Королевский дворец Авиарии, Боевой материк

Ломтик кипит от ярости. Пусть он и маленький, но свою территорию готов защищать даже ценой собственной жизни. Они вместе с хозяином совсем недолго побыли в гнезде пернатых, но Ломтик уже успел пометить тут почти каждый угол. Это его территория. Территория его стаи. Пернатые склонили головы перед хозяином, а значит, Ломтик обязан защищать границы новых его владений.

— Р-р-р-тяв! Р-р-р-р-тяв! — Ломтик яростно машет бежевым хвостом.

Это территория хозяина! И никакие волчары не вправе вторгаться сюда! Волки — пищевые конкуренты псов. А эти бесхвостые образины хоть и выглядят как хозяин и так же ходят на двух лапах вместо четырёх, но пахнут волками, пахнут конкурирующими хищниками.

— Р-р-р-тяв! — пригнувшись, Ломтик оскаливает маленькие острые клыки, стараясь показать волчарам, насколько опасен. Пускай эти блохастые покинут чужую территорию, трусливо поджав обрубки хвостов.

— Что еще за комок ничтожества? — презрительно бросает волк, облачившийся в чёрный панцирь. — Филинов, я не потерплю этот детский сад! Ты будешь со мной драться или нет?

Этот волк вызвал на поединок хозяина, но волки — пищевые соперники псов, а значит, Ломтик должен сам заняться врагом стаи. Но раз волк не понимает по-хорошему, раз он не испугался острых клыков Ломтика, придётся действовать по-плохому.

Ломтик ныряет в тень и возникает на складе в Сковородщине.

— Ломоть? — удивлённо поднимает густые брови Гумалин, который, сидя за столом, наяривает большой ложкой «пьяный арбуз». — Волкодав ты наш! Чего вдруг заглянул?

— Тяв! Тяв! — Ломтик подбегает к заветному ящику, в котором хранится как раз то, что ему нужно. Он лает, привлекая внимание.

— Тебя что ли Филинов послал за взрыв-артефактами? Обычно он звонит… — ворчит Гумалин, глядя на маленького пса.

— Тяв-тяв! — раздаётся нетерпеливый лай.

— Да иду-иду, — Гумалин нехотя встаёт и открывает крышку ящика.

Внутри сверкают десятки белых хрустальных шаров, аккуратно уложенных в бугорчатую прокладку. Ломтик, не теряя времени, запрыгивает внутрь, хватает один из шаров за держатель и ныряет в тень.

— А крышку мне закрывать или ещё придёшь? — спрашивает казид, наблюдая за исчезающим псом.

— Тяв! — доносится из тени.

— Понял, ещё постою, — вздыхает Гумалин, облокотившись об стену.

Вынырнув обратно на мощёной площади в гнезде пернатых, которое они называют дворцом, Ломтик незамедлительно щёлкает включателем и бросает шарик в волка в доспехе. Для этого он оказался почти у самой его лапы, ибо Ломтик ещё маленький и не умеет далеко бросать. А швырнув шарик, щенок сразу прыгает в тень.

Взрыв опаляет врага, и он истошно кричит, охваченный огнём:

— Филинов! Прекрати! Это не по правилам поединка!

— Мужик, я не при чём, — со смешком отвечает хозяин. — Он сам.

Площадь наполняется ярким светом. Взрыв ещё не утих, а Ломтик уже вынырнул с новым хрустальным шариком. Детонация, бросок, и волк в клубах огня носится по площади. Ломтик, не переставая, ныряет на склад и обратно, осыпая врага новыми и новыми снарядами. Он не даёт ему ни минуты отдыха. Прыгая как белка между двумя мирами, он атакует всё новыми и новыми взрыв-артефактами.

Волк, охваченный паникой, мечется по площади, пытаясь укрыться от непрекращающихся взрывов. Каждая детонация озаряет площадь ослепительным светом и разносится оглушительным грохотом. Ломтик, маленький и неутомимый, без устали носится туда-сюда, его маленькие лапки мелькают, словно кудрявые бежевые молнии. Он не просто защищает свою территорию — он показывает врагу, что даже маленький может быть грозным и непобедимым.

— Филинов! Держи свою собаку на цепи! — вопит волк, пытаясь рукой отмахнуться от очередного взрыва.

— Боюсь, тебе драться придётся не со мной, — смеётся хозяин, и не думает прекращать веселье Ломтика. — Тебя уже выбрали для поединка.

Волк пытается огреть Ломтика огромной чёрной волной, но тени — друзья Ломтика. Он просто прыгает навстречу лавине Тьмы, исчезает под ее натиском и… переносится на склад за новой добавкой боеприпасов. Тьма — друг Ломтика.

Другим волкам явно не понравилось происходящее, и они попытались атаковать хозяина, но их тут же окружили тавры. А ещё новая рыжая самка хозяина вдруг облачилась в волка, только но не в такого, как эта образина в доспехе, а в настоящего, мощного и благородного зверя. Но Ломтик решил не зацикливаться на ней — своя же.

— Мы так не договаривались! Наш лорд хотел драться с конунгом Филиновым! — вопит один из окружённых волков. Только он остался в человекоподобном обличье, остальные обратились в волков, как и самка хозяина, но в чёрных и серых.

— Если ваш лорденыш даже нашего щенка не может одолеть, какой ему ещё конунг! — усмехается другая самка хозяина, облачённая в металлическую кольчугу и держащая в руках булаву. Крепкая матуха, и детёнышей сильных способна дать. Она тоже недавно появилась в стае. Ох, уж этот хозяин. У него столько самок, и зачем ему столько?

Но Ломтик не отвлекается от врага. Очередной шарик детонирует, и враг в чёрном доспехе с ором катится в клубах огня. А Ломтик переносится на склад за новой взрывчаткой. Но казид захлопывает крышку ящика прямо перед щенячьим носиком.

— Ты мне уже все взрыв-шары потратил, — Гумалин чешет пятернёй густую бороду. — Так не пойдёт. Похоже, у вас там настоящая запара. На, возьми лучше бум-кристалл, — другой рукой он протягивает красный кристалл неправильной формы. — Бросать не нужно. При щелчке выключателя смотри, чтобы острая сторона смотрела на цель. Вылетит мощный фугасный заряд. Понял?

Ломтик не очень понял бородатого карлика, но кристалл взял в зубы. Вернувшись обратно на поле битвы, щенок незамедлительно щёлкает выступом на кристалле, который оказался аккурат под его правым верхним клыком. Мощная взрывная волна вырывается из кристалла, и у врага в грудном доспехе вырастает маленькая круглая дыра. Сразу же чёрная броня исчезает, а волк, пошатнувшись, падает на колени.

— Гребаный щенок… — выдыхает он, прежде чем умереть.

А Ломтик, победно вильнув хвостом, с радостным лаем бежит к хозяину. И он берёт его на руки. Утомленный и довольный Ломтик сразу же засыпает, прижавшись к груди хозяина. Тепло и чувство защищённости быстро убаюкивают его, и маленький герой погружается в глубокий сон, зная, что сражение выиграно, и его стая в безопасности.

* * *

— Ну и что же мне с вами делать, блохастые? — я с Ломтиком на руках подхожу к окружённым ликанам. При виде убийственного щенка, который сейчас посапывает во сне, «волки» дружно вздрагивают.

Их боевой дух знатно пошатнулся. Они даже не думают сопротивляться окружившим таврам. Все, кроме одного, приняли облик волков, но уши испуганно прижаты, и срываться в атаку они не торопятся. Да и поздно уже: их лорд лежит дымящейся кучей, за кого сражаться?

Забавно вышло.

На самом деле сегодня день офигевания не только у покойного уже Джейра. Я и сам удивился агрессивной смелости Ломтика. Ну понятно, пёса решил защитить территорию от потенциального конкурента. Всё же ликаны пахнут как их предки-волки. Но то, что малой так разойдётся, я и представить себе не мог. Думал, придётся его спасать из лап ликана. А тут такой экшен!

Ясно, что Гумалин оказался на месте и вовремя снабдил пушистика боевым арсеналом. С взрыв-шарами всё понятно. А вот красный кристалл с фугасным боезарядом я ещё не видел. Видимо, новая разработка казида. Очень мощная шутка, раз смогла пробить доспех Мастера, пусть и ослабленный лавиной взрыв-артефактов.

Но решающим фактором оказалось то, что на Ломтика не действуют теневые техники. В смысле вообще никак. Джейр обрушил на пушистика лавину Тьмы, а тот использовал её как портал. Я и раньше подозревал нечто подобное, но на эксперименты не решался. Ломтик всё же у меня один, да и сильной нужды не было, теневики — редкий вид магов у землян, но не у ликанов. А тут лохматыш сам попёр, как мини-танк.

Что ж, значит, у меня сейчас в руках (буквально) настоящая стеклянная пушка против тёмных магов. Крутотень.

Блин, а кто сейчас об мою ногу трётся. Настя, ты что ли?

— Уррр, — хитро ощеривается рыжая волчица, продолжая тереться мордой об моё бедро. В зверином облике она позволяет себе намного больше, даже касается меня, что вызывает прищуренный взгляд у Гересы.

— Лорд Джейр мертв, — поднимает голову впередистоящий ликан, видимо, придя к какому-то решению. — Это был поединок, как наш лорд и хотел… хоть и не лично с тобой, — он бросает опасливый взгляд на маленького собакена, уснувшего у меня на руках. Переутомился малой, не рассчитал силы. — А с твоим питомцем. Мы лично не имеем к тебе претензий, конунг Филинов. Можешь забрать пегассиров, но отпусти нас.

— Я не могу вас отпустить, — замечаю, погладив Ломтика по ушам. Собакен сладко позевывает во сне. — Вы слишком многое видели.

Действительно, лучше уж Ломтику оставаться моим секретным оружием.

— Тогда нам остаётся лишь подороже продать свои жизни, — с пониманием кивает ликан, обращаясь в мускулистого чёрного волка с багровыми глазами.

Тавры в каменных доспехах вскидывают мечи и топоры. Я поднимаю ладонь, и рогатые замирают.

— Вы вправе выбрать этот путь, — киваю. — Но есть и другой: сдайтесь и оставайтесь моими пленниками до тех пор, пока я не убью короля Кенриса. Обещаю вас выпустить после этого. Мне лишние рты ни к чему.

Чёрный волк задумывается.

— Могут пррройти годы, пррежде чем ты срразишься с нашим королём, — с утробным рычанием произносит оборотень.

— Сложиться может как угодно, — не отрицаю. — Я просто дал вам выбор, а вы уж сами решайте.

Ликаны молчат. Тавры снова вскидывают оружие, Гереса принимает боевую стойку, держа свою гром-булаву наготове. Окутанный пламенем Паленый формирует фаербол, Настя оскаливается и готовится вгрызться в глотку чёрному волку. Один я остаюсь в обманчиво расслабленной позе, всё так же поглаживая Ломтика. Но на самом деле мне ничего не стоит в первую же секунду боя убить сразу трёх ликанов.

Но этого и не требуется. Чёрный волк обращается обратно в клыкастого мужика, который встаёт на колени и убирает руки за голову.

— Мы сдаёмся.

Остальные ликаны следуют примеру своего нового вожака. Я киваю Булграмму, и тавры принимаются вязать пленников. Мда, вот новая головная боль. Но к счастью, я уже прикинул куда отправить пленников. Пылиться в клетках — не вариант. Лучше уж их кое-куда пристрою.

Всё это время Карлан потрясённо качает головой.

— Вот и удался праздник, — вздыхает король Авиарии. — Теперь Кенрис нас ещё больше возненавидит.

— Король Кенрис не знает, что мы направились к иномиряину, — не соглашается с ним связанный ликан. — А также что мы взяли пегассиров из королевской конюшни.

Карлан облегчённо вздыхает, а я, потеряв интерес к пленным, подхожу к крылатым лошадкам. Статные и сильные. Прислушиваюсь к их разуму. И легко поддаются ментальному программированию. Одно удовольствие — полетать на таких над Сковородской грядой. Вот это и будет настоящий праздник.

Интересно, как скоро Кенрис хватится своих лошадок? Наверняка, очень скоро. Всё же пегассиры считаются алмазами конного мира. На них летают короли, их ближайшие вельможи, великие военачальники и отборные воины. Сложно не заметить такую пропажу.

* * *

Волколакград, Ликания

— Мой король, у нас украли десяток пегассиров.

— Что⁈ Когда⁈

— Три дня назад.

— Что?!!!

* * *

Сковородщина, граница земель Вещих-Филиновых и Сморкиных

— Ваше Благородие, это уже территория графа Вещего-Филинова, — предупреждает ловчий. — Нам нужно вернуться обратно в ваш лес.

— Никуда мы не вернёмся! — возражает Сморкин, перезаряжая двустволку. — Гребаный Дракон уже пятое утро не даёт мне поспать! Мы перестреляем всех уток Филинова, и ему самому не на кого будет охотиться, ха-ха! Так вот!

Подняв ружьё, дворянин решительно топает в сторону лесного озера. Его резиновые сапоги оставляют глубокие следы на болотистой почве, хлюпающей под каждым шагом.

— Ваше Благородие, одумайтесь, — ловчий, спешащий следом, пытается отговорить господина. — У вас утки ничем не хуже!

— Это дело принципа, — отмахивается Сморкин. — Раз я не смог отобрать у него землю, то хотя бы так нагажу…

Он резко замирает и вылупляет глаза на шеренгу выстроившихся волков. Огромных, чёрных, с багровыми глазами и ощеренными пастями. Сморкин в ужасе сглатывает ком в горле.

— Хорошие собачки…

— Сам ты собачка, жиррдяй, — огрызается самый матерый волк. — Теперрь мы блюдём за этой землёй. Нас конунг поставил на заставу. Ещё рраз перешагнёшь грраницу — я тебе ногу отгрррызу. Пошёл нахрррен!

И Сморкин, вняв командному тону волка, резво бросается обратно. Ловчий тут же следует за ним, но через несколько мгновений обгоняет своего благороднейшего господина.

Сморкин, бегущий по тропинке, пытается осмыслить происходящее. Оборотни! Мастера-оборотни на службе у Вещего! И он отправил этих монстров всего-навсего охранять границы в лесу⁈

— Мать, сколько же у Вещего боевых сил⁈ — шепчет он, едва дыша от ужаса и усталости.

По дороге двустволка цепляется за ветки кустарника. Сморкин, безрезультатно дёрнув ружьё, оставляет его в зарослях. Хотя это ружьё баснословно дорогое, из линейки Роял Делюкс, которым пользуются самые богатые охотники мира, включая короля Англии и персидского принца, Сморкин не испытывает сожаления о потере. Он вообще больше не собирается охотиться на уток, даже на своих землях. С такими внушительными сторожами на границе лишний раз выходить из дома точно не захочется.

* * *

Три дня проходят в рутине. Нужно было решить, куда пристроить пленных ликанов. Я решил не держать их взаперти, а отправить на границу с землями Сморкина. Пусть заодно сторожат мои владения от всяких браконьеров и контрабандистов. Ментальные закладки пленникам я, конечно, установил. Без моего разрешения они не смогут покинуть строго ограниченную территорию. Кроме того, я дал оборотням переговорные амулеты, чтобы они предупреждали забредших, а не сразу кидались рвать их на куски.

Старший гвардеец Студень сразу начал ныть, что оборотней я мог бы использовать более эффективно, например, в боевых задачах. Доводы он привёл разные. Я согласился с его суждениями. Конечно, будь у меня на службе Мастера-оборотни, то следовало их использовать более разумно. Но ликаны — мои пленники, а не бойцы. Можно наставить им ментальных поведенческих закладок, но внушить настоящую верность займет много сил и времени. Если это вообще возможно, я же не пробовал, не знаю. А без верности глупо доверять блохастым. А потому пускай охраняют границы до самой кончины Кенриса. Потом их отпущу, так и быть.

Да от блохастых даже на их месте есть толк. На днях они притащили дорогущую двустволку Роял Делюкс. Не знаю, что за браконьер охотился с элитным ружьём, но спасибо ему большое. Теперь у меня есть отличный подарок для Морозова на его свадьбу с альвой, которая когда-нибудь состоится. Слышал, князь без ума от Роял Делюкс. Вот так рояль в кустах, хе.

— Мелиндо, ханьцы прибыли, — заходит в кабинет Лакомка. — Мы с Настей разместили их в конференц-зале. Всех десятерых дипломатов.

— Так много? — удивляюсь я, прервав медитацию. — Чжу Сянь — странный тип. Стоило тащить с собой столько народу только ради того, чтобы услышать отказ. А что княжна Ольга?

— Она как раз въезжает в ворота, — альва подходит к окну. В её голубых глазах искрятся огоньки. — Думаю, ты лично захочешь встретить Её Высочество.

Эх, дурацкий этикет.

— Не факт, что хочу, но, видимо, так надо, — со вздохом поднимаюсь из-за стола.

Спускаюсь на крыльцо вовремя. Кортеж как раз тормозит. Первыми выскакивают охранники, которые открывают заднюю дверь бронированного фургона. Наружу выходит Ольга в деловом костюме. Её золотые волосы собраны в пучок, искрящийся на солнце.

— Ну что, конунг? — с улыбкой обращается княжна после моего приветствия. — Вы готовы второй раз победить Империю Хань?

Второй раз? То, что я участвовал в войне, известно всем, а вот моя ключевая роль в победе утаивается. Хм, а Её Высочество, оказывается, посвящена в секретную информацию.