Всю неделю практикантов учили водить экскурсии по историческому музею, и у многих получалось вполне сносно. Но лишь десять девушек и два парня из всех археологов и историков оказались, по мнению Гордея Лестратова, прирожденными экскурсоводами. Они отлично запоминали материал и рассказывали об экспонатах интересно и с огоньком. Для закрепления опыта Лестратов предложил им несколько дней поводить по музею организованные детские экскурсии.

– Конечно, это зачтется при подведении итогов практики, – добавил он, и отобранные студенты мгновенно согласились.

Степан и Егор в число будущих экскурсоводов не попали, как и Алина Поздеева. Это означало, что остаток практики они проведут в пыльных музейных хранилищах.

– Ну и ладно, – сказал Егор. – Все равно археологам это не нужно. Мы будем ездить в экспедиции и общаться с интересными людьми.

– Только не с такой мятой физиономией, – хмыкнула Алина, покосившись на его синяки. – На тебя смотреть страшно.

– Все скоро пройдет, вот увидишь! – заверил ее Егор. – Снова буду красавчиком.

Даша Решетникова в этот день на практику не пришла. Кукушкин несколько раз порывался ей позвонить, но потом вспоминал, что отец отобрал у Даши телефон. Он уже не знал, что и думать. Целый день у него все валилось из рук, он ни на чем не мог сосредоточиться.

– Расслабься, – посоветовал ему Степан. – Может, она просто заболела?

– Это ты меня так успокаиваешь?

– Не психуй, – сказала Кукушкину Вика, когда Степан и Алина отошли в музейное кафе. – С Дашкой все норм. Просто отец не отпустил ее сегодня на практику. Она звонила мне с телефона матери.

– Почему он ее не отпустил? – удивился Егор.

– После вчерашнего случая в парке. Ему кажется, что Даше нужно время, чтобы прийти в себя. И это хороший повод, чтобы не дать вам увидеться.

– Понятно, – мрачно буркнул Егор.

– Кстати, должна тебя поблагодарить.

– За что?

– Ты ничего не сказал Даше после нашего похода в клуб.

– Когда ты предложила мне плюнуть на Дашу и увлечься тобой? – уточнил Кукушкин.

– Да. – Вика закрыла лицо руками. – Господи, как же мне было стыдно на следующее утро! Но Даша ничего не сказала, и я поняла, что ты сохранил в секрете наш разговор. Спасибо. Я не хочу терять подругу.

– Я так и понял, поэтому промолчал. Со стороны все действительно выглядело очень странно. Рад, что мы быстро разобрались.

– Разобрались? Ну нет, милый… – протянула Виктория. – Ты по-прежнему мне нравишься, что уж тут скрывать.

Егор остолбенел, услышав это.

– И если бы не Даша… – Виктория вдруг взяла его за руку. – Мы бы давно были вместе. Просто хочу, чтобы ты это знал. Пока ты с ней, я отойду в сторону. Но, если у вас все закончится, я тебя не упущу, даже не надейся.

– Спасибо за откровенность, – ошарашенно произнес Егор.

– Не волнуйся, это останется между нами. И в наших нынешних отношениях это ничего не меняет.

– Меняет. Ведь я теперь знаю о твоих чувствах.

– Да нет пока никаких чувств, – усмехнулась Вика. – Чувства приходят со временем! Но сильный интерес есть, не скрою. Но пока можешь расслабиться, ведь против лучшей подруги я не пойду.

– Хорошо, – выдохнул Егор и торопливо зашагал прочь.

Пару раз он оглянулся на ходу и едва не врезался в мраморную колонну. Виктория довольно ухмыльнулась. Какой же бесхитростный болван! Все эмоции на лбу написаны.

Но поговорить с ним, чтобы немного успокоить, было необходимо. А то, чего доброго, еще проболтается Дашке и сам не поймет, как это вышло. Теперь никаких недомолвок между ними нет, и со временем он потеряет бдительность. Как только это случится, Вика снова нанесет удар.

У Виктории остался целый пузырек таблеток от Влада Казилова, и она была уверена, что рано или поздно они ей пригодятся. В прошлый раз не повезло: после сильного удара в живот Егора стошнило. Но в следующий раз она будет действовать более осторожно.

Убедившись, что рядом никого нет, Виктория вытащила из сумочки телефон и позвонила Владу.

– Ты что вчера натворил, придурок? – злобно осведомилась она, услышав в трубке его голос. – Совсем с катушек слетел?

– Смотрите-ка, в ком проснулась совесть! – рассмеялся Влад. – Как там Дашка поживает? Она сейчас рядом с тобой?

– Я сейчас на практике, дубина! А она не пришла. Если она рассказала обо всем отцу, тебя ждут большие проблемы! Ее папаша – очень опасный человек. Неужели нельзя было обойтись без насилия?

– Тебя забыл спросить, – хмыкнул Влад. – Кстати, ты вчера Кабана больше не видела?

– Нет, – настороженно ответила Вика. – А что?

– Просто пропал куда-то. Не звонит и трубку не берет. Хотел узнать, все ли у него в порядке. Ладно, отыщется.

Вика почувствовала холодок, медленно разрастающийся у нее в груди.

– Дашка мне нравится, – продолжил Влад, – поэтому я от нее не отстану. А что касается папаши… Твое дело – проследить, чтобы она ничего ему не разболтала.

– С какой стати? – разозлилась Вика.

– А вот с такой, что остаться в стороне у тебя не получится. Если начнутся разборки, я всем расскажу, что ты тоже в этом участвовала. Особенно ее отцу.

– Что?! – Вика едва не задохнулась от возмущения. – Ты совсем спятил? А я тут при чем?

– Отвечать, так всем вместе, – рассмеялся Влад. – У нас с тобой договор, если ты не забыла. Так что беги к своей подружке и умоляй ее ничего никому не рассказывать. Чистенькой остаться не удастся. Захочешь меня утопить, я и тебя с собой утащу.

– Какая же ты мразь, – прошипела Вика, с трудом сдерживаясь, чтобы не швырнуть телефон об стену. – Если бы я знала, что ты такой…

Казилов с хохотом отключил связь, разозлив Вику еще сильнее. Тем временем Степан, Егор, Алина и еще несколько студентов помогали размещать новую экспозицию. Под руководством кураторов они расставляли в витринах коллекцию керамических изделий – расписные кувшины, вазы и чаши, многим из которых было больше пяти веков. Затем сверялись с записями в каталогах и ставили перед экспонатами соответствующие таблички.

– Вчера снова видел эту таинственную Елену, – между делом сообщил Степан. – В парке. Не стал вам с Дашей рассказывать, у вас проблем хватало.

– Сестру Рыжего? – изумился Егор, плюхнувшись на стоявший поблизости стул. В руках он крутил большую круглую вазу с двумя ручками.

– Я уверен, что никакая она ему не сестра.

– А кто же тогда?

– Просто какая-то странная девчонка. Появилась из темноты и так же быстро исчезла. Нам даже не удалось толком поговорить.

– Это та, что ходила с вами в порт? – уточнила Алина.

– Та самая, – кивнул Степан. – Она будто наблюдает за нами со стороны. И у нее есть доступ в музей. Я видел ее здесь, когда погиб Константин Перелозов.

– Правда? – озадаченно уставился на него Егор. – Может, она тоже проходит здесь практику?

– Об этом я не подумал. А ведь хорошая идея, – оживился Степан. – Как бы это узнать?

– А есть ее фотография? – спросила Алина. – Имя? Фамилия? Можно было бы навести справки у Галины Вишняковой. Она почти всех практикантов из нашего университета знает.

– Фотографии точно нет, а имя может быть выдуманным. Но я узнаю ее, если увижу… Правда, днем в музее я ее точно не встречал, – задумчиво пробормотал Бузулуцкий.

– Кажется, у меня в телефоне есть групповые фотографии учащихся с разных кафедр, – вспомнил Егор. – При поступлении мы фотографировали группы ребят для сайта. Погоди, сейчас найду.

Не зная, куда деть вазу, он напялил ее на голову, словно панаму, вытащил из кармана телефон и начал искать в нем нужные фотографии.

– Кукушкин, это что такое? – раздался сзади строгий голос Гордея Борисовича Лестратова.

Егор торопливо обернулся, и в этот момент ваза съехала ему на переносицу, закрыв глаза.

– Я аккуратно, – заверил Гордея Егор. – Минутку.

Сунув телефон обратно в карман, он попытался снять вазу. И не смог.

– Ой, – пробормотал Егор. – Сейчас…

Обхватив вазу руками, он осторожно потянул ее вверх. Но ваза сидела как влитая. Среди практикантов послышались отдельные смешки, которые быстро переросли в громкий хохот. Степан, пытаясь помочь, схватил вазу за ручки и резко дернул.

– О-ой, – застонал Егор. – Только шею не сверни!

В самый разгар веселья в зал вошел Роман Кукушкин. Он с любопытством приблизился к ним и только тут разглядел, над чем все смеются.

– Да твою ж дивизию!.. – протянул Кукушкин-старший.

– Господин Кукушкин? – взглянул на него Лестратов. – Снова вы?

– Добрый день. Я хотел попросить вас отпустить со мной этих троих. – Роман показал на Степана, Алину и Егора, безуспешно борющегося с вазой. – Нас сегодня пригласили в полицию. Ничего серьезного, просто следователи хотят поговорить с ребятами.

– Я не возражаю, – ответил Гордей, едва сдерживая улыбку. – Только сначала снимите с него вазу. Экспонаты нельзя выносить за территорию исторического музея, у нас на этот счет довольно строгие правила.

– Да, разумеется, – кивнул Роман.

Он подошел к сидевшему на стуле Егору и легонько отодвинул Степана в сторону.

– Посторонись, сынок. У меня богатый опыт по извлечению этого охламона из разных ловушек, – сказал Кукушкин, взявшись за ручки вазы.

– Сынок! – фыркнул Егор. – А я тогда кто?

– Именно это я и пытаюсь выяснить последние восемнадцать лет, – вздохнул Роман и начал аккуратно поворачивать вазу по часовой стрелке, плавно стягивая ее с головы своего непутевого отпрыска.