Этой ночью Мико снова снилась Хотару. Они танцевали вместе с цутигумо и её прислужницей Сэнго, той самой, которую Мико убила. Во сне Сэнго тоже была мёртвой: с распоротым брюхом и рассечённым горлом. Белое кимоно заливало кровью, но она смеялась. И Хотару смеялась. А потом Сэнго вместе с цутигумо ели Хотару заживо. Паучиха вонзала ей в живот огромные хелицеры, а Сэнго зубами рвала мясо с рук, но Хотару, казалось, было совсем не больно. Она продолжала смеяться, глядя на… Мико.

Мико закричала, но не смогла пошевелиться – паутина цутигумо связывала её по рукам и ногам.

– Ты следующая! – захихикала Сэнго, глядя сквозь Мико белыми глазами. Куски мяса Хотару, которые она глотала не жуя, вываливались на пол из дыры в её горле. – Говорят, печень убийц очень жирная.

Даже когда на костях Хотару совсем не осталось мяса, она всё смеялась и смеялась будто заворожённая. Сэнго облизала пальцы и подошла к Мико, которая уже не помнила себя от страха.

– Знаешь, чем хороши пропитанные магией земли Истока? – прошептала Сэнго, приблизившись вплотную. На перепачканном кровью лице проступали первые признаки гниения. Длинный сизый язык забрался в ухо Мико, и она закричала, пытаясь отодвинуться, но паутина держала крепко. По щекам покатились слёзы, тело била крупная дрожь.

– Так знаешь? – переспросила Сэнго, и в руке её блеснул нож.

– Н-нет, – выдавила Мико. – Не знаю!

Сэнго расплылась в довольной улыбке.

– В том, что здесь, – она говорила медленно, смакуя каждое слово, – мёртвые могут вернуться, чтобы отомстить.

Нож с отвратительным хлюпающим звуком вошёл Мико под ребро, и она задохнулась от боли. А когда смогла снова дышать, закричала, захлёбываясь слезами.

– Мы с тобой тут надолго, – хихикнула Сэнго. Вытащила нож и тут же вонзила снова.

– Очнись! – Сильный удар привёл Мико в чувство. Она распахнула глаза.

Сон. Комната. Она в замке. Над ней – мутное лицо Райдэна. Но…

Мико задыхалась, боль никуда не исчезла, наоборот, стала ещё сильнее.

– Мой бок, – простонала Мико, боясь пошевелиться. Каждый вдох отдавался страшной, острой как лезвие вспышкой во всей левой стороне тела. Нога и пальцы руки онемели.

Райдэн откинул одеяло и тут же грязно выругался.

– Что там? – Мико попыталась привстать, но тэнгу с силой вдавил её в футон.

– Не смотри! – рявкнул он, а на лице его застыл ужас.

Он рванул пояс и распахнул на Мико юката. Она хотела запротестовать, но смогла только застонать.

– Демоны Бездны, – прорычал Райдэн, разорвал простынь и приложил ткань к рёбрам Мико.

Боль молнией прошибла тело, вырвав из горла крик.

– Потерпи, тут пара царапин. Мы мигом всё исправим, – тараторил Райдэн, утягивая Мико поясом, а она его почти не слышала, отрезанная от мира пеленой боли. – Ты же сильная девочка? Продержишься?

– Что со мной?

Райдэн подхватил Мико на руки, и она завыла от боли. Язык обожгло солью и железом.

– Расскажу по дороге, но я рад, что ты готова поболтать. Это хороший знак. – Он вылетел из комнаты и гаркнул первому попавшемуся акасягума: – Мой веер, живо!

– Но мы ещё…

– Живо!!!

Акасягума исчез, а когда Райдэн выскочил на крыльцо, второпях чуть не упав вместе с Мико, появился с веером в руках.

– Это может быть опасно! – пропищал дух. – Мы не успели нанести все кандзи на новые листья.

Райдэн поставил Мико на ноги, обхватив одной рукой за талию, схватил веер, и они взвились в воздух. Боль немного притупилась и отошла куда-то на второй план, в темноту ночи, глаза начали слипаться.

– Рассказывай, что случилось, – потребовал Райдэн, грубо встряхивая Мико. Как и в первый их полёт, он перевернулся на спину, позволив ей распластаться у него на животе.

– Я… – Она с трудом разлепила глаза. – Мне… приснился сон. Там была Хотару… цути… гумо и Сэнго.

– Это Сэнго сделала? – спросил Райдэн. – Она тебя ранила?

Мико издала нечленораздельный звук, который можно было принять за подтверждение.

– Ясно, – только и сказал Райдэн и взмахнул веером, ускоряясь.

Мико пришла в себя от новой порции боли. Они куда-то рухнули – Райдэн так и не научился приземляться. Кажется, это был лес. Ветки били по лицу, бок взрывался жуткой болью, тэнгу ругался сквозь зубы, а его пальцы сжимали Мико будто тиски.

«Останутся синяки», – равнодушно подумала она, снова проваливаясь в забытье.

– Какого демона ты её сюда притащил? – неприятный мужской голос резанул слух, и Мико снова нашла в себе силы открыть глаза.

Маленькая комната тонула в тумане, где-то на краю взгляда поблёскивал очаг.

– Помоги ей! – кричал Райдэн, и Мико поморщилась, ей очень хотелось, чтобы он заткнулся. Чтобы все заткнулись и оставили её в покое, чтобы дали совсем немного поспать. Когда Мико закрывала глаза, боль отступала.

– У нас был уговор…

– В Бездну уговор, Шин! – Что-то металлическое грохнуло об пол. – Вылечи её!

– Райдэн, ты ставишь под угрозу весь наш…

– Лечи! Это приказ! – прогрохотал Райдэн.

А Мико снова куда-то провалилась.

– Наконец-то ты вернулась! – пропела Сэнго, спрыгивая с трона цутигумо и облизывая кровь с ножа. На этот раз в пещере они были только вдвоём. – Я уже соскучилась.

Нет. Мико дёрнулась, но снова увязла в паутине. Нет! Нужно проснуться. Нужно проснуться!

– Хочу, чтобы ты умерла здесь, а не там. – Сэнго ткнула остриём ножа куда-то вверх. – Хочу это видеть. Хочу этим насладиться. Надеюсь, ты понимаешь? Ты вот видела, как я умерла, я теперь хочу тоже посмотреть. Это будет честно, не думаешь?

– Я просто защищалась. Я не хотела тебя убивать, – прохрипела Мико, не узнавая свой голос.

– О, на самом деле ты так не думаешь, – зацокала языком Сэнго. – Иначе меня бы тут не было. Твоё чувство вины, которое ты так старательно прячешь, стало для меня ниточкой, – она дёрнула серебряную паутинку, – по которой я и добралась до тебя. Удивительные чудеса магии, да? Я всегда восхищалась этими непостижимыми законами мироздания. А ты?

Сэнго склонила голову набок.

– Хотя что ты можешь знать. Самое обидное – умереть от рук такой никчёмной блохи, как ты. В тебе же даже нет ни капли магии. Простой вонючий человек – мешок костей и дерьма.

– Вообще-то говорят, что я перерождение принцессы Эйко. Надеюсь, от этого тебе станет легче? – каким-то чудом Мико сложила внятную фразу. Она из последних сил старалась тянуть время для… для того, чтобы её кто-нибудь спас? Райдэн? Он ведь пытается её сейчас спасти. Или это ей тоже приснилось?

– Кто? Ты? – Сэнго расхохоталась, да так искренне и неудержимо, что в разорванном горле забулькала кровь, а кишки вывалились из распоротого живота и рассыпались по полу. – Не смеши ме…

Низко загудел гонг, эхом разносясь по пещере. А следом за ним запел тягучий, неприятный голос.

– Ах ты су… – оскалилась Сэнго и исчезла.

Исчезла и пещера. Осталась только темнота и противный, скрипучий голос, напевающий заклинание. Запахло полынью. Снова появилась боль, и Мико застонала.

Открыла глаза. Перед ними расплывался огонь. Несколько мгновений, и веки снова сомкнулись, будто кто-то тянул их вниз.

«Не засыпай», – голос Райдэна раздражал ещё сильнее скрипучего заклинателя. Просил держаться от него подальше, и сам крутится теперь рядом, хватает за руку, с кем-то препирается, гаркает как сварливый ворон и никак не хочет умолкнуть. Ворон… Это же он подослал того ворона?..

«Открой глаза, Мико». – Прохладная рука легла на лоб.

«Отвали!» – Мико не знала, получилось ли у неё это сказать, но откуда-то издалека донёсся приглушённый смех.

«Она выкарабкается, – снова скрипучий заклинатель. – Дай ей поспать».

Когда Мико снова открыла глаза, очаг уже погас, а комната – всё ещё в тумане – окрасилась в розовый. Рассвет? Мико разглядела две тени в углу.

– Ты плохо выглядишь. – Первой тенью оказался скрипучий заклинатель. Шин, кажется? – Тебя бы тоже не мешало подлатать.

– Всё со мной в порядке. – Второй тенью был Райдэн.

– Целитель здесь я, помнишь? И ты, мой друг, разваливаешься. Что-то разрушает тебя, Райдэн. Я дам тебе настойку из женьшеня, она вернёт силы на какое-то время. Но что бы ты ни делал с собой, лучше прекращай.

Тень Райдэна хмыкнула и привалилась к стене.

– Я бы с радостью, Шин, но это не моих рук дело. Не переживай, поправлюсь, как только… всё закончится. По крайней мере, я на это надеюсь.

Повисла пауза.

– Если Акира узнает, что ты притащил её сюда… – начал Шин.

– Не узнает. А если что, скажу, что сам спас его… любимую. – Мико ясно представила, как Райдэн скривился на последнем слове.

– Он не поверит и мокрого места от тебя не оставит, – тихо рассмеялся Шин.

Райдэн отмахнулся:

– Он проторчит на Хого ещё дня три. Его оттуда не вытащить во время подготовки к празднику. Так что верну её, и никто не заметит.

– В этот раз всё может быть по-другому. Из-за неё.

– Не будет, поверь мне. Лучше не болтай, а тащи уже свой женьшень.

Мико снова закрыла глаза.

В следующий раз комната снова была розовой. На этот раз из-за заката. Тени исчезли, а очаг снова полыхал огнём. Бок болел, но терпимо. Примерно так большую часть времени болело лицо Мико, когда заживало. Это была… привычная боль, с ней получалось сладить. Мико повернула голову, и что-то зашелестело. Поморщившись, она стащила со лба листок жёлтой бумаги с красными кандзи. Заклинание. Похожий был прикреплён к стене над головой, ещё два – на раненом боку. Мико отметила, что на ней была чистая, не по размеру большая юката.

С удивлением Мико обнаружила, что может двигаться. Крякнув от натуги, она сумела приподняться на локтях. Боку это не понравилось, но Мико стерпела.

Дом оказался лесной хижиной из одной-единственной комнаты. Впрочем, у хозяина хватило средств застелить пол татами и соорудить добротный очаг. Вокруг стен стояли сундуки, на балках под потолком висели пучки трав, единственные сёдзи были распахнуты, приглашая в комнату вечернюю прохладу.

За дверью зашелестели голоса, зашуршали шаги, и в комнату вошли Райдэн и Шин.

Целитель выглядел… обычно. Невысокий, загорелый, кареглазый, он не страдал излишней красотой и казался обычным человеком, и что-то подсказало Мико, что так и было. На узких плечах – серая юката, длинные волосы убраны в конский хвост синей лентой.

– Очнулась! – воскликнул Шин, подлетая к Мико и кладя на лоб прохладную ладонь. – Жара нет. Цвет лица бледноват, но ты потеряла много крови.

Мико перевела взгляд с улыбающегося Шина на Райдэна. Он, настороженный и напряжённый, бродил внимательным взглядом по её телу, будто выискивая раны, которые мог пропустить.

– Что случилось? – спросила Мико, отворачиваясь.

– О! – хлопнул в ладоши Шин. – Зарумянилась! Совсем чуть-чуть, но это очень хо…

– Сэнго оказалась ходящей, – перебил его Райдэн. – Она занималась магией при жизни и после смерти превратилась в мстительного духа. Они используют чувства людей – любовь, ненависть, вину, – чтобы приходить к ним во сны и мучить. Обычно снами всё и ограничивается, но Сэнго, похоже, была сильной ведьмой.

– Но мы её изгнали, так что сейчас ты вне опасности! – Шин кивнул на заклинание на стене и легонько похлопал Мико по плечу. – Всё будет хорошо. А теперь тебе нужно поесть и выпить лекарства. Я тебя зашил, намазал раны мазью и закрепил заклинанием, так что заживать будет быстро, но если не пить лекарств, процесс может затянуться…

Шин тараторил и тараторил, так быстро и эмоционально, что Мико в какой-то момент перестала разбирать слова. Райдэн продолжал молча глядеть на Мико, и у неё от этого взгляда чесалось между лопаток.

– Может, хватит разглядывать меня? – брякнула Мико. – Я не рухну тут замертво, и Акира тебя не отругает.

Лицо Райдэна перекосилось, словно Мико отвесила ему пощёчину.

– Ты чуть не умерла, – тихо сказал он.

– Брось, ну, провалялась денёк в постели…

– Ты не приходила в себя три дня. – В глазах Райдэна читался ужас. – Шин сказал, что ты можешь не проснуться.

Мико замолчала и посмотрела на целителя. Тот неловко пожал плечами.

– Но всё же обошлось, – попыталась она рассмеяться. – Все живы и почти здоровы. Ну, кроме Сэнго, разумеется.

Райдэн медленно кивнул. Шин переводил обеспокоенный взгляд с него на Мико и обратно. Мико хотела сказать ещё что-то ободряющее, но не находила слов, захваченная чёрными глазами Райдэна. Почему он так смотрит на неё? Словно не узнаёт. Словно видит в первый раз.

– А я вижу, что моя юката пришлась тебе почти впору! – встрял Шин, привлекая к себе внимание.

– Ты меня переодел? – Мико оторвалась от Райдэна.

– О нет, что ты! Я бы не посмел прикоснуться к женщине без её разрешения! – замотал головой Шин. – Это всё Райдэн!

Мико залилась краской и плотнее запахнула юкату. В груди поднялась привычная волна раздражения.

– Всё успел разглядеть? – прошипела она. – Развратник.

– Ой, да было бы на что смотреть. – Райдэн скривился и скрестил руки на груди. – Ты себя-то видела?

Мико показала ему язык и с облегчением выдохнула. Всё вернулось на круги своя. Странное напряжение, возникшее на несколько долгих мгновений, испарилось.

Шин непонимающе поскрипывал, глядя на своих гостей. Ему явно было неловко.

– Еда и лекарства! – наконец нашёлся он и поспешил к очагу греметь посудой.