня. Срабатывает тревожная сирена, гвардия вместе с дружиной начали эвакуацию слуг и моих близких в убежище.

Я мгновенно вскакиваю на ноги. Почти весь Легион активируется в одночасье. Сознания легионеров окружают меня, словно рой огоньков. На ходу поправив спортивные штаны, я направляюсь к выходу. Вой продолжается, временами прерываясь новыми взрывами.

Главный волчара уже здесь. Его ждёт горячий приём.