ГЛАВА 27

​Ларк

​Я чувствую тепло, блаженство и приятную ломоту во всем теле.

И безопасность.

Я открываю глаза. Тотчас понимаю, что на улице ещё глубокая ночь. У меня всегда были отличные внутренние часы.

Мы забыли выключить лампу у кровати, и её золотистый свет заливает уютную спальню Бастиана. Я поворачиваю голову на подушке — и сердце застревает у меня в горле.

Он лежит рядом. Спит.

Даже во сне он не выглядит расслабленным. Он всё равно остается стихией, напоминая льва в своей среде, знающего, что он самый опасный хищник вокруг. Он лежит почти на животе, одна мощная рука обнимает подушку. Его кожа кажется позолоченной, а мускулы так и манят прикоснуться.

Живот сжимается. Я вспоминаю, как играли эти мускулы, когда он трахал меня.

Кровать в беспорядке. Простыни сползли наполовину, подушки сбились.

Мы были дикими.

После первого, головокружительного раза, мы поели и приняли душ. Под струями горячей воды снова вспыхнула страсть. Он потащил меня обратно в кровать, мокрую и голодную, а потом принялся ласкать меня губами и языком. Всюду. Я превратилась в дрожащее месиво.

Потом он снова вошел в меня. И заставил кончить ещё дважды. Этот мужчина безжалостен во всём, за что берется.

​А сейчас я хочу прикоснуться к нему. Хочу полной власти, чтобы свести его с ума так же, как он сводил с ума меня.

Пока я наблюдаю, он переворачивается на спину, обнажая грудь и рельефный пресс.

Вкусно. Его член сейчас мягкий, прижат к мускулистому бедру. Желание ударяет по мне резко и властно. Нет ни мыслей, ни рассудка — лишь жажда ощутить его кожу под ладонями и губами.

Я придвигаюсь ближе и приникаю губами к его твёрдой грудной мышце. Я лижу его кожу, чувствуя лёгкий солёный привкус. Веду языком ниже, скользя по жёсткому прессу.

Я чувствую, как он просыпается: его мускулы напрягаются. Я обхватываю рукой его уже-не-мягкий член. В моей ладони он становится ещё твёрже.

— Боже, Ларк. — Его голос низкий и хриплый от сна.

Я перемещаюсь, прижавшись щекой к его бедру, и устремляю взгляд на его пульсирующую эрекцию. Я лижу её. Провожу языком по головке, вокруг неё, затем вниз по всей твёрдой длине. Поднимаюсь обратно, приоткрываю губы и беру его в рот.

Бастиан стонет.

Да, это тот звук, которого я жаждала. Я опускаюсь всего на несколько дразнящих дюймов, затем вверх, потом снова вниз. Мне нравится чувствовать, как напрягается его большое, сильное тело.

В следующий раз я опускаюсь глубже, настолько, насколько могу.

— Чёрт, — хрипит он, голос густой и тяжёлый.

Он совсем не похож на холодного, собранного Бастиана Торна.

Я сосу активнее, и его рука вцепляется в мои волосы, сжимая их. Я чувствую лёгкую боль у корней — и она мне нравится. Продолжая двигаться вверх-вниз, я поднимаю взгляд вдоль его великолепного тела. Наши глаза встречаются.

Жар в его взгляде опаляет меня. Я чувствую, как между бёдер становится влажно, а внутри всё ноет и трепещет.

Мой. Он мой.

Это мой член. Моё сильное тело. Моё красивое лицо. Весь он принадлежит мне.

Когда его рука сжимается сильнее, заставляя принять его глубже, я отгоняю эти опасные мысли. Нарастающее внутри наслаждение грозит затопить меня. Глухие, хриплые звуки, которые он издает, — лучшая музыка, которую я когда-либо слышала.

​Мне нужно больше. Я с лёгким звуком отпускаю его член и вскарабкиваюсь на него сверху. Его тёмные глаза похожи на расплавленную скалу. Я направляю его член и оседлываю его.

Бастиан хватает меня за бёдра. Я опускаюсь на него в тот же миг, когда он рвется навстречу.

Его огромный член заполняет меня, и я издаю стон. Его рука скользит к моей заднице, сжимая ягодицы и подгоняя меня.

Приподнимая бёдра, я скачу на нём, насаживаясь снова и снова. Наполняю себя им.

— Да, детка. Трахни меня. — Его горячий взгляд скользит по мне, опускаясь туда, где наши тела соединены. Он сжимает мою ягодицу, заставляя двигаться быстрее.

Через мгновение он приподнимается. Одна его рука вцепляется в мои волосы, а другой он обхватывает меня и прижимает к себе, заставляя принять его целиком.

— Бастиан, — в моём голосе звучит мольба.

— Моя сладкая Ларк. Моя сексуальная маленькая убийца. Тебе нравится быть до краёв заполненной моим членом.

Внутри у меня всё сжимается.

Его рука скользит между нашими напряжёнными телами, и он находит мой клитор.

Я разлетаюсь на части. Кажется, оргазм длится вечность.

​Внезапно он снимает меня с себя. Бастиан опрокидывает меня на кровать, на живот. Резко приподнимает мои бёдра и с силой входит в меня сзади.

Я вскрикиваю, вцепившись в простыни.

Боже. Он вбивается в меня с такой мощью. Каждый толчок сотрясает моё тело. Его рука снова впивается в мои волосы. Он заставляет меня прогнуться и с рыком обретает своё освобождение. Его тело бьется о моё.

Мне так нравится слушать, как он кончает.

Наконец его рука выпускает мои волосы и я в изнеможении падаю на кровать. Затем я чувствую его губы на затылке, на лопатках, вдоль позвоночника. Я улыбаюсь. Кто бы мог подумать, что Бастиан умеет быть не только сексуальным, но и нежным.

— Хочешь снова в душ? — спрашивает он.

— Нет. Мне нравится чувствовать тебя на себе, внутри себя.

Он притягивает меня к своему телу, и я уютно устраиваюсь в его объятиях.

​— Я не спросил, принимаешь ли ты что-нибудь? Контрацепцию.

Я замираю. Черт. Мне это даже в голову не пришло. Вот я идиотка.

Голос у него спокойный. Я прочищаю горло.

— Да. Я делаю инъекции. И я чиста, судя по последнему медосмотру.

Он перебирает мои волосы.

— Я тоже, птичка. Я бы никогда не подверг тебя риску. Я регулярно проверяюсь.

Потому что он спит со множеством женщин. Я отгоняю эту мысль прочь.

— Что ж, хорошо, что я делаю уколы. — Я шутливо шлепаю его по груди. — И что бы ты делал, если бы я забеременела?

Боже, два опасных наемных убийцы и младенец. Сама мысль кажется безумной.

Его пальцы касаются моей щеки, затем спускаются ниже; он пристально наблюдает за тем, как играет с моим соском.

Я замираю и смотрю, как он кладет ладонь мне на живот.

— Тогда у нас получился бы чудесный малыш.

Дыхание перехватывает. Что?

Он просто улыбается мне и притягивает еще ближе.

— Нам нужно еще поспать.

— Верно, — выдавливаю я.

Его руки смыкаются вокруг меня.

Мой мозг лихорадочно работает после этого комментария о ребенке, но тепло и надежность его объятий в конце концов заставляют меня расслабиться.

Я засыпаю под мерный стук его сердца.