Это оказалось проще, чем я думал. Королевская ложа? Пфф, никакой защиты сверху, никакого ПВО. Быстрый прыжок из-за облаков, и я уже топчусь на самом важном балконе Авиарии с узорчатой кованой балюстрадой, а все вокруг хлопают офигевшими глазами. Правда, контейнер оказался, ш-шука, тяжелым, но хрена с два я отдам золото ликанам!

«Бис, хватай того в парике!» — я посылаю ментальный сигнал в небо, прямо в чешуйчутую голову одного из своих подручных.

Предварительно я уже швырнул «теннисный» пси-мячик в грудь маркизу де Блан. Он сглупил и сразу не надел доспех, может, шокированный моим прилетом, а потому мигом вырубается. А нечего тупить.

В ту же секунду в королевскую ложу сваливается огромный рептилоид. Когтистые зеленые руки загребают бесчувственного маркиза и закидывают на могучую чешуйчатую спину.

«Улетай» — даю команду, и Бис торпедой уносится вверх.

Кто-то из стражников только сейчас додумывается выпустить вслед Бисе арбалетные болты. Ну и кретины же! Моим летунам-то ничего не будет, а вот самого маркиза могут задеть. Но Бису закрывают своими телами другие рептилоиды. Вспыхивают силовые поля, и болты отскакивают от полупрозрачной «зеленки» как от бетонной стены. Молодцы парни! Сами сообразили! Не зря именно бешраны охраняют моих жен. Не только сильные, но и мозги имеются.

Я швыряю пси-гранаты в стражников, и они разлетаются в стороны, словно кегли. Собираюсь схватить контейнер и тоже удрать, но шок от моего появления уже прошел, и мне приходится уворачиваться от воздушного копья, выпущенного магом-стражником. С деревянной лестницы доносятся крики командиров, раздающие приказы, и топот стражников, которые пытаются организоваться и вломиться в ложу.

— Эй, летун! Думаешь, ты один здесь темник⁈ — вскрикивает один из ликанов. Клыкастый верзила мигом облачается в доспех Тьмы и швыряет в меня черный шар. Я нивелирую атаку встречной струей Тьмы.

— Думаю, что я один здесь сильный темник! — усмехаюсь.

Верзила сжимает кулаки. Другие ликаны обращаются в огромных черных волков и истошно взвывают. Значит, темник и оборотни. Как раз два любимых Дара ликанов. К другим стихиям любимчики Ратвера менее предрасположены. Но это даже мне на руку. Я решаю чутка задержаться и повеселиться. Ведь простор поистине огромный.

— Убейте его! — гремит темник.

Оборотни прыгают на меня, и очень вовремя — их оскаленные морды ловят мои пси-стрелы. Проводники готовы, а дальше секундное напряжение моего мозга, и волчары застывают, так и не добравшись до моих ног. Каждый оборотень замирает в позе прыжка, словно застывший в моменте, их мышцы напряжены, но они не могут двигаться. Это выглядит как сцена из фильма на стоп-кадре.

«Вы на кого хавалки раскрыли, блохастые?» — спрашиваю на мыслеречи, и черношкурые виновато виляют хвостами.

— Какого волколака вы встали⁈ — вопит ликан-темник. — Нападайте!

«Вы слышали своего шефа. Фас!» — дублирую команду.

И волки, развернувшись, бросаются на темника. Тот не ожидал такой подставы и с криком сваливается. Сильные волчары взбираются сверху, разрывая пастями доспех. Оборотни мощные, но всего лишь Воины. Шкура еще не обросла нормальным антипсионическим слоем, а потому каждый из них — лакомый кусочек для телепата. В зверином облике никакие антипсионические побрякушки не защищают ликанов, а единственная защита низкоранговых перевертышей — оборотническая шкура — не преграда для Мастера-телепата.

И всё идет очень весело, вот только я недооценил темника. Не только его силу, но и тупость. Он оказывается второранговым Мастером, да еще в панике обрушивает на своих подчиненных что-то подобное Голоду Тьмы. Хм, радикальное решение. Черное облако накрывает заодно деревянные стропила ложи. Под скрежет железных зубьев балки разлетаются в щепки, а тут еще на узкий балкон прибегают воздушные маги-стражники. В общем, ложа со всей этой толпой летит вниз. Ну а я тоже лечу, только в противоположную сторону. Подхватив контейнер за ручку, устремляюсь вверх. У самых облаков оборачиваюсь на ристалище. Из-под деревянных обломков как раз вылезает темник. Судя по тому, как он свернул шею попавшемуся под руку сановнику-орнитанту, настроение у ликана сильно попортилось. Клыкастый задирает голову и с яростью смотрит прямо на меня. Хе, похоже, ликан будет искать со мной встречи. Ну я только рад. Ликан-то явно не простой, из знати. В этот раз не получилось просканировать ему память, значит, в следующий обязательно исправим.

Отвернувшись, я догоняю рептилоидов.

— Посланник Птицы, — гудит Бис, хлопнув по спине маркиза, лежащего на его плече. — Пернатый просыпался. Ниго пришлось сделать легкий «бум» по его голове, — кивает на другого рептилоида, а тот гордо показывает зеленый кулак. — Чтобы спокойней долететь.

Я быстро сканирую кровоток в черепе маркиза. Обычное сотрясение, ничего смертельного.

— В следующий раз сообщайте мне, — делаю замечание. — Я без всяких «бумов» его усыплю. А то у вас кулаки тяжелые. Чуть переборщите — и капут.

— Хорошо, Посланник, — кивает Бис.

Вообще у рептилоидов к орнитантом довольно смешанные чувства. С одной стороны, бешраны поклоняются птицам. С другой, орнитанты, хоть и произошли от птиц, но сильно отличаются от пернатых предков по внешнему виду. От птиц у них остались только перья на голове, и это создает у рептилоидов ощущение, будто орнитанты издеваются над их предметом поклонения. Поэтому пернатые люди вызывают у зеленых громил неприязнь.

До портального зала нам остается лететь несколько минут, когда я ощущаю сильное волнение своих жен. Моментально проникаю в их мысли и погружаюсь в атмосферу. Мои перепончатые пальцы! Несколько пленных магов вздумали взбунтовать, да еще попробовать захватить моих благоверных в заложники. Хе, забавная ситуация. Заложники пытаются взять заложников. Смешно-о-о-о. Аппетиты велики, да зубы малы. Но точкой кипения для меня становится, когда моей жене кричат: «Не рыпайся, обезьяновидная, а то проткну воздушным дрыном».

Зато появляется возможность испробовать браслет Горнорудовой в режиме удаленки. Мигом активирую Жартсерк с Чихающим Черепахом, и контрольный мне зверь пробуждается в голове блондинки. Быстрое выполнение техники. Светка чихает с такой силой, что одним мощным импульсом сбрасывает всех бунтарей в пропасть.

— Мамочки! — офигевает блондинка, почесывая покрасневший носик. — Вот это я дала!

— Что это было, Свет⁈ — волнуется Камила, округлив глаза.

— На аллергию не похоже, — Лена как всегда ищет логическое объяснение. — Неужели и у тебя второй Дар пробудился?

— Нет, это…апчи-их! — Светку снова пробирает, и от нее тут же все отшатываются просто на всякий случай, а то вдруг снова как ипанет. Но нет, это всего лишь остаточный эффект от техники зверя. Я ведь уже «выключил» Черепаха. — Апчих…Это…Пчих…

При каждом новом «чихе» жены и «тибетчики» вздрагивают. Я даже специально создаю у Светы пару легких чихов. Знаете ли, очень весело наблюдать за испуганными лицами соратников. Даже Великогорыч перекрестился на свой манер — погладил обломки рогов. Я не сдерживаюсь и похихикиваю, и летящие рядом рептилоиды удивленно на меня поглядывают.

— Не удивлюсь, что это Филинов учудил, — Фирсов своим ворчанием попадает в самую точку. — Леший его знает как, но не удивлюсь.

— Нет, командир. Это не дорогой, — возражает Веер, глядя как чихает блондинка. — Готова поспорить. Если выиграю, то ты снимешься в моем новом фильме в эпизодической роли моего слуги.

— Наемница, — пренебрежительно фыркает Фирсов. — Вашей породе лишь бы на всякую фигню спорить. Я пас.

— Я готов поспорить, что это Филинов, — встревает Шаровой. — Этот парень нам всегда врагов не оставляет. Жадный он больно. А вообще согласен на роль. Но если проиграешь, то засосешь Филинова в губы, сразу как увидишь. Вот прям едва только он залетит обратно, чтоб офигел конекретно.

— ОГО! — восклицает Мерзлотник.

— Идет! — не раздумывая азартная полька протягивает старому молниевику руку.

Камила с Леной смотрят на Веер с удивлением. Какие ставки! Какие страсти! Но наемница-актриса не намерена сдаваться. Они с Шаровым скрепляют пари рукопожатием, а затем смотрят с ожиданием на бывшую Соколову. Блондинка уже закончила «апчихать» и вытирает платком слезки с глазок.

— Да, это Даня! — наконец кивает Светка, и Веер удивленно роняет нижнюю челюсть:

— Да как так⁈ Да не может быть!

— Неважно уж как, — фыркает Шаровой, усмехаясь от уха до уха. — Это уже семейные тайны, туда мы лезть не будем, а то Филинов еще запишет нас в свои враги. Готовься выполнять пари, Ковальски.

— Раз проспорила, то выполню, — раздраженно отвечает Веер, а сама уже достает из кармана разгрузки освежающий спрей для рта со вкусом мяты.

А я, наблюдавший всю эту сцену глазами Светы, невольно притормаживаю в полете. Мои перепончатые пальцы! Вот чем они занимаются, пока я устраиваю диверсии в стане орнитантов. Совсем с ума посходили от безделья!

— Посланник Птицы, что случилось? — оборачиваются бешраны.

— Гюго и Ниго, возьмите-ка золото, — передаю контейнер рептилоидам, а то в самом деле, чего это я один его таскаю. — Возвращайтесь на базу, а я пока наверну еще один кружок вокруг дворца.

И улетаю проветриться. Не помешает перед тем, как Веер кинется меня встречать.

* * *

Ристалище, Королевский дворец Авиарии

— Герцог Алансо, тревога! Маркиз де Блан захвачен иномирянами! Теперь вы регент. Мы ждем ваших приказаний, — в низком поклоне склоняется капитан дворцовой стражи.

— Что⁈ — взвизгивает герцог, которого застали врасплох в ложе высших аристократов. — Я не хочу быть регентом! Уже двух похитили передо мной, считая короля! Вы что, моей смерти желаете⁈

— Ни в коем случае, — отрицательно качает головой капитан. — Но вы влиятельнейший аристократ после де Бланов. Кто же будет регентом, как не вы?

— Да…да хоть бы герцог Мирсан, — сразу же переводит герцог стрелки, кивнув на соседа.

Полный господин в летах как раз ел виноград с серебряного подноса. Услышав свое имя, он подавился виноградиной и громко закашлялся.

— Господа, побойтесь небес! Какой из меня регент⁈ — Мирсан решительно идет в отказ. — Я старый больной человек. Мне не до регентства. А вот маркиз де Лонсье…

— Простите, господа, у меня прихватило живот. — упомянутый Лонсье вскакивает и стремительно покидает ложу. — Подождите несколько минут. Сейчас вернусь.

Согласно кивнув, капитан и остальные герцоги молча наблюдают за ристалищем. Завалы рухнувшей королевской ложи уже разгребли, но теперь, понятно, не может быть никакого праздника. Да и больше некому пускать пыль в глаза: растрепанные и злющие ликаны уехали, напоследок пообещав орнитантам «большие проблемы».

Вскоре откуда-то из-под трибун доносится крик Лонсье:

— Запрягай коней! Мы покидаем этот дерьмовый дворец! Пускай они сами дохнут!

— Хм-хм, думаю, маркиз де Лонсье покинул нас с концами, — равнодушно замечает капитан.

— Мм, а давайте обойдемся без нового регента, — предлагает герцог Алансо. — Вот вы, капитан, возглавляйте оборону дворца как возглавляли, да и всё. А королевские дела подождут возвращения короля.

Герцог Мирсан кивает, соглашаясь.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — хмуро сообщает капитан. — Но я, боюсь, сил этих недостаточно. Иномирянин-менталист разбил Вихрей, захватил самых влиятельных лиц королевства, а также окончательно рассорил нас с ликанами, вырвав их золото прямо у нас из рук. Нам некому просить помощи, а сами мы можем лишь сдерживать продвижение иномирянина по дворцу.

— Тогда сдерживайте, голубчик, — Мирсан с улыбкой закидывает в рот очередную виноградинку. — Сдерживайте, а там видно будет. Возможно, проблема сама собой разрешится.

— Верно, — Алансо пригубливает вино. — К чему расстраиваться? У вас больше людей и магов. Да и ничего страшного ведь не произошло.

Капитан долго смотрит на двух расхлябанных герцогов и глухо бросает:

— Как прикажите, Ваши Сиятельства.

* * *

Портальный зал, Королевский дворец Авиарии

Арисия де Блан никогда не испытывала такого шока. Она — единственная дочь влиятельнейшего маркиза — впервые чувствует себя столь странно. Сегодня ее поразила гамма никогда ранее не испытываемых эмоций. А всё из-за того, что никогда раньше с ней так не обращались. Да, ее хотели женить на избалованном слабаке Вартане, но в остальном все ее прихоти всегда выполнялись по первому щелчку ее изящного пальчика.

Но вот она встретила этого иномирянина. Этого Филинова, как называют своего господина прислужники.

Наглый и молодой, он чхать хотел на желания Арисии. Заковал красавицу в кандалы, проигнорировал ее щедрое предложение по союзу с де Блан, как и саму красоту девушки. Что она почувствовала в этот миг? Гнев, обиду, желание разодрать когтями наглое лицо менталиста. Дальше — хуже. Когда здоровые рептилоиды притащили отца Арисии, она вообще впала в ступор. Иномирянин переиграл всех, вообще всех. И казалось, что тут можно кричать уже «Туше! Ты выиграл, чертов подлец!», но нет, иномирянин добил ее, когда чуть позже прилетел сам, а одна из его прислужниц — фигуристая магнетичка — кинулась ему на шею и крепко засосала в губы.

И тогда впервые в своей жизни Арисия ощутила что-то вроде…да ну нафиг! Ревности⁈

Другая бы стала копаться в себе, рефлексировать, переживать. Но маркиза не страдала подобной чушью. Арисии оставалось только смириться и попытаться выжить в новых условиях. Время не терпит. Орнитанты верят, что мир — это шарик, лежащий на языке огромного Бога-Дракона. Так вот неожиданно для Арисии, как и для всей Авиарии, этим Богом-Драконом стал Филинов. Никто из орнитантов это еще не понял. Но у Арисии было достаточно времени, чтобы, сидя на прохладном полу, наблюдать за иномирянином и мотать на перо всё увиденное. Тьма, Камень, псионика, левитация… Да вы издеваетесь! Кто он такой вообще⁈ Может, один из Организаторов? Да ну, вряд ли. Но что точно — Филинов слишком хорош. Но, наверняка, и у него есть слабости. Вернее, потребности. Одна из них — женщины. Слишком уж много их у менталиста — только здесь три девушки носят звания его официальных супруг, а сколько у него любовниц даже сложно представить.

Но его женщиной Арисии не стать. По крайней мере, сейчас. А значит, нужно давить на другую мужскую потребность. А именно — знание, ведущее к силе. И маркиза принимает решение.

— Конунг! — громко произносит Арисия, зазвенев кандалами. — Могу я поговорить с конунгом⁈

Филинов как раз стоял возле арки портала и изучал взглядом камень в стене, образующий червоточину. По его кивку девушку поднимают и отводят туда же.

— Что вы хотели, мадамуазель? — обращается Филинов, не отрывая взгляда от стены.

Девушка скрипя зубами делает изящный поклон — только лишь для того, чтобы привлечь внимание иномирянина. А то он так и будет пялиться в стену, игнорируя ее прекрасные изгибы.

— Я хотела быть полезной великому конунгу тавров, — воркует Арисия, выпрямляясь.

— Неужели? — Менталист смотрит на нее с улыбкой. — Я весь во внимании.

— Вы очень разносторонний маг, а потому должны интересоваться различными знаниями, — замечает Арисия. — В том числе о воздушной магии. Ведь так?

— Продолжайте, пожалуйста, — доносится лаконичное.

— Я догадываюсь, что вы, наверняка, мельком просмотрели память короля и Вартана, но могли пропустить один момент, — улыбается Арисия и тише добавляет: — Речь о секретных королевских книгах в потайной комнате за библиотекой. Я думала, мне стоило сделать акцент на них. Ведь о книгах знают также и другие герцоги, и они могут покуситься на фолианты, пока король в плену.

Несколько секунд Филинов молчит, видимо, читая мысли Арисии для подтверждения ее слов, а затем усмехается:

— Благодарю, мадемуазель. Ваша подсказка очень своевременна, — он оборачивается к огромному безрогому тавру. — Великогорыч, поднимай дружину. Мы идем в библиотеку.