Она сидела во дворе родительского дома на качелях и задумчиво смотрела вдаль, как вдруг ей кто-то закрыл ледяными ладонями глаза. Девушка вскрикнула от неожиданности, но тут же почувствовала приятный и знакомый холодок на лице и спине, резко развернулась, и девичье сердце готово было выпрыгнуть от переполнявших чувств.– Валентин! Любимый! – кинулась ему в объятия. Он так обрадовался её реакции, что тут же поцеловал. Мейфенг этого показалось мало, и она, притянув его за голову, начала целовать так неистово, что он, схватил её на руки, начав с ней плавно кружиться. Ноги его оторвались от земли, и они парили над ней. Мейфенг пришла в себя и, увидев, что они находятся в метре от земли, вскрикнула:– О, ты ещё и летаешь?Вампир рассмеялся.– Да, я летаю, также как и мой дед, великий Дракула, – понизил голос, до бархатистого тембра, и спросил, боясь ответа очень волнительный вопрос, – ты так радостно встретила меня, мне показалось, уж не влюбилась ли ты в меня?Девушка покраснела, потупив взгляд.– Тебя не было целых трое суток, телефон недоступен, я начала сильно переживать, всё время думала о тебе, и мне показалось, что да, похоже, я влюбилась в тебя, как во всех наших фильмах о красавчиках вампирах.Валентин от чувства щенячьей радости, снова впился в сладкие губы и не мог ещё долго оторваться от неё. Вскоре он плавно опустился на землю с прекрасной ношей.– Я так счастлив слышать эти слова, потому что я люблю тебя больше своей холодной одинокой жизни и хочу провести с тобой всю вечность!– Но я же человек, – хмыкнула девушка, – а человеческий век не долог, а ты насколько я знаю – бессмертен.– Да, я бессмертен, но и ты можешь стать бессмертной когда-нибудь. Я обращу тебя, если того потребуют жёсткие обстоятельства.– Но, тогда, я стану такой же как ты? Буду хотеть крови?– Да, но не только, ты сможешь летать, и у тебя обострится слух и все твои желания, а ещё разовьются разные новые способности. Ты станешь сильной и смелой и будешь жить вечно вместе со мной. Разве это не прекрасно?Девушка на миг задумалась, ковыряя носком тапочка землю.– Понимаю, но очень этого боюсь. Я пока к этому не готова.Валентин обнял её, будто укрывая от всех невзгод.– Всему своё время, милая. А пока я хочу серьёзно поговорить с твоими родителями.– Зачем? – спросила взволнованно Мейфенг.– Я уже купил здесь замечательный дом, и у меня появились друзья. Они мне подарили повозку – Ягуар, мы будем с тобой кататься столько, сколько пожелаешь и жить вместе в нашем доме, пока ты закончишь свой колледж, раз ты так этого хочешь, а потом уедем в Трансильванию в мой замок, ты станешь там хозяйкой и моей графиней. И поэтому, я уже настаиваю на твоём замужестве. Так ты, готова выйти за меня замуж?– Я, я не знаю, – она напряглась.Валентину не понравилось её напряжение.– Перестань уже меня бояться. Я же говорил тебе, что никогда не обижу.– Я стараюсь, но всё таки ещё боюсь.Он властно взял её за руку и повёл в родительский дом, где они расположились у камина, в ожидании родителей. Спустя час они приехали домой.За семейным ужином Валентин начал серьёзный разговор:– Я уже просил у вас, однажды, руки вашей дочери, и вот пришёл тот момент, когда готов настаивать на этом. Я не могу жить без неё. Я удачно порешал свои дела и купил огромный дом для нас с Мейфенг, и у меня появилась новая машина, чтобы возить её в колледж и домой. Я готов на всё ради неё. Сначала мы будем жить здесь, пока она закончит колледж, хотя он ей и не нужен, потом уедем в Трансильванию в мой замок, где она станет хозяйкой и моей графиней. У неё будет всё, что она пожелает.Девушка молчала, ковыряя греческий салат в тарелке. Мать испуганно и удивлённо смотрела то на Валентина, то на дочь, то на мужа, не совсем понимая, что здесь происходит. Александр с серьёзным выражением взглянул на дочь.– Мейфенг, посмотри мне в глаза, что ты молчишь? Ты, правда, хочешь за него замуж?Тут Анна резко выскочила из-за стола, уронив тарелку на пол, вскрикнула от сумасшедшего волнения и гневно глянула на дочь.– Ты что, беременна?Мейфенг вздрогнула как от удара. Валентин на миг рассвирепел, глаза всколыхнулись алыми волнами, как море перед бурей, но тут же сдержался.– Как вы можете так плохо о нас думать? У нас не было ещё интимной близости. Я слишком строгих правил, чтобы лишить вашу дочь девственности до согласия и договорённости о нашем браке с её родителями.Анна облегчённо вздохнула и снова присела за стол, тревожно поглядывая на дочь. Та молчала, потупив взгляд вниз. Отец снова спросил её и уже громче и грубее, так как начинал выходить из себя:– Мейфенг, что же ты молчишь? Ответь всем нам, ты хочешь за него замуж?Прошла ещё долгая, мучительная для всех присутствующих, минута.– Да.Новые бандитыУтро следующего дня. Валентин позвонил Бо.– Алло.– Привет, Бо, ты можешь приехать за нами? Я хочу показать невесте наш новый дом и прогуляться в окрестностях.– Да, Граф, скоро буду.Валентин быстро подлетел к распахнутому окну любимой. Девушка сладко спала. Он присел рядом и начал тихонечко гладить её по светлым шёлковым кудрям. Мейфенг открыла глаза и лучезарно улыбнулась.– Доброе утро, любимая. Вставай, собирайся. Мы скоро поедем осматривать наши владения.Она присела на кровати, поправляя волосы рукой.– Как? Уже сегодня?– Да, за нами скоро приедет один из моих друзей, его зовут Бо. У него ещё есть брат Ан. Они будут часто теперь нас сопровождать и охранять.– Охранять? – усмехнулась. – Не думаю, что ты нуждаешься в охране.– Я и не нуждаюсь, а вот ты, да. Теперь один из них будет постоянно охранять тебя, а другой наш личный водитель. Я же обещал тебе всё это, разве ты не помнишь?– Д-а-а, – протянула как-то задумчиво Мейфенг, – я тогда даже и не ожидала, что это всё может быть правдой.– Это правда, моя дорогая, самая настоящая правда и я готов на всё ради тебя! – при этих словах он обнял любимую, опять не удержался, и его губы прикоснулись к её губам. Нежные руки легли на его грудь, и он обнял её еще крепче, начав гладить по голове, шее, спине, целуя, так неистово, что снова довёл любимую до бешеного сердцебиения. Но как обычно внезапно остановился.– Не время ещё, дорогая, вот в нашем доме, я уже не выпущу тебя из своих объятий, даже и не надейся.– Я и не хочу, чтобы ты меня выпускал, – прошептала она.– И я очень этому рад. Ты навеки моя.Через полчаса подъехал Бо на новеньком Ягуаре Графа и посигналил им. Молодые люди вышли, и Мейфенг восторженно ахнула:– О, Валентин, какая красивая машина, и я очень люблю красный цвет!– Да, машина красивая, а это наш личный водитель Бо.– Что я слышу, наконец-то ты назвал машина вместо повозки!– Учусь милая, и поверь, вскоре стану здесь как местный.Бо вышел из машины и учтиво поклонился девушке, как это было принято в Китае. Они уселись в Ягуар и начали романтическую поездку по городу.А в это время в казино, где состоялся недавно закрытый аукцион, приехала банда головорезов, устроив погром.– Кто убил моего брата? Выдайте мне этого мерзавца немедленно, и я разорву его голыми руками!Люди в страхе молчали и боялись даже слово произнести, но бандиты схватили крупье, выпытали у него имя Валентина, и то, что он новичок в этих краях, и даже о том, что ему покровительствует теперь господин Вейшенг. Дюжина грозных японцев, узнав об убийце брата их босса, сразу кинулись в ресторан к Вейшенгу.Они вошли в ресторан, распахнув двери с грохотом, как стадо разъяренных быков, отталкивая местных охранников и, в ярости сбивая стулья и столы, шли напролом. Вейшенг сидел в тёмно-коричневом, кожаном, широком кресле с полным спокойствием, его сразу же обступили кольцом охранники и выставили оружие.– Бохай, дорогой, что случилось? Чем ты так взволнован? – проговорил Вейшенг с таким кисельным спокойствием, что японцев от его тона передёрнуло.Японец с яростью злобно глянул на Вейшенга и его охрану.– Ты, Вейшенг, такой уважаемый человек в Китае, и позволил убить моего брата на каком-то занюханном аукционе! И ещё укрываешь этого мальчишку! Как его там, кажется, Валентин? Выдай его мне, и я убью голыми руками, также вырву у него сердце, как и он это сделал с моим братом.– Бохай, ты неправ, мы ничего не видели такого и ничего не знаем. Это наглая клевета, и я никого не укрываю. А мальчик этот Валентин ни в чём не виноват, и если узнаю, что с его головы упал хоть волосок, будет война. Ты хочешь со мной войны?Бохай рассвирепел и подсознательно рванулся к Вейшенгу, но ему преградили путь охранники с каменными выражением лиц, готовые на всё прямо здесь, чтобы защитить босса, и он от беспомощности заорал ещё громче:– Я это так не оставлю, найду этого сосунка и ему не позавидуешь! Значит, будет война!Он выскочил из ресторана со своими людьми, они расселись в чёрные иномарки и, дав по газу, уехали с такой скоростью, что подняли облако серой пыли, понеслись обратно в казино, расположились и стали обсуждать своё положение.– Я разорву этого чужака на части! – не унимался Бохай. – Он пожалеет, что на свет родился!Разъярённый японец кивнул своим головорезам – Вы, Мин и Пин, начинайте искать этого мальчишку и как найдёте, принесите мне его сердце и голову!Двое крепких парней поклонились и вышли из казино, сели в машину и поехали опрашивать всех людей, кто хоть как-то мог, что-либо знать о Валентине. Первое, куда они направились, к ювелиру–оценщику в магазин. Зашли, как танки, сбивая всё на пути, охрана магазина им была не помеха, завязалась драка. Люди Бохая перестреляли всех, включая и молоденькую продавщицу, прошли к оценщику, тот спрятался под столом, но это его не спасло. Они грубо вытащили его из-под стола и один из бандитов, тот что был покрупнее, сильно ударил старика в живот. Оценщик закашлялся и упал на пол.– Старик, если хочешь сохранить свою никчёмную жизнь, говори, где живёт мальчишка, которому ты устроил недавно закрытый аукцион?– Я не знаю, – простонал он, но его ударили ещё раз и ещё, и старик снова простонал ещё слабее: – его охраняют два самых лучших парня Вейшенга – Бо и Ан, и их часто видели мои люди у озера Сиху в красном Ягуаре, они похоже там отдыхают. Это всё, что я знаю.Японцы пихнули старика на прощание ногой, но оставили в живых и вышли.– Пин, едем к озеру, спрячем машину в кустах и будем там поочерёдно дежурить, раз они там бывают, то будем их ждать, то я посплю, то ты.– Едем Мин, конечно, и оторвём ему башку!Новая опасностьУтром следующего дня действительно подъехал красный Ягуар с открытыми окнами и громкой музыкой, за рулём находился довольный Бо, жуя жевательную резинку. Из машины вышел красивый молодой человек с необычного цвета белоснежными волосами и стройная шикарная блондинка. Они обнялись и, прислонившись к машине, стали страстно целоваться. Водитель так и остался сидеть за рулём, смотря вперёд, и слушая громкую музыку.Японцы притаились в своей машине, откуда внимательно наблюдали за вновь прибывшими молодыми людьми.– Как ты думаешь, Мин, это они?– По описанию, как говорил крупье в казино, похож, блондин с ангельской рожей, но его внешность обманчива, жестокий садист.Они достали пистолеты, и Мин прицелился. Раздался выстрел. Валентин вздрогнул и в ту же секунду оттолкнул Мейфенг, она упала на землю около машины, смертоносная пуля пролетела совсем рядом с её головой, оторвав прядь белокурых волос и, унося в даль. В мгновение ока Валентин рассвирепел, приобретая вампирскую суть.– Бо, увези Мейфенг домой и оставайся с ней, вызови Ана, охраняйте её! – а сам понёсся туда, откуда раздался первый выстрел. Бо сразу же нажал на газ и понёсся, увозя девушку Графа подальше от этой заварушки, выстрелы продолжались, один за другим. Мейфенг в страхе легла на сиденье, закрыв голову руками, заднее стекло рассыпалось вдребезги, многочисленные острые осколки упали на волосы и спину, угрожая порезать нежную кожу. Вампир, будто разъярённый вепрь, подскочил к машине, находящейся в кустах, оторвал дверцу, отбросил в сторону и скрюченными острыми когтями вытащил Мина, который толком не успел даже понять, что происходит, как монстр безжалостно вырвал у него сердце. Мёртвое тело отъявленного бандита с гулким звуком упало на землю. Пин затрясся от жуткого ужаса, обуявшего крохотное сознание, в котором и была то всего одна извилина, но продолжал неистово стрелять, пока не закончились патроны, однако вампиру пули не причиняли вреда, кроме дырок в белоснежной дорогой рубахе. Пин позеленел от ужаса, сковавшего тело, и, ком разочарования подкатил к горлу, сдавленному тисками такого страха, что он не мог пошевелить не рукой, не ногой. Вампир зашёл с другой стороны и, могучим ударом сверху в крышу машины, смял до самой головы парня, как картонный домик, затем также легко оторвал другую дверь и вытащил его наружу. Вампир, находясь в безумной ярости, со сверкающими багровыми глазами, как огненным заревом, прибил трясущегося парня к разбитой машине.– Кто тебя прислал? Что от меня хотят? – взревел, тряся его, как мешок с дерьмом.Пин еле процедил, продолжая трястись, как осиновый лист на ветру:– Наш босс Бохай. Ты убил его брата на аукционе, японца из «древних», как ты, судя по всему. Он приказал убить тебя и принести ему не только твоё сердце, но ещё и голову.– Ах так, ну тогда смотри, – и вампир, всё ещё держа за шкирку Пина, подлетел к его мёртвому другу и, схватив за голову, мгновенно оторвал. Пин, увидев это, сразу начал рвать всем содержимым желудка и горько по-детски плакать. Валентин ещё раз жёстко встряхнул японца, опаливая яростным взглядом.– Не ной, я не убью тебя, ты отнесёшь сердце и голову твоего друга боссу и передашь, что если он ещё раз что-то предпримет против меня, следующим – будет он сам!Парень мало что понимал, его до сих пор трясло от рвоты и страха. Валентин повторно встряхнул и заорал ещё громче, перекрикивая шумные порывы ночного ветра:– Ты меня понял? Если ты не сделаешь этого, я убью тебя!– Сделаю, всё сделаю… – прошептал Пин, трясущимися пересохшими губами, быстро кивая головой, как умалишённый.В одно мгновение Валентин унёсся, подобно вихрю, как будто его и не было на этой дороге.У сидящего в слезах около машины японца, волосы полностью взъерошились от сильного мгновенного короткого урагана, что создал вампир быстрым исчезновением. Пин, трясущимися руками, взял тело и голову друга, бурая кровь ещё сочилась, обливая ему руки и ноги, бережно уложил останки в багажник и, кое-как заведя машину, поехал к боссу в казино, где тот обычно обитал.Зашёл внутрь в состоянии зомби и уже по внешнему его изрядно потрёпанному виду, Бохай и охрана увидели, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Пин не мог сказать не слова, и Бохай, не выдержал затянувшейся паузы.– Что случилось, Пин? Что ты молчишь и трясёшься как баба?– Босс, – он еле-еле смог раскрыть рот, – выйдите со мной к машине, там, в багажнике Мин, вернее то, что от него осталось, это велел мне передать вам тот садист с белыми волосами.– Что? Что ты несёшь? – и Бохай вместе со своими людьми выскочил на двор, заглядывая в багажник джипа. От увиденного страшного зрелища он замер на миг и сжал зубы, скрежеща как зверь.– Я убью его! Порву на части, голыми руками!Люди Бохая со страхом и отвращением отвернулись.Бохай схватил Пина за шиворот и втащил обратно в казино.– Рассказывай! – орал он в ярости.Пин начал рассказ, заикаясь и запинаясь, и закончил его такими словами:– Его невозможно убить, он как те древние ниндзя, которые были неуязвимы, как вы босс. У него нечеловеческая сила, он будто управляет мёртвыми энергиями. Садист. Я и не понял точно, как он так быстро убил Мина.– Раз так, то мы не будем больше рисковать нашими ребятами. Мы взорвём его.– Как босс?– Начинайте следить за ним, только очень тихо. Все его перемещения, особенно, когда он встретится с Вейшенгом, взорвём их всех к чертям собачьим и этого старого хитрого лиса. Не будет у него такого нового телохранителя. Я отомщу им всем!