Разрушение Второго храма в 70 г. н.э. стало кульминацией примерно семи десятилетий еврейских волнений и антиримской пропаганды. В некоторых влиятельных семьях сложилась долгая традиция противостояния римскому владычеству, протянувшаяся с первых лет правления Ирода и через весь период прокураторов. Постоянные попытки различных групп освободиться из-под власти Рима вылились в конечном итоге в восстание 66-73 гг. н.э.

Несколько факторов способствовали разжиганию вражды к Риму. Во-первых, многие палестинские евреи, начиная с восстания Маккавеев, стойко сопротивлялись любой форме иноземного владычества. Для них вопрос заключался не в том, позволяет или нет новая власть жить в соответствии с предписаниями Торы, а в национальной гордости и идеале полной свободы и независимости. Они всегда помнили о том, что как старые пророки, так и провидцы времен Второго Храма предсказывали освобождение еврейского народа. Кроме того, многие из тех, кто принял участие в Великом восстании 66-73 гг. н.э., были движимы мессианскими ожиданиями, а некоторые из лидеров восстания высказывали мессианские претензии.

На протяжении всей эпохи Второго храма мессианская идея была центральной для многих групп, чьи писания известны нам из апокрифов, псевдоэпиграфов и свитков Мертвого моря. Вдохновленные библейской надеждой на восстановление монархии царя Давида и истребление грешников в День Господа, множество авторов развивали идею мессианского освобождения. К I в. н.э. идеи о том, что в обозримом будущем евреи могут ожидать восстановления династии царя Давида, очищения религиозных ритуалов и освобождения от иноземного владычества, получили всеобщее признание среди народа Израиля. Но некоторые группы полагали, что освобождение придет естественным путем, тогда как другие считали, что установление нового порядка будет результатом великих мессианских битв и катастроф.

Оба эти фактора, а именно: наследие маккавейского восстания и мессианские ожидания, начали действовать в обстановке правления римских прокураторов, которое становилось все более придирчивым и жестоким. В период, непосредственно предшествовавший восстанию, прокураторы почти не обращали внимания на нужды и настроение евреев Палестины. В результате Риму предстояло пожинать плоды своей недальновидности.