— Деда, сегодня у меня была первая пара, — произносит Катя Смородина, заглянув в комнату главы рода.

Непримечательная дешевая мебель, пыль на полу и обшарпанный стол, за которым сидит худой старичок в очках. Отложив в сторону новые поступившие квитанции, он переводит беспокойный взгляд на внучку:

— Да, и как прошло? Тебя не обижали однокурсники? — с тревогой спрашивает он.

— Нет, в Академии меня никто не трогает, — качает головой девушка, не уточняя, что она не подвергается нападкам Стяжкова лишь благодаря Даниле.

От Кати не укрылась уже образовавшаяся пыль. Опять нужно самой пропылесосить, ведь слуги давно распущены из-за отсутствия денег, а дед совсем неприхотливый.

— Точно? — старик чувствует вину за то, что не может уберечь внучку. Всё что в его силах — это оплачивать счета за дом и удовлетворять минимум их потребностей в еде и одежде. Вот тебе и новый глава рода.

— Да, не переживай, — отмахивается Катя. — Помнишь, я говорила тебе, что вместе со мной учится Филинов? Он скоро женится.

— Филиновы действительно возрождаются⁈ — старик снимает очки и устало проводит рукой по уставшим глазам. — Как же так! Неужели этому проклятому роду дали второй шанс⁈

Катя грустно произносит:

— Возможно, Данила собирается возродить весь свой клан…

— Не дай бог! — старик нервно дергает губой. — Больше никогда наш род не попадет в ту же ловушку. Филиновы — зло во плоти. Необузданные, не знающие границ. Мы уже были их верными вассалами, а они…они связались с чернотой из Астрала.

— Да, деда, это так, — грустно произносит девушка, лишь чтобы успокоить переволновавшегося старика. — Я пойду переоденусь и возьмусь за готовку.

— Сильно не перетруждайся. Мне достаточно и простой еды, без изысков, — спешно произносит старик.

— Да, хорошо, — девушка отворачивается и покидает комнату, а дед, уронив взгляд на счета, сдерживает слезы жалости к себе.

* * *

Свадьбу мы решили провести в Будовске. Там все наши родные, там школьные друзья, там рода Светы и Камилы. Причем мы с невестами поставили себе задачу кровь из носа успеть жениться до учебы. Я просто-напросто хотел быстрее закрыть гештальт, а Камила со Светой боялись, что меня «уведут институтские девки», как по секрету сказала Лакомка. На основе этого довода блондинка с брюнеткой «убедили» других невест мобилизовать силы. Потому незамедлительно полетели в родные края. Только пришлось сначала отпроситься у Фирсова, ликвидатор поворчал-поворчал да и отпустил, сказав что, так и быть, следующая пара дождется официального начала учебы. Она, кстати, через две недели, так что времени в обрез.

Едва прилетаем в наш старый дом, как невесты сразу же бросаются за подготовку к свадьбе. Рассылают приглашения, договариваются с духовным отцом, который проведет таинство, ну и в целом устраивают всё к большому празднику. Несколько дней я почти не вижу девушек, настолько они поглощены беготней, а когда пересекаемся, то затравленный суматошный блеск в их глаза словно говорит: «Если у тебя нет знакомого кондитера или оформителя свадебных свечей, дорогой, то лучше не отвлекай меня». Ну я и не отвлекаю, благо все подготовительные мероприятия обходят меня стороной. Да и без этого есть чем заняться.

Вообще Будовск за последний год сильно разросся. Появился район грандиозных высоток, проложили новые современные дороги, улицы оснастились современной инфраструктурой. Мои инвестпроекты в город уже приносят первые выхлопы, и это не может не радовать. Благотворительные вложения тоже реализовываются. Так, например, открылась одна из лучших больниц в княжестве, куда поставляются в том числе разработанные «Энергосинтезом» лекарства.

В один из вечеров я сижу со Степаном на его уютной открытой веранде. Устроившись в своем любимом кресле, отчим попивает пивасик, а я за компанию рогогорский коктейль. От пива меня не прёт. Физику надо вбухать его целую канистру, чтобы хоть немного опьянеть, и чтобы зря не переводить алкоголь и не обделять отчима святым напитком, я решил лучше «побаловаться» полезным энергетиком.

Внизу между цветочными клубами резвится Шарик. Огромный волкомедведь гоняется за бабочкой, но ушлая малявка ловко обводит его вокруг пальца и каждый раз ускользает.

— Вот и вырос ты, Данила, — вздыхает Степан и пьяно подхихикивает. — Да так вырос, что женишься аж на четырех.

— Раз закон разрешил, почему бы и не жениться? — задумчиво роняю. — Слушай, я тут общался с Гумалином. Оказывается, царские охотники неплохо уже шастают на Ту Сторону.

— Ага, — довольно кивает Степан. — Приручились, спасибо спрею Лакомки, без него бы пришлось намного сложнее. Постепенно налаживаем контакт с жителями Той Стороны. Кстати, слышал, что твои гвардейцы тоже.

Я киваю. Уже десять белых казидов обитает на моей базе. Их привели гвардейцы из доброотряда, но это пока родовая тайна, поэтому Степану ничего не поясняю, а он и не настаивает.

— А почему белых казидов всего десять? — спрашивал я гвардейцев недавно. — Неужели больше не нашли?

— Нашли, — отвечал Сергей Сивых. — Целый город нашли. После того как ты потрепал черных карликов, шеф, белые смогли собраться и объявили себе нового короля, но род Гумалин больше не является правящим. За ним сюда пошел всего десяток.

Вот так вот. То-то я заметил, что Гумалин стал совсем синим-синим. Значит, не показалось. Расстроился мой руномастер, и это нехорошо. Но как всё исправить, пока непонятно.

Возвращаюсь мыслями в настоящее.

— Пап, а почему вы мою сестренку до сих пор не назвали? — перевожу я тему. Между прочим, вопрос актуальный. У мамы уже живот приличный.

— Да вот думаем и никак не придумаем, — вздыхает Степан. — Был бы пацан, я бы его нарёк в честь одного из своих почивших боевых товарищей, а так черт его знает. Мало женщин я видел нормальных и не дур, — он спохватывается. — Твоя мать одна из немногих, конечно.

— Конечно, — с улыбкой отпиваю я из шейкера.

На следующее утро приходит донесение от вернувшихся с Той Стороны гвардейцев. Как уже ясно, мои бойцы теперь тоже ходят в «норы» за мясом и за разведданными. В этот раз гвардейцы совершили вылазку почти на неделю, больше еще никто не делал, а потому, наверняка, им есть что сообщить. Поэтому я не удивляюсь, когда Сергей Сивых просит заглянуть на базу.

— Шеф, есть важные донесения, — сообщает Серега, когда я наведываюсь в его кабинет. Тут же присутствует и Гумалин, даже с почти трезвым взглядом.

— Шеф, мне родича нашли! — вскрикивает первым казид. — Моего племяшку! Спаси его, ради всех богов!

— Тихо! — гаркает на иномирянина Сергей. — Сначала донесение, потом уже шеф решит, нужен ли ему твой совет.

— А что случилось-то? — хлопаю я глазами.

— Шеф, одного из белых казидов из рода бывшего короля…

— Это мой племяш Емляк! — не выдержав, вставляет карлик и сразу притихает под суровым взглядом Сергея.

— … заточил высший дворянин другой расы — дроу, — поясняет Сергей. — Держат пленника в одном дне пути от обычного расположения «нор».

— А где держат конкретно? — Ого, дроу. Это случайно не родственники альв?

— В замке некого лорда Бесчлина, — Сергей переводит взгляд на казида. — Ты о нем слышал?

— Да, это крепость рядом с портовым городом Заипис, — спешит вставить Гумалин. — Городом владеют дроу, но там полно разных рас, в том числе людей.

— Людей? — заинтересовываюсь я. — Откуда там люди?

— В нашем мире они живут на далеком архипелаге, — поясняет казид. — Но часто приплывают в Заипис ради торговли.

Про Заипис я от него слышал, а вот про людей что-то не приходилось. Ну да ладно.

— Твой племянник — тоже руномастер, Гумалин?

— Да! Именно поэтому его и схватили, сто пудов! Чертов дроу хочет продать втридорога гениального раба!

Я откидываюсь в кресле и задумываюсь над проблемой. Стоит ли помогать Гумалину, даже не обсуждается. Казид изготовил для моей гвардии много полезных артефактов и заслуживает благодарности. Тем более если у его родственника тоже золотые руки. Два руномастера в моей гвардии — внушительное подспорье.

— Слушай, Данил, — вставляет Гумалин. — Век не забуду, только помоги, а?

— Да поможем-поможем, — отмахиваюсь. — Ты только помолчи и, если хочешь ускорить процесс, подумай о дроу Бесчлине, ну и в целом о городе Заипис. Мне легче читать воспоминания с поверхности сознания.

— Эй, я тебе разве разрешал ковыряться в моей голове⁈ — вскидывается он.

— А ты разве против? — удивляюсь.

— Ладно, только быстрее, — казид ерзает в кресле. — А то неуютно знать, что в твою башку подсматривают.

— Ты только думай не о казидских бабах, а о Заиписе.

— Да, щас…

— Гумалин! Заипиские кабаки мне в последнюю очередь интересны! О Бесчлине думай.

— Прости. Думаю-думаю об этой остроухой сволоче.

Вообще читать мысли казидов довольно сложно. Упрямая раса, мозг как грецкий орех. Но когда сам казид помогает, то процесс намного эффективнее. Спустя минуту я имею представление о городе дроу. Лорд Бесчлин является одним из нескольких феодалов, живущим неподалеку. Самое неприятное: ходит молва, что темница замка Бесчлина — это сплошные катакомбы с ловушками. То есть без чертежей там делать нечего.

— Мм, а кто такой Дед Дасар? — цепляюсь я за мелькнувший отрывок мысли казида. — Гумалин! Хватит о водке думать!

— Да, прости, в горле что-то пересохло…

Так, Дед Дасар — известный вор. Причем это не казид, не дроу, а человек. Прославился он успешными грабежами дроу и черных казидов. Говорят, что он имеет ключи от любого замка и карту любого лабиринта. А еще у него есть любимый бар в трущобах Заиписи.

— Значит, первым делом находим Деда Дасара, — строю я план. — А вторым — идем в лордовский замок изволять твоего родственника.

— Кого отправить, шеф? — подается вперед Сергей.

— Меня одного будет достаточно, — пожимаю плечами. Для гвардейцев это слишком уж нестандартная задача с кучей неизвестных. — Давненько в «норы» не ходил. Вот и нагуляюсь с лихвой.

— Шеф, но у тебя же свадьба на носу! — удивляется Сивых.

— Она же через несколько дней, — отмахиваюсь. — Времени полно.

— Шеф, я с тобой пойду, — заявляет Гумалин стальным голосом. — Родня — это святое.

— Ладно, — соглашаюсь. Руномастер под рукой никогда не лишний, да и в ожидании он может окончательно спиться.

— Тяв! — из тени раздается еще одно заявление присоединиться к нашей группе. Теперь без Ломтика ни одно дело не делается.

Выступать решаем вечером, часов через пять. Я за это время успеваю сгонять домой и проведать своих суетливых невест. Утомленная Лакомка сидит в столовой, уперев локти на столешницу и положив на ладони подбородок, и грустным взглядом созерцает варианты декора.

— Вся в труде? — я с улыбкой подхожу к невесте, и она устало отводит голову назад, чтоб прижаться затылком к моему животу. Касаюсь ладонью ее лба и вливаю энергию.

— Спасибо, мелиндо, — мурчит блондинка уже более живым голосом. — Да, сижу и придумываю как организовать свадьбу года в суперкороткие сроки.

— Ясно, — сочувственно поддерживаю и усаживаюсь рядом. — А я пока решил прогуляться в «норы». Благо, что и повод есть — там один дерзкий дроу захватил в плен родственника Гумалина.

— Решил устроить мальчишник на Той Стороне? — улыбается Лакомка. — Очень в твоем духе, мелиндо. Главное, до свадьбы вернись.

— Конечно. В среду ровно в двенадцать у алтаря как штык.

— И будь поосторожнее, ладно? — всё же просит альва. — Дроу — очень коварные от природы. Они, конечно, не сравняться в магическом мастерстве с альвами, но часто способны удивить.

— Ага-ага, — я оглядываюсь в поисках съестного, но стол завален бумагами, буклетами, образцами пригласительных открыток. — Слушай, а Шереметьевы, Морозовы и прочие московские шишки, получается не придут? У них же принято приглашать чуть ли не за полгода.

— Расстроился? — с усмешкой спрашивает Лакомка. — Думаю, Маша Морозова найдет время вырваться в Будовск.

— Просто в голову пришло, — усмехаюсь. — А вообще я сильно хотел увидеть на свадьбе своего лучшего друга Игорька Стяжкова, но, видимо, не судьба, — из груди вырывается тяжкий вздох, и чтобы заесть грусть, отправляюсь на кухню, а вслед сочувствующая Лакомка кричит, что свежие альвийские лепешки, в простонародье чебуреки, лежат готовыми в духовке. Это она вовремя приготовила.

Сделав разные дела, а главное до отвала наевшись, я отправляюсь на базу. Оттуда мы с Гумалин выезжаем на двух шестилапках к ближайшей «норе». Причем оба зверя мои, один сменный. Карлик недоволен. Он как ребенок посажен передо мной и недовольно топорщит бороду.

— Данил, ты же богатый! Почему не купишь нормальных пони! Знаешь какие они сильные! Сто кувшинов с настойкой запросто поднимут.

— Пони долго плетутся, — терпеливо объясняю. — А на шестилапках мы доберемся до Заиписа меньше чем за ночь. Сиди спокойно, не ерзай. Надо было тебя посадить в детское автокресло.

Казид бурчит недовольно, но я его не слушаю. Думаю о рейде. За аборигена в Заиписе я вряд ли бы сошел, поэтому прихватил с собой плащ — средневековый, длинный, сотканный из грубой ткани. Накинул его поверх экипировки с разгрузкой и натянул капюшон на голову.

До «норы» мы добираемся без проблем, затем быстрый переход и мы на Той Стороне. Цветущая степь раскрывается перед глазами до самых гор. Здесь тоже вечереет, два солнца склоняются к противоположным горизонтам. Я ментально подстегиваю животных, и они резво несутся по луговым цветам. Через часик сменяю транспорт, и разгруженная «лошадка» радостно гарцует рядом шестью ногами.

— Это она радуется, что сгрузила твой пивной живот, — я подначиваю Гумалина, а тот лишь грустно вздыхает, скучая по спиртному. Я запретил ему брать походную флягу, за что удостоился кучи лестных эпитетов «тиран», «изувер» «зожник» и прочее в таком же духе.

За ночь луга сменяются лесом, затем снова начинаются дикие поля. Один раз, во время отдыха, к нам пристает стадо мычащих хомуйволов, отвадить которое не составляет труда. Мне даже ничего делать не приходится — из теневого кармана выныривает Ломтик и звонким лаем разгоняет перепуганных бычар.

— Что это за чудище⁈ — Гумалин пораженно смотрит не бежевого пушистика. — Откуда он взялся?

Видимо, такого пушистика в этом мире еще не встречали.

— Это Ломтик. Страшный зверь, — усмехаюсь. — Если не хочешь разгневать его, будь с ним ласков, никогда не забывай делиться сыром и чеши за ушком, чтобы задобрить.

Карлик тут же почесал требовательно подскочившего к нему хвостатого. От греха подальше.

Еще до рассвета мы добираемся до города. Заипис представляет из себя кучу бараков, сараев, кабаков, трактиров, рынков, ярмарок, халуп, особняков, дворцов, раскинутых на берегу полноводной реки. Самые древние постройки скрыты за высокими стенами, большая часть города выплеснулась же за ними, словно разбрызганные чернила. К этим «новостройкам» мы и двигаемся после того, как я отпускаю пастись шестилапок, дав им ментальную закладку.

— Кабак еще должен работать, — Гумалин в предвкушении потирает руки.

Никакого асфальта, только стоптанная пыльная земля. Хорошо, что дождя не было, а то бы увязли по колено в мокрой глине. Редкие прохожие представляют собой ракхасов, смуглых до черноты людей, иногда казидов, иногда кого-то вообще непонятного. Много здесь и высоких красивых дроу с острыми ушами, темной кожей и белоснежными волосами.

До покосившегося кабак мы не успеваем дойти, как сзади меня окликают громким рычащим басом:

— Эй, в капюшоне! — я застываю на месте. — Да, ты, широкий! Живо снимай плащ! Больно хорош он у тебя! Добротная ткань, подшитый край… Сапоги с веревками — тоже скидывай!

— Это берцы, — я не оборачиваясь швыряю назад булыжник, и в следующую секунду раздается обрывочный ор боли. Стопроцентное попадание. Преимущество быть телепатом — тебе не нужно видеть противника для точного выстрела. Достаточно ментального свечения разума, чтобы определить местоположение.

Теперь можно обернуться и посмотреть, кто такой наглый. Тем более, что его дружки уже берут нас в кольцо.