Большой детский коллектив – это не только радость общения, непосредственность реакций и искренность, но, как оказалось, и угроза. Все, что не случилось с вами в детстве, произойдет среди них – детей, несущих из своих мест обитания все, что только возможно. В основном, вшей. Вы будете смеяться, но этот бич прошлого настигал нас регулярно. Мы чистили завшивленные головы на каждом заезде. Расчесывая и вычесывая. Промывая и собирая как взрослых особей, так и только появившихся гнид. Как с длинноволосых голов девочек, так и с еле прикрытых макушек мальчиков. Все без исключения были в поле подозрения. Мамы особенно удивлялись, сопротивлялись. Но против фактов сказать ничего не могли. Сживались с этой поразительной действительностью. А мы старались не пропустить паразитов, приобретенных либо дома, либо в пути на территорию.

Тщетно. Я нашел их в головах своих детей. Так же мыл, чесал. Даже описывая далекую уже историю, руки невольно начинают впиваться в волосы, расчесывая кожу головы. Но вши – малое зло. Настоящим проклятьем была ветрянка. Мне, тридцатисемилетнему, не могла прийти в голову мысль о возможности заразиться. Дремучему не было известно о вакцине. Доверчивому невозможно было представить, что родители могут еще заразного ребенка отправить к тысячам детей и взрослых в лагерь. Я заболел. Пупырышками покрылся весь, но это было не самым страшным. Куда тяжелее оказалась температура, сбившая меня с ног и уложившая в постель на целых пять дней. Хорошо, что главный врач Артека – человек с богатым жизненным опытом. Через нескрываемый сарказм слов, непроизносимых в приличном обществе фраз и междометий чувствовались неравнодушие и внутренняя уверенность в своих действиях. Она передалась мне. Большую часть времени я спал под воздействием каких-то препаратов. Меня проливали капельницами, и я начал оживать. Но вместе с этим проснулся зуд, продолжавшийся еще столько же времени. Весь зеленый с ног до головы, я старался не разодрать себя в кровь. Отвлекался чем мог. Так же спал. И в конце концов выздоровел.

Единственное, что я усвоил железно: детскими болезнями нужно болеть в детстве. Чем раньше, тем легче. Лучше вовсе не болеть, но точно не откладывать на потом. Наблюдая за заразившимися от меня домочадцами, я удивлялся той легкости, с которой они перенесли то, что чуть не сжило меня в прямом смысле слов со света. Три прыщика и температура день. Все. Это своего рода прививка, не позволяющая болезни дождаться удобного ей часа и развиться по известному только ей сценарию. Болезням подвержены все. Люди, общества, страны, народы. Мы так боялись рецидивов прошлого, что теперь заразились ими, как чумой. Главное, чтобы нашлись силы болезнь превозмочь. Оставаться разумными, верными себе хотя бы внутри. Не расчесать все зудящее до крови и глубоких оспин, которые никогда не пройдут. Или пусть хоть они напоминают о болезни. У меня осталась парочка. Тогда не стерпел. Сейчас, видя их, не могу забыть. Назвал текст «Краснухой». Перепутал, болел другой детской болезнью – ветрянкой. Но что-то все красно-бурым стало. Само лезет в голову.