ШАННОН

Джонни вернулся на поле чуть больше недели назад, и моя тревога продолжала зашкаливать. Он снова полноценно тренировался и выжимал из своего тела все до предела. Смотреть на это было страшно, и я боялась, что он снова как-нибудь травмируется, но должна признать, что на этот раз все было по-другому. Он был другим. Он теперь ничего не скрывал, говорил о своей боли с физиотерапевтом, врачами и тренерами и выполнял все их распоряжения.

Субботним утром я, трясясь и нервничая, с сердцем, застрявшим в горле, сидела на трибуне стадиона Баллилагина, подергивая коленями. Руками в перчатках я сжимала одноразовый стаканчик с горячим шоколадом и легонько дула на него, наслаждаясь теплом от пара на щеках. Весь день шел дождь, и я радовалась тому, что сидела под пластиковым тентом.

Мое внимание, как всегда, было приковано к парню с тринадцатым номером на футболке. На нем была тканая шапка с логотипом клуба и черная фуфайка с длинными рукавами под тренировочной футболкой. Под черными шортами я замечала белую повязку на бедре, и вид ее вызывал у меня легкую тошноту.

Я бесконечно долго смотрела, как он растягивался и делал пробежки на короткие дистанции, следуя указаниям тренера, и удивительно легко бегал с ускорением.

Пусть у него получится.

Пожалуйста, Господи, пусть этот парень добьется своего.

Он этого заслуживает.

Он это заработал.

– Это же тренировка, Шан, а не игра, – хихикнула Клэр, отвлекая меня от мыслей. – Если ты будешь аплодировать каждый раз, когда он поймает мяч или пробежит круг, ребята из команды его засмеют.

– Ох! – Я в ужасе засунула руки под себя, по ходу сбив со скамьи уже пустой бумажный стаканчик. – Я не хочу его смущать. Я просто…

– Влюблена? – Клэр изобразила обморок и уронила голову мне на плечо. – Я знаю.

– Горжусь! – поправила ее я, порозовев. – Он так много работал, чтобы вернуться сюда!

– И посмотри, как он мчится! – задумчиво произнесла Клэр, показывая на Джонни, который несся вокруг поля как пуля, без труда обгоняя соперников. – Он сегодня в ударе.

– Да… – Я слегка расслабилась от облегчения, когда Джонни обошел большого, крупного парня, что летел прямо на него, и бросил мяч назад, Фили, который побежал прямо к воротам. Они все столкнулись друг с другом, включая и Джонни, и я застонала, прижав ладони к лицу.

– Боже!.. – Я надвинула вязаную шапку на глаза и так сидела, пока они не перестали лупить друг друга. – Ненавижу этот спорт!

– Ты просто прелесть, – мягко рассмеялась Клэр. – Кстати, как ты сбежала из дома?

Я наморщила нос при воспоминании о том, как мама кричала на меня во всю силу легких, требуя, чтобы я осталась дома, или мой отец найдет меня этим утром, а Ифа предложила отвезти меня к дому Клэр. И словно этого было недостаточно, но мама еще и выскочила за мной в палисадник, крича и завывая на глазах у всех соседей. Не знаю, чего она ожидала от меня: что я буду сидеть в спальне и дрожать? Но там я не чувствовала себя в безопасности.

По правде говоря, я скорее встретила бы отца за нашим кухонным столом, чем в регби-клубе. Кроме того, мне хотелось поддержать Джонни. Для него это было очень важно, и я хотела, чтобы он знал, что я здесь ради него – вне зависимости от того, что происходит у меня дома. Концентрация на Джонни сдерживала панику. Возможность быть здесь позволяла сбежать от действительности. У меня словно появлялась цель, причина не лежать на кровати и не плакать в подушку. Причина бороться.

«Ты справишься, – мысленно шептала я, полностью сосредоточившись на нем. – Я знаю, справишься».

– Можно, я тебе кое-что скажу по секрету? – тихо спросила Клэр, беря меня под руку. – Только никому не говори.

– Конечно, – ответила я, поворачиваясь к ней. – Я и никогда не сказала бы.

– Кое-что случилось с Джерардом.

Я широко раскрыла глаза:

– Когда ты говоришь «случилось», ты…

Клэр порозовела, но не стала уточнять.

Я заколебалась, не зная, то ли подтолкнуть ее, то ли подождать, когда она сама все расскажет. Наконец я решилась.

– Что бы ни случилось между вами… – Я помолчала, стараясь найти правильные слова. – Это было недавно?

– Вроде того, – прошептала она, прикусывая нижнюю губу.

– И ты… рада этому?

Клэр пожала плечами.

– Я не знаю.

– Ты… сожалеешь:

– Думаю, он сожалеет, – с трудом выговорила Клэр.

Нахмурившись, я снова повернулась к полю, где Гибси то и дело поглядывал на Клэр.

– Что бы вы ни сделали, не думаю, что он об этом сожалеет, Клэр, – сказала я, в сотый раз замечая, как Гибси смотрит в нашу сторону. – Он все утро наблюдает за тобой.

– Для него это все большая игра, – проворчала Клэр. – И я проиграю.

– Что? – Я покачала головой. – Клэр, перестань, не думай так.

Пронзительный свисток тренера разрезал воздух, обозначая конец тренировки и конец нашего разговора.

– Только ничего не говори об этом, когда он подойдет, – свистящим шепотом произнесла Клэр, когда Гибси направился прямиком к нам, весь в грязи с головы до ног.

Серьезно, он был такой грязный, что невозможно было понять, какого цвета у него волосы.

– Пожалуйста, Шан!..

– Не буду, – пообещала я, изображая сияющую улыбку. – Привет, Гибс!

– Привет, крошка Шаннон! – ответил он и повернулся к моей лучшей подруге. – Медвежонок Клэр, – промурлыкал он с хитрой улыбкой. – У меня есть кое-что для тебя.

Брови Клэр удивленно взлетели.

– Вот как?

– Ага. – Кивая, Гибси прислонился к барьеру, отделявшему трибуны от поля, и поманил пальцем. – Иди сюда, покажу.

Перебравшись через скамью, Клэр осторожно подошла к нему.

– Тебе бы лучше не… ох, боже, Джерард, не надо! – завизжала она, когда он легко перенес ее через барьер и закинул себе на плечо. – Поставь меня на землю!

– Ты уверена, что не хочешь сама спуститься по мне вниз? – захохотал он, нарочно пачкая ее грязью и ставя на ноги. – Я такой грязный парень!

– Ты просто говнюк! – сердито бросила она сквозь смех, когда он соскреб ком грязной травы с шортов и налепил его ей на волосы. – Это не смешно!

– Тогда почему ты смеешься? – поддел ее он, отбиваясь, когда она схватила траву и кинула в него.

– Я старалась создать тебе ложное чувство безопасности! – заявила она, бросаясь на него.

– Привет, Шаннон! – Я услышала голос Джонни и повернулась туда, где он стоял у барьера, улыбаясь мне. И тут же мое сердце заколотилось.

– Привет, Джонни… – Нервно выдохнув, я встала и двинулась было к нему, но заколебалась. – Ты ведь не собираешься устроить и мне то же самое? – спросила я, показывая на Клэр и Гибси, которые уже не шутя дрались на поле. – Потому что я на такое не подписываюсь!

Джонни негромко засмеялся:

– Только если ты не захочешь подойти и поцеловать меня.

Я с улыбкой подошла к нему и обняла за шею, прижавшись губами к его губам.

– Привет.

– Привет. – С нежностью, резко контрастировавшей с его поведением на поле, Джонни прижался ко мне лбом и потерся носом о мой нос.

Это было такое первобытное мужское движение, что я просто стояла и отвечала на эти доминирующие ласки. Глубоко вздохнув, Джонни чмокнул меня в нос и провел по щеке большим пальцем.

– У тебя такие румяные щеки.

– А ты весь в траве, – прошептала я, вынимая несколько стебельков из его волос. – Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, Шан, – ответил он, и его глаза сияли от возбуждения. – А как я выглядел со стороны?

– Как большая, яркая, сияющая звезда, – с гордостью сообщила я. – Ты всех обходил на милю!

Усмехнувшись, он наклонился и поцеловал меня в щеку. Это было нежное, мягкое выражение привязанности, куда более интимное, чем если бы он осыпал поцелуями мою шею.

– Пойдем… – Подхватив меня под мышки, он помог мне перебраться через барьер, а потом взял за руку. – Мне только нужно переодеться, а потом мы сможем уйти.

– Я думала, тебе нужно в спортзал, – сказала я, стараясь не отставать от него. – И собиралась домой с Клэр.

– Я там уже был, – пояснил Джонни, обхватывая меня за талию и перенося через огромную грязную лужу.

Я нахмурилась:

– Но еще только половина четвертого.

– Кто рано встает, тому Бог подает, Шан, – ответил он. – Я на ногах с пяти.

Ух ты…

– А еще говорят, что рыцарство умерло, – насмешливо произнес Джонни, глядя на Гибси, выигравшего стычку с Клэр и теперь сидевшего на ней, победоносно колотя себя кулаками в грудь.

Оба они были в грязи, и чудесное белое пальто Клэр стало коричневым, как и – теперь – ее волосы.

– Гибс, слезь с нее, ты, идиот!

– В нем нет ничего рыцарского, Джонни! – выкрикнула Клэр, прежде чем двинуть Гибси обоими кулаками в живот. – Получи, ты, здоровенный осел!

Театрально повалившись на спину, Гибси схватился за желудок и скорчился на траве, дурашливо хохоча.

– Осел!

Клэр воспользовалась моментом для контратаки. Не обращая внимания на парней, уходивших с поля, свистевших и не скупившихся на комментарии, она поднялась на четвереньки и бросилась на Гибси.

– Смейся, смейся! – зарычала она, садясь на него. – Но ты сдашься!

– Тебе? – спросил он. – Да, с удовольствием!

– Джерард!

– Клэр! – восторженно пробормотал он. – А…

Она зажала ему рот ладонью.

– Даже не смей произносить это вслух! – прошипела она, наклоняясь к его лицу. – И прекрати облизывать мою руку!

– Мне… хочется… лиз… вместо то… тво… кис… – попытался ответить Гибси, но его слова заглушила прижатая к его губам ладонь Клэр. – Мм…

– Прекрати! – хихикнула она, вертясь, когда он принялся щекотать ее. – Джерард, я не…

– Клэр! – рявкнул Хьюи, подбегая к нам вместе с Фили. – Какого черта ты делаешь? – Прищурившись, он крикнул: – Отпусти мою сестру, говнюк!

– О, прекрасно, душа компании явилась! – простонала Клэр, отведя руку от губ Гибси. – Успокойся, Хью, я просто убиваю твоего друга.

– И это твоя сестра на мне, – добавил Гибси со зверской улыбкой.

Лицо Хьюи налилось темным пурпуром.

– Гибс, богом клянусь, если ты не оставишь ее в покое, я тебя покалечу. – Он угрожающе шагнул к ним. – Я больше не шучу…

– Да ладно тебе, – вмешался Фили, спокойно вставая перед Хьюи. – Они просто дурачатся. Расслабься!

– Она дурачится, – возразил Хьюи, таращась на Гибси. – А у него есть скрытые мотивы!

Рядом со мной застонал Джонни:

– Похоже, дело кончится слезами.

– Чьими? – нахмурилась я. – Клэр и Гибси?

Джонни кивнул.

– Я это за милю чую.

– Успокойся, Хьюи, – насмешливо бросила Клэр, вставая на ноги. – Ты делаешь из мухи слона. – Намеренно наступив Гибси на живот, она пошла к парковке. – Как всегда!

– Гибсон! Кавана! – закричал через поле тренер. – Никаких девиц на тренировке! Тут вам не дискотека!

– Это моя сестра, а не его девица, – прокричал в ответ Хьюи. – Не надо оскорблять ее умственные способности!

– Пока что, – ухмыльнулся Гибси.

– Всегда, – зло огрызнулся Хьюи, направляясь к раздевалкам.

– Посмотрим, – крикнул ему вслед Гибси, и Хьюи не глядя показал ему средний палец.

– Я бы сказал, это был срач эпических масштабов, – задумчиво произнес Фили. – Если ты будешь продолжать с его сестрой в том же духе, обещаю трудные времена.

– Ну, покуда будет подходящая влажность, я буду счастливым человеком, – подмигнул ему Гибси.

– Ух ты! – Джонни покачал головой. – Это даже извращеннее обычного, чел.

– Да, ну это я где-то услышал. – Гибси на мгновение нахмурился, а потом застенчиво улыбнулся. – Если честно, в моей голове звучало куда лучше.

– Может, кое-что лучше так и оставлять в голове, Гибс? – предположил Джонни.

– Пошли, дебил-переросток, – сказал Фили, протягивая руку Гибси, который так и валялся на траве. – Идем, пока ты не вляпался в неприятности.

– Ты же знаешь, я просто не могу удержаться, – засмеялся Гибси, вставая и уходя с поля вместе с Фили. – Неприятности преследуют меня.

– Тренировка закончена, Кавана! – снова закричал тренер. – И на следующей неделе – никаких девиц на тренировках!

Джонни со слегка раздраженным видом почесал шею и крикнул в ответ:

– Ладно, тренер! – Повернувшись снова ко мне, он взял меня за локоть и наклонился. – Мне нужно переодеться. – Он коснулся губами моих губ. – А потом мы отсюда уйдем, ладно?

Я неровно вздохнула и кивнула.

– Хорошо.

– Я скоро, – прошептал он и, прежде чем отпустить меня, слегка сжал мою ягодицу, не сводя с меня синих глаз, и затем не спеша ушел.

Клянусь, я ощущала, как жар его взгляда прожигает до костей, еще долго после того, как Джонни исчез из вида.

* * *

– Ты уверен, что все нормально? – спросила я Джонни, когда полчаса спустя он остановил машину позади своего дома. Он принял душ, надел чистую одежду, и от него восхитительно пахло. – Твои родители не против, что я приду? – Я с опаской посмотрела на черный «ренджровер», рядом с которым Джонни поставил свою «ауди». – Ты уверен?

– Успокойся, Шан, мамы даже дома нет, – ответил Джонни, глуша мотор. – Они забронировали отель в Килларни на сегодняшнюю ночь. Наверное, уехали на машине отца.

Во мне проснулось возбуждение.

– Точно?

– Мы одни. – Отстегнув свой ремень, он с усмешкой повернулся ко мне, и ямочки на его щеках стали глубже. – И чем мы займемся?

Я дрожащими пальцами отстегнула свой ремень и перебралась через сиденье ему на колени.

– А как насчет остальных? – шепотом спросила я, прижимаясь лбом к его лбу и вспоминая о Клэр и Гибси. – Они же следом за нами приедут сюда.

– Они могут и подождать, – проворчал Джонни, кладя руки мне на бедра. – Мне, вообще-то, плевать.

– Ладно, и что ты хочешь делать? – выдохнула я, чувствуя, как он твердеет подо мной.

– Просто побыть с тобой, – ворчливо ответил Джонни, целуя меня в уголок рта. – Просто провести какое-то время наедине.

Я расслабилась.

– Я тоже этого хочу.

– Хочешь, пойдем в мою комнату? – спросил он, касаясь губами моей шеи.

– Да, – кивнула я и крепче сжала его плечи. – Очень хочу.

Резко выдохнув мне в шею, Джонни сжал мои бедра и откинулся назад, глядя пылающими глазами.

– Тогда пошли.

Волнуясь, я открыла водительскую дверцу и выбралась наружу, а Джонни вышел следом за мной. Сердце колотилось, когда он взял меня за руку и повел за собой, отперев заднюю дверь.

– Ты уверена? – взволнованно спросил он.

Кивнув, я потянулась к нему и обхватила ладонями его лицо.

– О, обалденно… – Он положил руки на мои ягодицы и приподнял меня.

Обвив ногами его талию, я ухватила Джонни за плечи и целовала в ответ, когда мы ввалились в коридор, задыхаясь и хохоча.

– Мм…

Мы застыли и уставились друг на друга.

– Мм… да, вот так…

Мы разом вытаращили глаза.

– Ты знаешь, как мне нравится…

– Мелкий урод явился сюда раньше нас! – прошипел Джонни, когда мы добрались до кухни; я все так же висела на нем. – Гибси! – рявкнул он, пинком открывая кухонную дверь во всю ширь. – Богом клянусь, если ты притащил сюда какую-то девушку… ох, какого хера! – Он резко развернулся, и я увидела его родителей. – Что вы делаете? – Он задохнулся от ужаса. – Извращенцы!..

Миссис Кавана сидела на островке, а мистер Кавана стоял у нее между ног.

Оба они были голые.

– Ох, Джонни, милый, ты рано вернулся! – ответила его мать.

– Мам!.. – выдохнул Джонни, ставя меня на ноги. – Что вы… ох, боже… какого хрена ты позволяешь ему с собой делать? – Схватившись за живот, он выкатил глаза. – Меня сейчас стошнит.

– Привет, Шаннон, милая!

– А… э-э… привет? – выдавила я, отчаянно краснея.

– Прикрой зад, папа! – заорал Джонни. – Здесь моя девушка!

– Извини, Шаннон.

– Все хорошо…

– Нет, не хорошо, – поправил меня Джонни. – Вообще ничего хорошего!

Мистер Кавана отодвинулся, чтобы поднять с пола свою одежду, и Джонни испустил безумный вопль.

– Не наклоняйся! Я не хочу это видеть! – Джонни прикрыл мне глаза ладонью и прижал меня к груди. – Не смотри, Шан! Серьезно, детка, закрой глаза! Я травмирован на всю жизнь!

– Успокойся, Джонни! – насмешливо сказал мистер Кавана.

– Успокоиться? – взорвался Джонни, убирая руку с моих глаз. – Ты это серьезно? Я ем, на хер, за этим островком! Но больше, пожалуй, не буду… Нет, больше никогда не сяду есть в этой долбаной кухне! – Качая головой, он запустил пальцы в волосы, откровенно возмущенный. – И у вас еще хватает наглости читать мне лекции про лифчики! Да вы оба просто позорники! – Направившись к родителям, он подобрал с пола их одежду и бросил им. – Срам какой, мне стыдно за вас обоих!

– Ну, предполагалось, что ты должен быть в спортзале, – безмятежно ответил мистер Кавана, натягивая на жену свою футболку. – Ты же всегда там по субботам. – Он усмехнулся, глядя на сына, и этим, похоже, окончательно вывел Джонни из себя.

– А вы собирались в Килларни! – почти заорал он.

– Мы и поедем скоро, – ответил его отец. – Просто немного отвлеклись.

– Отвлеклись! – возмутился Джонни. Прищурившись, он ткнул пальцем в сторону своих родителей. – Так вот вы чем тут занимаетесь, когда меня нет дома? Седлаешь мою мать в кухне? Да? А где еще вы это делаете? Только не говори, что и в моей комнате…

– Джонни, милый, – вмешалась миссис Кавана. – Успокойся…

– Нет, ни черта я не успокоюсь, мам! Я травмирован! – Содрогаясь, он провел рукой по волосам и дико уставился на родителей. – Ты ему позволяешь… Господи, вы оба разрушили мою жизнь!

– Эй, все в порядке, – прошептала я, беря его за руку. – Это ведь… ну… вроде как нормально?

– Нормально? – Джонни выплюнул это слово, глядя на меня с нескрываемой яростью. – Шан, ничего нет нормального в том, что эти двое… двое… старперов…

Я рассмеялась. Да, я чувствовала, что это нехорошо, но я просто не смогла сдержаться.

– Тебе смешно? – обвиняюще воскликнул Джонни. – Ты вроде как должна быть на моей стороне, детка!

– Так и есть, – успокоила его я, сжимая его ладонь обеими руками. – Я всегда на твоей стороне.

– Секс – это прекрасно, мой милый…

– Не смей даже начинать все это дерьмо, или я ухожу! – предупредил Джонни, поворачиваясь к матери. – Я не шучу! Я перееду отсюда!

– И куда ты отправишься?

– Да любая собачья конура лучше, чем этот дом с вами двумя! – рявкнул Джонни.

– Зачем столько трагизма, Джонни, – засмеялся мистер Кавана. – Ты слишком бурно реагируешь.

– Гараж… Я его переоборудую, – решил Джонни, не успокаиваясь. – Мы поселимся там с моей девушкой и будем трахаться до бесконечности. Громко. Постоянно. Вообще-то, если мы оба бросим школу, то сможем этим заниматься целыми днями. Потому что, очевидно, здесь это дело обычное! – Он в ярости взмахнул рукой. – Представьте это, вы, безответственные извращенцы! Как вам это понравится? И я не стану надевать презерватив! Я ей заделаю ребенка! Как насчет внуков? Неплохо звучит? Мы с Шаннон пополним печальную статистику, а вам некого будет винить, кроме самих себя, за то, что нанесли мне такую травму!

– О, ты такой основательный, – сказал мистер Кавана, он по-прежнему стоял полуголый и все так же улыбался.

– Ты что, ни слова не слышал? – изумился Джонни. – Я собираюсь перебраться в гараж и обрюхатить Шаннон! Подумай об этом!

– Ты слишком умен, чтобы делать глупости, – ответил его отец.

– Да? Ладно, посмотрим. – Схватив меня за руку, Джонни потащил меня в коридор. – Идем, Шан! Давай заделаем гребаных детишек!

– Гараж в другой стороне, сынок, – засмеялся мистер Кавана.

– Не разговаривай со мной! – Джонни даже задохнулся, ускоряя шаг.

– Не закрывай свою дверь, Джонатан! – крикнула нам вслед миссис Кавана.

– Да пошли вы, парочка! – рявкнул Джонни, подталкивая меня вверх по лестнице. – И наденьте наконец что-нибудь! Ко мне друзья скоро приедут!

– Я что-то не хочу сегодня делать детей, Джонни, – прохрипела я, спеша за ним по лестнице.

– Я тоже, Шан, – проворчал он, подводя меня к своей спальне. – И я не смог бы, если бы даже захотел, потому что все прошло.

Закусив губу, чтобы не захохотать, я не отставала от него. Ворвавшись к себе так, словно собирался кинуться в драку, Джонни содрогнулся и пробормотал себе под нос:

– Трахальщики…

И продолжал ворчать, шагая взад-вперед по комнате. Вскинув руки, он стянул толстовку через голову и бросил на пол. Разминая плечи, чтобы расслабиться, он метался, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Он остался в синей футболке, его широкая грудь и плечи натягивали ткань сильнее, чем у любого взрослого мужчины.

– Мне конец!

Решив не мешать ему причитать, я осторожно обошла его и включила телевизор. Взяв оба пульта, я устроилась на одной из больших круглых подушек и включила игру.

– Я не играю! – заявил Джонни с яростью в голосе. – Моя гордость не выдержит еще один удар после такого!

– Давай! – предложила я, сдерживая смешок. – Это тебя отвлечет.

– Сомнительно… – Ворча что-то, он упал на подушку рядом со мной и чмокнул меня в щеку. – Очень, на хрен, сомнительно.

– Чел!.. – Дверь спальни распахнулась, и в комнату ввалился Гибси, задыхаясь и скалясь, как бешеный пес. – Думаю, твой папа только что поимел твою маму в кухне. – С расширенными от возбуждения глазами он добавил: – Они как раз одевались, когда мы вошли.

– Ох, господи!.. – Джонни со стоном отбросил пульт и отвернулся так, словно его пронзило физической болью. Закрыв лицо руками, он прошептал: – Пропади моя жизнь!

– Ой, божечки! Твой папа такой горячий, Джонни! – затараторила Клэр, появляясь следом за Гибси.

Она уже переоделась – похоже, в мужскую одежду. Но по крайней мере она помылась, и к ее волосам вернулось обычное золотистое сияние.

– Ты его видела, Шан? Такой душка!

– Дай мне спокойно умереть, малышка, – простонал Джонни, роняя голову мне на колени. – Серьезно, лучше просто убей меня прямо сейчас.

– Тише… – Сдержав очередной приступ смеха, я погладила его по волосам. – Тебе полегчает еще до того, как женишься во второй раз[27].

– Я рассчитываю только на один, – фыркнул Джонни, обнимая меня за талию. – Так что мне никогда не станет лучше.

– Не горюй, Джонни, – сказала Клэр, падая на его кровать как на свою. – Твои родители такие темпераментные, а такие люди имеют склонность к темпераментному сексу.

– Вау, Клэр, спасибо огромное за понимание, – серьезным тоном ответил Джонни. – Теперь мне гораздо лучше.

– Да не за что, – хихикнула она, перебирая груду журналов и газет на прикроватной тумбочке.

– Ладно, забей, чел, – язвительно произнес Гибси, растягиваясь на кровати рядом с Клэр. – Твой отец – легенда!

– Да пошел он, – огрызнулся Джонни.

– О-о! – воскликнула вдруг Клэр, протягивая мне какую-то газету. – Посмотри-ка на вас обоих!

Я уперлась взглядом в огромный разворот. Газете было несколько месяцев – тогда Томмен выиграл Кубок среди мужских школьных команд. На фотографии Джонни обнимал меня, а я улыбалась в камеру как ненормальная.

– Это должно висеть на твоей стене славы! – заявила Клэр, бросая на Джонни язвительный взгляд и спрыгивая с кровати с газетой в руке. – Просто глупо, что там нет снимка твоей девушки.

– У меня тут самый разгар личностного кризиса, – проворчал Джонни, тычась носом в мой живот. – Не было времени на редизайн.

– Ну, я могу это сделать для тебя.

– Клэр, – предупредила я, чувствуя, как жарко краснеют мои щеки. – Это не важно…

– Конечно важно! – ответила она, аккуратно отрывая страницу. – Ты просто чудо, – добавила она, вставая перед письменным столом Джонни и разглядывая пробковую доску над ним. – Ну и кто из вас лишится своих кнопочек? – Она прищелкнула языком, потом сняла с доски какой-то снимок. – Прости, парень с идеальным телом, ты, конечно просто чудо, – пропела она, целуя фото. – Но мне нужно твое место.

– Клэр…

– Да пусть делает, – перебил меня Джонни. – Я давно собирался повесить эту фотку.

– Может, пойдем куда-нибудь? – спросил Гибси. – Мне скучно.

– Тебе всегда скучно, – бросил в ответ Джонни.

– Потому что ты скучный! – возразил Гибси.

– Если я скучный, вали отсюда и найди кого-нибудь другого, чтобы издеваться, – сердито сказал Джонни.

– Не могу, – задумчиво произнес Гибси. – Ты, возможно, и скучный засранец, но я ужасно тебя люблю и всегда по тебе скучаю, когда мы не вместе!

– Боже… – Джонни упал на спину и сказал: – Отлично. Чем хочешь заняться, Гибс?

– Не знаю, Джонни, – усмехнулся тот. – А ты бы чего хотел?

– Я бы хотел прийти домой вовремя и не застать родителей на кухонном столе, – огрызнулся Джонни, приподнимаясь на локте и зло глядя на друга. – Но поскольку я не овладел искусством путешествовать во времени, пойду глаза себе помою. Как тебе, весело?

– Только если бы я тоже увидел твою маму голой, – ответил Гибси. – Хотя такую картину сам Господь Бог не смог бы стереть из моей памяти…

– Пошел вон из моей спальни! – зарычал Джонни, отчего Гибси заржал и покатился по кровати.

– Может, поедем в город? – предложила Клэр, по-новому развешивая на доске Джонни снимки и автографы. – Поедим чего-нибудь и потом пойдем в кино? – Подтащив стул к стене, она забралась на него и стала снимать фото обнаженных женщин, что украшали спальню Джонни. – Да, я все это конфискую, извращенец! – сообщила она. – Просто чтобы ты знал.

– Валяй, – ответил Джонни, явно не заинтересованный, и снова положил голову мне на колени. – Что думаешь, Шан? – спросил он, глядя на меня снизу вверх. – Хочешь поехать?

– Ну… – Смутившись, я бесцельно окинула взглядом его комнату, а потом наклонилась поближе к его уху и прошептала: – У меня совсем нет денег.

– У меня есть, – шепнул в ответ Джонни, придерживая мою голову. – И плачу я. – Поцеловав меня в губы, он добавил: – Так что не думай об этом.

– Ты уверен? – спросила я, теряясь.

– Я всегда уверен, – ответил он. – Перестань беспокоиться.

– Если поедем, тебе придется оторваться от крошки Шаннон и сесть за руль, – вмешался Гибси. – Мне пока некомфортно на кольцевых развязках.

– Да. – Тяжело вздохнув, Джонни отпустил меня и встал. – Пожалуй, будет безопаснее, если поведу я. – Взяв меня за руку, он поднял меня с кровати. – По крайней мере, мы доберемся до места целыми.

– Я ведь тебя до сих пор не убил, а? – фыркнул Гибси.

Джонни вскинул брови:

– «До сих пор» – правильное выражение, чел.

– А ты до сих пор не поблагодарил меня, – возразил Гибси. – Я возил твою жопу несколько недель, когда ты член сломал, – и ничего, не убил тебя!

– Большое спасибо за то, что возил меня и мой член и мы оба остались в живых, – сказал Джонни, закатывая глаза. – Могу ли я чем-то отблагодарить тебя?

– Всегда рад помочь, Джонатан, – ухмыльнулся Гибси. – Мне достаточно, если ты больше не будешь на меня эякулировать.

– Что?! – Мы с Клэр разом захохотали.

Джонни прищурился:

– Ты труп, на хер.

– Длинная история, девочки, – заржал Гибси, кидаясь к двери. – Расскажу в машине!