Немного подумав, я решаю всё же отказаться от мысли с окном.

— Как только — так сразу, Ваше Высочество, — отвечаю с улыбкой. — Мне мама говорила, что мужчина сначала должен закончить школу, а потом уже заводить семью. Да и вообще желательно бы крепко встать на ноги.

— Знаешь, Данила, я боюсь, что с твоим неугомонным рвением к приключениям, у тебя не меньше шансов откинуть эти ноги, — задумчиво бросает Владислав.

Удивительно откровение, и чудится мне, оно неспроста.

— А почему вы этого боитесь, Ваше Высочество? — спрашиваю, невинно захлопав глазами. Действительно, с какого чихуястреба Начальнику Охранки приспичило судьба провинциального дворянина? Нет, я более чем догадываюсь о причине, но пускай уж сам озвучит.

Владислав вздыхает.

— Как, по-твоему, Данила, много телепатов способно одолеть Демона Астрала? Или решить головоломку Жартсерка? У тебя сильный Дар, юноша, и не дело разбазаривать его лишь только на смертельные опасности, хотя, не спорю, спасти Алабмаш — действительно достойное дело. Но нынче ты дворянин Московского Великокняжества, а первостепенная обязанность любого благородного — заботиться о процветании своего рода, — он смотрит на меня, как ястреб на мышонка. — Но всё же ты дворянин не с рождения, и потому, видимо, не знаешь многих элементарных вещей, известных каждому благородному.

Ого, как залечил. Еще и деревенщиной обозвал. У меня даже перепончатые пальцы зачесались сжаться в кулак. Но понятно, что Владислав специально провоцируют, может, с целью изучить мой характер и посмотреть внутренний стержень, может, зачем-то другим. Уж вряд ли глава Охранки подвержен снобизму, да и вообще имеет время на такие глупости.

— Позвольте заметить, Ваше Высочество, — с грустью вздыхаю, снова невольно глянув в окно. — Что я дворянин не потомственный. Личное дворянство же подразумевает, что мои заслуги и даже мой Дар телепата не столь значимы, чтобы и мои дети пользовались правами знатного сословия, как я. Соответственно, как ни прискорбно, но само государство не мотивирует меня на первостепенную обязанность благородного, которую вы только что описали.

— Вот значит, почему ты постоянно скачешь в полымя? Пытаешься дослужиться до потомственного? — Владислав будто бы кидает очередную затравку. Но это оказывается риторическим вопросом, потому что сам он сразу же продолжает: — Что ж, поздравляю: твоя попытка увенчалась успехом.

И замолкает на полуслове, этакий интриган.

— Служу Царю и Отчеству! — встаю и бью себя в грудь, и, кажется, немного удивляю этим матерого змея.

— Ты хоть понял, что я сказал? — слегка морщится он.

— Понял: Его Высочество меня поздравили с присуждением потомственного дворянства, — продолжаю стоять по стойке смирно.

— Садись давай, герой, — вздыхает он, а когда я усаживаюсь обратно, говорит чисто деловым тоном: — Правильно, значит, понял. Новую Жалованную грамоту получишь на одном из следующих награждений в Кремле, тебя позовут, но имей в виду: степень твоего участия в возвращении Алабмаша остается в строжайшей секретности. Так надо. В Алабмаше ты лишь участвовал в царской операции как взятый со стороны специалист. Повод для Грамоты будет совсем иной, менее привлекающий внимания, потом тебе сообщат какой конкретно. Поэтому не распространяйся о Алабмаше.

— Значит, жду повод, — конечно, я настораживаюсь, а то, как бы у меня еще и город не отобрали в их «целях секретности».

— Что с мутантами? — переводит тему Владислав.

— Реестр жителей города я передал в канцелярию Наместничества, — продолжаю настораживаться. Ведь в списке указана так же и Лакомка под вымышленным именем. — Сейчас они привыкают к обычной жизни и нормализуются.

— Судя по твоим показаниями, в катаклизме виновата некая девушка Гепара, — замечает Владислав. — Она всё еще находится под твоей стражей?

— Да, ордер на заключение мне не предоставили, — киваю. — Посмею заметить, она была всего лишь марионеткой Демона и непредумышленно совершила проступок.

— Но за свою вину преступница всё рвано должна ответить, — бросает Начальник Охранки.

— Конечно. Как насчет того, чтобы она помогла с изучением Астрала? — выкладываю предложение. — Уверен, Гепара способна предоставить полезные сведения для Охранки… вернее, для Охранного Отделения, — поправляюсь после пристального взгляда Владислава. Тоже мне формалист.

— Что ты предлагаешь?

— Гепара предоставила табличку, с помощью которой был призван Демон. — Я уже давал точно такие же показания Охранке, но видимо, не грех повторить. — Эта древняя табличка сама по себе очень интересный артефакт. Его можно изучать и изучать чуть ли не до бесконечности. Но новый факт в том, что Гепара до сих пор привязана к артефакту призыва. Не знаю, насколько связь долговечна и крепка, но несомненно, что табличка и Гепара и сейчас по-прежнему соединены.

— Хм, а почем ты только сейчас это сообщаешь? — хмурится Владислав, глянув на бумаги на столе, видимо, с моими показаниями.

— Я выяснил об их связи уже после допроса, — я и глазом не моргаю, потому что это правда.

— Хорошо, что сообщил, — кивает Владислав. — Тогда мы заберем Гепару на Лубянку.

— В каких условиях она будет содержаться? — не могу не спросить. Всё же если бы не Гепара, я бы не попал в Алабмаш. Потом я уже узнал, что именно она крикнула Слопсу, который и вытащил меня из реки. И пускай гепардоухая виновата в катаклизме, но также присутствуют смягчающие обстоятельства — их немного, но они есть.

— В приемлемых, — сообщает царский брат. — Для полезных преступников у нас есть специальная программа сотрудничества. А для мотивации мы используем не только кнут, но и пряники. Эти преступники живут в охраняемых гостиничных номерах, пользуются благами цивилизации и даже получают оклад за свою работу.

Мда, неплохо. Многие простолюдины только мечтают о таком наказании.

— Как сюзерен Гепары, я хочу иметь доступ к ней, — твердым голосом заявляю. А почем бы нет? Мало того, что гепардоухая красавица присягнула мне, так еще и имеет связь с древнейшим ментальным артефактом. Пропустить результаты столь интересных исследований я просто не могу.

— Очень заботливо с твоей стороны, — усмехается Владислав. — Тогда мы также будем привлекать тебя и к изучению артефакта. Ведь на ваших встречах эта мутантка всё равно расскажет тебе о результатах.

Заманчивое предложение, Владислав Владимирович. Конечно, оно с двойным дном: в свою очередь Охранка сможет наблюдать за моими манипуляциями с артефактом, но почему бы и не да? В накладе-то, думаю, не останусь.

— Согласен, Ваше Высочество.

— Остается вопрос с самим Алабмашем. — Сладкое он оставил на десерт.

— Жители присягнули мне. — Читайте по слогам «Город мой, не отдам!»

— Земля принадлежит Наместничеству, — произносит Владислав. — Но город твой, да. Со всеми предприятиями и инфраструктурой. Только не подведи: городскую жизнедеятельность необходимо наладить в ближайшие сроки. Сейчас к Алабмашу прикипело пристальное внимание журналистов, а потому город должен быть благоустроен и возвращен к цивилизованной жизни, как достойный пример поддержки Царства.

Поддержка целого Царства в единоличном исполнителе Даниле Вещем? Меня от такого почета едва не распирает смех. Но приходится сдержаться.

— Всё будет, — коротко отвечаю. Как-никак, это и в моих интересах: если проявлю себя как успешный градовладелец, фиг кто отберет у меня Алабмаш.

— Тогда договорились, — сообщает Владислав. — На этом всё…Ах да, не забудь про пересдачу рангового экзамена на телепатию — не сейчас, но через пару-тройку месяцев. Ты явно уже не Воин.

На этом уже точно всё, и я отбываю обратно к себе в Алабмаш. Вообще дел на Кавказе лично у меня осталось немного. Я всё же градовладелец и инвестор, а не городничий и управляющий. Моя первостепенная обязанность — это башлять деньги, а не вникать в каждую мелочь в процессах перекладки труб и смены энергосетей. Сегодня-завтра Алиса с Василисой пришлют из столицы группу управляющих, они и займутся всем восстановлением. Влетит в крупную копеечку, но не зря я грабил Хоренова и других дворян. Город стоит на горячих источниках, а потому всё окупится с лихвой, главное, смотреть в перспективу.

Кисловодск остается позади, и колонна моего кортежа начинает неторопливый подъем по крутым серпантинам, обвивающим голую скалу. Я сижу в бронемобиле и поглядываю на долины за краем обрыва. Но углубиться в мысли не дает резкий шум справа на скале. Медленно, но неостановимо камни смещаются и катятся прямо на машины впереди. Да и нашу тоже заденет…

А уже через секунду впереди раздается грохот автоматных очередей.

Я вздыхаю. Только засады сейчас не хватало. Во мне, между прочим, сидит неугомонный Демон — если не удержу, всем поблизости наступит белый и пушистый зверек на букву «п».

Но некогда грустить. Быстро распахиваю дверь и выскакиваю наружу уже в каменном доспехе.

«Останови оползень» — мысленно командую «включенному» Дубному.

«Легко сказать!» — отвечает рыжий бородач, явно растерянно. Блин, всему учить надо.

«Кидай на пути лавины валуны в шахматном порядке» — даю распоряжение. Этот метод использует МЧС для стабилизации оползней, правда, там используют не валуны, а буронабивные сваи, да их к тому же закапывают на глубину в два метра, но сейчас-то и обвал небольшой, искусственный.

«Понял».

Пока Дубный черпает энергию из моего накопителя и швыряет тяжелые булыжники, я оцениваю обстановку. Гвардейцы уже высыпали из машин и перестреливаются с врагом впереди. А вверху за оползнем прячется целый Мастер.

И как только сканеры проморгали отморозков? Видимо, они держались на расстоянии до тех пор, пока каменщик не создал лавину. Ну и он тоже не высовывался до последнего.

Зря я не взял с собой Змейку. Но невелика проблема — одного Мастера я без проблем под орех раскатаю.

Оползень слегка засыпает дорогу, ну одну тачку впереди придавливает, а так Дубный справился, людей не завалило. План противника провалился. Не вышло у него засыпать нас, а потом перестрелять выживших. Теперь, главное, чтоб они от нас не ушли. Интересно, кто такой дерзкий? Ну чего гадать — сейчас узнаем.

Гвардейцы продолжают бодрую перестрелку, магией их никто не атакует, а значит, сами справятся. Ну или потянут нужное время. В любом случае мне надо заняться главной угрозой.

Срываюсь с места и прыгаю по камням вверх. Позади остается промежуточный гребень. Навстречу выскакивает каменщик в панцире. Хорошо, что не стал убегать. Сейчас, как порядочные люди, устраним все разногласия при помощи боевой магии.

Противник атакует массированным снопом камней, я моментальной образую перед собой гранитный щит. Такая здоровая плита из камня. Приходится спрятаться за нее полностью — опустить голову, плечи поужать, да еще и плиту держать, а то снесет ведь. Мастер бьет мощно и долго.

«Ба! Иван! — я удивленно сообщаю Дубному. — Это же Каменный град! Только у него шире обстрел, чем у тебя, почему-то…»

«Почему-то… — передразнивает меня уязвленный легионер. — Может, потому что он — полноценный Мастер? Может поэтому, шеф?»

«Всё у тебя какие-то девчачьи отговорки, — усмехаюсь. — Как будто тебе кто-то мешает быть тоже Мастером»

Дубный еще что-то бурчит, но мне некогда его слушать — формирую еще одну плиту взамен разбитой. Мастер оказался упертым, я бы сказал твердолобым даже. А кто еще будет врубать два подряд Каменных града? Не думаю, что у него накопитель резиновый или есть Жора-жабун как у меня. Но да ладно, его проблемы.

А бросим-ка в него пси-гранату. Да вот прямо сквозь плиту и бросим, чтобы не подставляться. Плита же не антипсионическая, как и Каменный град Мастера.

Брошенный лиловый шарик исчезает в толще гранита. Секунду я жду.

О, грохот затих. Настал и наш черед.

Я отбрасываю плиту в сторону и бросаюсь на упавшего врага.

* * *

— Студень, противник перебит, — докладывает сканер, когда перестрелка затихает и гвардейцы берут в плен подстреленных налетчиков.

— Ошибаешься, Навигатор, — Студень бросает взгляд на скалу, где среди камней скрылся Вещий. Оттуда всё еще доносится глухой грохот камнепада. — Один остался. Бур, с твоими идем вверх. Остальные — вязать пленных и ждать.

Вместе с пятеркой бойцов Студень быстро поднимается по остановленному оползню. Они взбираются на промежуточный гребень скалы и, пригнувшись за камни, смотрят на битву двух каменщиков. Враг обстреливает мощным беспрерывным градом шефа, укрывшегося за вертикальной плитой.

— Студень, шеф же против Мастера стоит, — замечает Бур.

— Ему не впервой, — спокойно замечает Студень, хотя в душе немного и волнуется. — Пока просто наблюдаем.

А ничего другого и не остается. Стоит им высунуться со своими пукалками, как их прихлопнут, словно мух.

Обстрел резко прерывается — рядом с Мастером вспыхивает лиловый пси-взрыва, и ого отбрасывает в сторону. Тут же на противника налетает шеф с пси-клинком и каменным топором. Ответка за град не заставляет себя ждать. Мощный удары по каменному панцирю даже отдаются в земле.

— Вот же ж, положил так положил! — с восторгом выдает Бур. И Студень с ним солидарен.

Шеф уже, конечно, разделывался с Мастерами, но гвардейцам это приходилось видеть крайне редко. Зато того, что видели, пробирало до мурашек. Особо запомнилась битва с Вороновым. Специфическая магия Тьмы давала преимуществу «темнику», но это его не спасло.

Каменный Мастер напоминает упавшего теленка, который безуспешно лягается. Пси-клинок явно не дает ему сосредоточиться, да и мощные удары топора мешают. Шеф упорно и неторопливо вскрывает гранитный панцирь, а затем одним касанием пси-клинка обрывает гаду жизнь.

— А вы чего тут уселись?– выпрямившись, Вещий смотрит на груду камней, за которой присели гвардейцы.

Студень тут же выпрямляется:

— Пришли доложить: ударивший в авангард противник разбит, взяты трое пленных.

— Пленные, говоришь, — задумчиво роняет шеф, сбрасывая доспех. — Они нам не нужны. Всю информацию о нахождении базы этих мерзавцев я уже скачал из памяти Мастера, как и пару интересных техник медитаций каменщиков.

— Мегамозг, тогда пленных добить? — уточняет Студень.

— Мм, пожалуй, лучше сдадим их в остроге, — подумав, решает Вещий. — Банда этих выродков ворует одаренных детей для арабов, а потому, уверен, полковнику Топухову будет интересно лично пообщаться с ними. Часть деток, кстати, прямо сейчас томится на их базе для переправки в Месопотомию.

— Значит, везем гадов в острог? — снова спрашивает Студень.

— Сначала заглянем в гости к выродкам, — произносит Вещий, почесав подбородок. — За нападение они задолжали много чего, да и деток лучше освободить именно нам.

— Почему «именно нам»? — не понимает Студень.

— Потому что это будет офигительным поводом дать мне потомственное дворянство, — усмехается молодой шеф.

* * *

Никита Недежка в нетерпении ждет новостей в своем кабинете.

— Быстрее бы уже, — вздыхает дворянин, которому опостылел Кавказ с его жарким климатом и гористыми дорогами.

Он так и не смог достать Хомякова, скорее всего трус уже переместился к арабам, но зато удалось наладить продуктивное взаимодействие с местной группировкой «Кинжал». Аномальное мясо в обмен на пленного телепата с двумя Дарами. Что может быть выгоднее? Правда, плата не ограничилась мясом. В течение двух месяцев Недежка должен также предоставить боевикам десяток одаренных детей. Дворянин еще не думал, откуда их достать, но это совсем не большая проблема. Будовску осталось жить всего пару недель, может, чуть дольше. А в руинах города одаренные детишки уж отыщутся. Но это потом. Сначала — щенок Вещий.

Боевики не должны оплошать. Недежка передал «Кинжалу» сведения о Вещем: о его телепатической силе и зверях. Среди людей парня нет сильных магов, сканерв-шпионы таких не засекли, телепат же беззащитен против разрушительных природных сил как тот же оползень. Группировка же мощная, у них даже есть Мастер, и это не может не радовать. Слабакам бы такое дело Недежка и не доверил бы.

Пускай Вещий тот еще везунчик, но в горной местности против Мастера-каменщика у него нет шанса. А даже если парень опять выпутается, то с Недежки взятки гладки, он все равно использовал посредника, и их столкновение с телепатом продолжится в Будовске в рамках катастрофы для всего города.