Через пару часов мы встречаемся с Чжу Сянь в моем шатре. Фирсов тоже присутствует, а также безрогий нынче тавр Булграмм и Гансов.

— Господин Вещий-Филинов, — слегка кланяется ханьский сановник, быстро глянув на здорового тавра. — Наконец мы с вами увиделись. Как поживаете?

Надо же, какой учтивый.

— Спасибо, — улыбаюсь. — Благодаря продовольственным запасам ваших военных мы здоровы и полны сил.

Лицо ханьца остается непроницаемым. Его глаза, тем не менее, сверкнули тревогой, прежде чем он вернул их к нейтральному выражению.

— Скажите, а Странник ликвидирован или взят в плен? — Он молодец, что не стал меня ни в чем упрекать. Понимает, что это бесполезно. Лучше уж, правда, перейти к главным темам.

— Не думаю, что это было бы разумно — пытаться пленить Высшего Грандмастера, — усмехаюсь. — Странник мертвее мертвого. Договоренности с нашей стороны выполнены в полном объеме.

— Да, это хорошая новость, — удовлетворенно кивает Чжу. — Но у нас с вами возник новый вопрос, который необходимо решить. Каковы ваши условия для прекращения атак на Империю?

— Тут всё просто, господин Чжу, — улыбаюсь. — Мы немного не рассчитали с припасами, когда собирались в Тибет. Поэтому были вынуждены позаимствовать их у ваших военных. Но нам всё еще не хватает запасов. Требуется ваша помощь. Поэтому я предлагаю следующее. Вы даете нам провиант и бензин, а мы возвращаемся в Царство.

— И всё? — приподнимает брови ханец. — Вам нужны только припасы?

— Ах да, чуть не забыл: еще вы соглашаетесь на последние мирные условия нашего Царя, — вспоминаю. — Без их подписания о нашем отступлении не может быть и речи.

Незадолго до приезда Чжу с нами связался Красный Влад. Оказалось, что мы не только загасили Странника, но и почти выиграли войну. К этому привело расхищение всего пятерки баз. Ханьцы перепугались до дури и теперь готовы на всё, лишь бы выпроводить из центра Империи группировку русских.

— Вот как, — вздыхает Чжу. — Но мы уже узнали об этом, когда поступило мирное предложение от вашего командования. Скажите мне одно: когда мир будет заключен и мы передадим вам припасы, вы покинете Империю?

— Да, только мне еще нужны стелы из монастыря. Те самые, которые понаставил Странник.

Надо же как-то возвращать тавров домой. Ну и налаживать надежные мосты с Той Стороной. Постоянно скачущие «норы» Будовска совсем не удобны для торговли.

— Мм, думаю, с этим не возникнет проблем, — задумывается Чжу. — Но доставка стел займет время. Трейлеры с грузом прибудут позже. От себя я же даю слово, что вы обязательно получите требуемое.

Мм, ясно. Торопит с отъездом. Ну с другой стороны, можно довериться сановнику и посмотреть, как он держит слово. Память Странника скачена. Даже если ханец обманет, не проблема изготовить новые стелы, потребуется только много времени. Зато буду знать, надежный ли Чжу человек.

— Хорошо, — киваю. — Тогда мы отправимся на север, как только ваш Император подпишет мирное соглашение и предоставит припасы.

— Конечно, — Чжу снова кланяется. — Господин Филинов, в честь нашего успешного сотрудничества позвольте сделать вам подарок. Он находится в моей машине.

— Да, конечно, — пожимаю плечами. — Пойдемте, я вас провожу, заодно подарите.

Подарком оказывается украшенный драгоценными камнями дао. Искусный клинок выкован из обычной стали, но оружие явно древнее и антикварное. Клинок явно прошел через множество рук, сохраняя на себе отпечаток истории. С таким в бой не пойдешь, но зато не жалко повесить на самое видное место в гостиной, где он станет предметом гордости и восхищения гостей.

После отъезда Чжу наша стоянка длится еще целый день. Я успеваю проведать Дубного. Он нормально оклемался после возвращения в тело дроу. Затем очередь Коренаста. Странник хорошо потрепал древогиганта, но, к счастью, разум Разрубалы не растворился в псионической волне и постепенно восстанавливался не без моего участия.

— Даня, а меня не хочешь проверить? — строит глазки Света, когда возвращаюсь в шатер. Внутри сидит только одна блондинка, расстегнув камуфляжную куртку и призывно перекинув ногу на ногу. Её длинные светлые волосы свободно спадают на плечи, а взгляд полон лукавства и намека.

Ну, Лена, наверное, с Веер тренируется, а Камила продолжила медицинский осмотр гвардии. Она им занялась еще с Тибета, хочет убедиться, что никто из бойцов не получил скрытых ран.

Света, заметив мою задумчивость, игриво улыбается и проводит рукой по краю куртки, ещё больше обнажая плечо.

— Хорошо, что ты предложила, — серьезно киваю. — Я заметил, что твой уровень еще подрос. Пошли за лагерь, поучу тебя новой объемной технике. Пока Дед Дасар не нашел огненного наставника, я не дам тебе потерять хватку.

— Ну вот, — вздыхает блондинка, поднимаясь. Её куртка так и остаётся расстёгнутой до самого полога, видимо, в последней надежде на более близкое общение. Но сегодня она не оправдается, к легкому разочарованию Светы.

На открытом поле за лагерем, под ярким полуденным солнцем, бывшая Соколова быстро схватывает все элементы Огненного Вихря. Я показываю ей основные движения, формируя огненные кольца и вихри, которые танцуют вокруг нас в ярких вспышках. Вскоре Света сама сжигает полполя вокруг нас. Я нисколько не удивлен её успехам. Всё же Света — самый талантливый боевой маг из всей троицы моих младших жён. У неё большой потенциал, и с умелым наставником она запросто его реализует. А после тренировки я всё-таки вознаградил блондинку желанной разрядкой — в лесочке за травяным полем, подальше от людских глаз. Быстро, но качественно. Света осталась довольной.

Припасы ханьцы доставляют нам сегодня. Так им не терпится расстаться с нами. Но мы никуда не спешим — приказа ведь не было. И только на следующее утро поступает звонок от Владислава.

— Мир подписан, — буднично сообщает начальник Охранки, будто разговаривает о погоде. — В Хань ваша миссия завершена. Так что трогайтесь. По возвращению в столицу вас ждет царская благодарность.

Взвывают двигатели, и автоколонна шустро мчится на север, окутываемая клубами пыли. К вечеру на горизонте возникает знакомый Хрустальный навесной дворец принцессы Ай. Мимо него, к сожалению, не проедешь, да и нужно вернуть дао хозяйке.

Уже на мосту слуги сообщают, что как раз сегодня во дворце проводится званый вечер, и принцесса также приглашает присоединиться «Убийцу Тигра, его жен и заместителей». На что Фирсов только равнодушно хмыкает:

— Пойдут: Веер, Шаровой, Мерзлотник и, конечно же, «Убийца Тигра» с женами, — зыркает он на меня.

— Конунга и его благоверных дроттинг должна сопровождать свита тавров, — вставляет громогласное слово безрогий Булграмм. — Так заведено предками, Белесоглазый.

Опять бывший конунг за свое. Мне, если честно, уже лень спорить со своим «верноподданным», поэтому предоставляю это право Фирсову.

— Значит, пойдет свита в лице тебя, — бросает Фирсов, скрестив взгляды с Булграммом. — Еще вопросы?

— Вопросов нет, — отвечаю я за тавра. — Есть поправки. Жены с нами не идут. Мы все равно быстро управимся.

— Хорошо, — кивает Фирсов. — Мне тоже там делать нечего.

Званый вечер проходит в широком зале с несколькими столами. Во главе пира сидит, конечно же, принцесса Ай, вся нарядная и цветущая, в платье, которое подчеркивает её пышные формы. А вот место фаворита все еще пустое. Видимо, замену карьеристу Го оказалось не так-то просто найти.

Мы пришли в пыльной экипировке, за что незамедлительно удостоились осуждающих взглядов почти от всех ряженых ханьцев, кроме принцессы.

— Господин Данила! Слышала о вашей великой победе! — радостно машет Ай и элегантным жестом указывает на стул фаворита. — Садитесь, прошу.

По рядам гостей распространяется удивленный вздох. Я же сдерживаю усмешку.

— Боюсь, Ваше Сиятельство, мы спешим и не можем задержаться на ваш прекрасный вечер, — я подхожу к принцессе и подаю почищенный дао в помытых ножнах. — Ваш клинок помог мне в бою. Благодарю за помощь, госпожа. Я возвращаю великую реликвию её лучезарной собственнице.

На фаворитский стул я даже не смотрю. Ханьцы — отбитые ритуалисты, и у них не принято просто так садить кого-то на места официальных любовников. Это что-то да значит, но у меня нет никакого желания занимать сомнительные места. Может, для кого-то это и честь, но для графа и тем более конунга почти унизительно. И нет, принцесса не хотела меня оскорбить, просто наши с ней понятия чести сильно разнятся. Да и она не знает о моем новом титуле конунга.

— Как жаль, что вы не останетесь, — вздыхает принцесса, бережно принимая артефакт. — Расскажите хоть напоследок, как в вашей великой победе поучаствовала реликвия рода Чен.

— Клинок пробил последнее силовое поле Странника, — произношу я, наблюдая, как большие глаза Ай загораются гордым блеском. Она мгновенно расправляет плечи, и её осанка становится ещё более величественной. Сейчас она искренне гордится своими предками. Для пущего эффекта я добавляю: — Это был ключевой фактор. Когда бы меня ни спросили о последних минутах Странника, я всегда буду отвечать, что клинок Чен открыл дорогу моим смертельным ударам.

Ай явно наслаждается этими словами, её улыбка становится шире, а взгляд наполняется глубоким удовлетворением. Видя её реакцию, я понимаю, насколько важна для неё репутация рода.

— Спасибо, что прославили мой род своим подвигом, господин! — принцесса прямо сияет счастьем. Она вдруг протягивает дао мне обратно: — Господин Данила, вы увенчали лаврами фамилию Чен. Я прошу вас еще подержать у себя нашу реликвию и использовать ее в ваших славных подвигах. Уверена их предстоит немало.

— Хорошо. — Такого я точно не ожидал. — Меч я верну по вашему первому требованию.

— Я верю вашему слову. И не забудьте, показаться с дао на награждении в Кремле, — улыбается она. — Вы выиграли войну, и вас обязательно наградят.

— Ваша меч будет на моем поясе, а ваша фамилия на моих устах. — Вот я и стал бренд-амбассадором. Кто бы мог подумать. Ну меч того стоит.

— Раз вы не можете остаться, то чем еще я в силах помочь? Нужны ли вам топливо или провизия?

— О нет, — усмехаюсь я. — Господин Чжу Сянь уже позаботился о наших потребностях. Но я бы не отказался узнать имя талантливого кузнеца-мастера, который способен выковать подобный клинок, — киваю на дао в руках принцессы. — Может, вы знаете? Я бы хотел поручить ему похожую работу.

— Дао Чен выковал род Яня Шисаня, — принцесса переводит взгляд на гостя с закрученными тонкими усами. — Господин Янь, вы могли бы заняться заказом господина Данила?

Янь Шисань прищуривается, а затем, быстро подумав, встает из-за стола.

— Господин, отойдем, — кузнец отступает к окну, и я, бросив извиняющийся взгляд на принцессу, следую за ним. Остальная группа «Тибет» остается ждать у стены и перешептываться. От моего усиленного слуха не ускользает уверенный комментарий Шарового:

— Без драки Филин точно не уйдет. Ханьцы наглые. Что-то да случится…

— Типун тебя на язык, — фыркает Веер.

— Что и из чего ковать? — деловито спрашивает кузнец Янь, важно скрестив руки на груди.

— Полуторный листовидный меч, из аномального металла, — поясняю. — Состав тот же, что и у реликвии Чен.

Кузнец удивленно приподнимает брови.

— Аномальный, значит… — протягивает задумчиво. — У меня сохранился секрет ковки предка. Но работа дорогая, — он внимательно разглядывает ногти на руке, словно обдумывая свою следующую фразу. — Я готов её выполнить за земельный надел на южном морском побережье.

Ого себе, загнул. Виллу на море захотел отгрохать. Но у меня всё равно нет своего побережья… Или есть? Надо уточнить.

«Эй, Великогорыч, — мысленно обращаюсь к Булграмму. — Слушай, а моя Тавириния часом не прибрежная страна?»

Огромный тавр закрутил головой, словно не понимая, откуда звучит мой голос. Потом смотрит на меня через весь зал, его лицо озаряется догадкой. Зачем-то он набирает в широкую грудь воздуха.

«Да просто ответь, да и всё» — приказываю.

И тавр отвечает. Вслух.

— КОНУНГ! ТВОЯ ТАВИРИНИЯ РАСКИНУТА НА БЕРЕГУ ОПАСНОГО МОРЯ! — его громогласный бас гремит на весь зал, заставляя ханьцев за столами вздрогнуть и обернуться. — МЫ БЕССТРАШНО БОРОЗДИМ ЕГО ПАГУБНЫЕ ВОДОВОРОТЫ НА СВОИХ ДАККАРАХ! ЛЕД И СМЕРТЬ НАМ НЕ СТРАШНЫ! ЗА ГАЛЬГАЛЛУ! УЖАСАМ НАВСТРЕЧУ!

Ханьцы в ужасе подскакивают на месте, кто-то даже хватается за сердце. Принцесса удивленно смотрит на бывшего конунга, затем на меня.

— Тяв! Тяв! — где-то ещё и Ломтик поддакивает. Ну, щенок всегда за любой кипиш.

Уши заложило даже у меня. Мда. Потом обязательно следует объяснить Булграмму принцип работы мыслеречи.

— Господин Данила, всё в порядке? — встревоженно спрашивает Ай, её лицо выражает заботу и удивление.

— Да, Ваше Сиятельство, — повернувшись к принцессе, я прикладываю руку к груди. — Мы обсуждали плюсы и минусы яхтинга. Мой человек увлекся. Впредь он будет вести себя потише.

Понимающе улыбнувшись, Ай благосклонно кивает, и я возвращаюсь к кузнецу.

— Хм, вряд ли вы хотите надел рядом с «пагубными водоворотами, льдом и смертью», — усмехаюсь Яню. — Да и я не готов раздавать свои земли как оплату за услуги. Царские рубли вас не устроят?

— Я готов выполнить работу за полмиллиона рублей, — задумчиво произносит Янь. — Но при одном условии, — глянув на принцессу, он тише добавляет: — Пообещайте, что оно останется только между нами двумя.

— Да, пожалуйста, — пожимаю плечами. — Если это условие не направлено во вред достойным людям, то болтать мне не интересно.

— Вы, должно быть, заметили, что принцесса не избирает себе нового фаворита, — неожиданно начинает кузнец. — Всё дело в вас. Вы слишком сильно её поразили. К тому же одолели иномирянина в монастыре, что еще добавило вам бонусов. Я вам изготовлю меч за полмиллиона рублей, если вы дадите моему внуку шанс перед ней сверкнуть.

— Каким образом?

— Согласитесь на поединок с ним, — отвечает ханец. — Здесь и сейчас. Желательно, чтобы вы проиграли, — добавляет, прищурившись.

Раздумываю над услышанным несколько секунд.

— Никаких поддавков, — отвечаю. — А на честный бой я согласен. Но вы поклянетесь своим родом, что выполните заказ независимо от исхода поединка.

— Хорошо, — немного раздраженно бросает кузнец. — Я знаю, что вы Мастер. Думаю, шансы у моего племянника есть. Но под запретом любые артефакты.

— Хорошо, — киваю.

Довольный кузнец уходит к принцессе, чтобы выпросить разрешение на поединок. Подробностей он не сообщает. Ай, конечно, удивляется такому неожиданному повороту, но не спорит, и, судя по блеску в её глазах, она догадывается об уловке Яня.

Вскоре я и ещё один гость встаём друг против друга. Ханец оказывается магнетиком, что неудивительно. Всё же Шисань — род кузнецов, и магия металла у них в крови.

— Я же говорил, — шепчет Шаровой Веер. — Что будет драка.

— Накаркал, старый, — приходит к выводу полька.

Поединок взрывается градом ударов. Мы оба облачаемся в доспехи и схватываемся в рукопашке. Я выбираю гранитный панцирь, всё равно уже не раз засветился в нем. Семен Стоеросов проявляет себя на хорошем уровне. Его кулаки покрываются каменными шипами. Он формирует на локтях гранитные щиты, которые с грохотом блокируют удары противника. Внук Яня тоже умелый рукопашник, но всё же доспех у него слабее. Очень скоро он начинает сдавать позиции. Его дыхание становится тяжёлым, движения — менее точными. В один из моментов я наношу серию быстрых и точных ударов, заставляя его отступить и, в конце концов, упасть без чувств.

— Это восхитительный бой! — радостно хлопает в ладони Ай. Раскрасневшееся лицо, сияющие глаза. Принцесса явно насладилась зрелищем.

Скинув доспех, я поворачиваюсь к грустному Яню и пожимаю плечами. Ладно, не за бесплатно же он будет ковать меч. Полмиллиона — это огромные деньги. Но на всякий случай стоит заранее разузнать репутацию кузнеца. Вдруг он мстительный господин. Тогда доверять ему нельзя.

На прощание принцесса спрашивает меня:

— А вам понравилась утка, которую в прошлый раз прихватил ваш питомец?

— Тяв! — раздается тихий утвердительный ответ из глубины моей тени.

— Да, — улыбаюсь. — И я бы не отказался от добавки. Ваши утки превосходны, Ваше Сиятельство.

* * *

Где-то на Той Стороне

На балконе высокой башни разговаривают двое. Мальчик с острыми ушами взобрался на балюстраду и шагает по ней туда-сюда, вытянув руки в стороны. Он бросает насмешливые взгляды на далекие здания внизу, словно насмехаясь над самой смертью.

— Пропал конунг тавров с дружиной, — замечает юная чернокожая женщина в синей мантии. — Это может повлиять на расстановку сил на материке. А мы не для того выводили гуманоидные расы из разных видов зверей, чтобы загубить их.

— Не связана ли пропажа с исследованиями Странника? — задумчиво роняет двенадцатилетний мальчик, продолжая ходить по тонким перилам. Его голос звучит невозмутимо, несмотря на опасное положение. — Он вообще был очень замороченный в последнее время. Не к добру это. Думаю, стоит его проведать.

— Пойдешь в мир с низкой аномальностью? — приподнимает бровь женщина. — Оно тебе надо, Лиандриль?

— Вообще-то нам обоим это надо, — лучезарно улыбается мальчик, спрыгивая с балюстрады и грациозно приземляясь на пол балкона. — Ведь мы с тобой — члены Организации.