Еврейский календарь следовал вавилонской системе использования лунных месяцев внутри солнечного года. Разница в одиннадцать дней, которая существовала между лунным и солнечным годом, компенсировалась с помощью дополнительного месяца (Адар II), добавлявшегося в конце зимы, примерно каждые три года. В эпоху Второго Храма и раввинистический период сложная система прямых наблюдений помогала соотнести календарь с реальными изменениями в фазах луны. Несмотря на то что некоторые сектантские группы во времена Второго Храма, в число которых входили боэтусиане и секта Мертвого моря, использовали календарь, основанный на солнечных месяцах, это новшество никогда на получило серьезного распространения. Таннаи считали лунно-солнечный календарь богоданным и рассматривали его как древний календарь библейского Израиля. Кроме того, согласно нашим источникам, сектантские календари не отличались большой точностью.

Помимо системы добавочных месяцев другой важной задачей было ежемесячное определение точного времени новолуния. Обе процедуры включали в себя детальные наблюдения за луной, которые в эпоху таннаев осуществлялись особой группой при дворе патриарха. Иными словами, хотя время празднования Субботы было раз и навсегда закреплено божественным установлением за седьмым днем недели, днем, когда Бог окончил работу по сотворению Мира, время праздников и прочих памятных дней контролировалось народом Израиля посредством вычислений. Таким образом, раввинистический иудаизм признавал два типа праздников: те, которые определялись Богом, и те, которые определялись Его народом. Всевышний мог освятить время Своим деянием, ставшим частью творения, но Его народ имел привилегию сделать то же по отношению к праздникам. В результате человек становился партнером Бога в деле созидания и улучшения мира.

Пока в Иерусалиме стоял Храм с его жертвоприношениями и сопровождающими их ритуалами, еврейский народ имел священное пространство, позволявшее ему общаться с Богом. Иудаизм таннаев, пытаясь приспособиться к разрушению Храма, делал все больший акцент на другие измерения священного. Такая направленность, несомненно, сыграла свою роль в распространении синагог во времена амораев, однако уже в таннайский период Суббота и праздники стали заменять Храм и его жертвоприношения как священный центр Израиля, становясь святилищами во времени.