– Бежим скорее, – прокричал Всеволод.

Сенья и Всеволод опаздывали на паром…

Сенья очень любила голубой цвет. Он настраивал ее на интеллектуальную деятельность. Именно поэтому сегодня она надела голубую рубашку и такого же цвета повязку на голову. Сенья заплела волосы в косу. И бежала по побережью за Всеволодом.

– Я никогда не опаздываю! – громко произнес Всеволод.

– Я тоже!

Сенья не помнила вторую половину вчерашнего дня. Она крутилась на этом диване в жутком состоянии сбн. Всеволод сидел с ней рядом. Пытался держать ноги, но ничего, как обычно, не помогало. Сенья понимала, что она должна заснуть, хоть на час вечером. Ночью со сном она точно не помирится. Ветер и дождь периодически возвращались на побережье. Всеволод весь вечер обдумывал различные теории. И вот Сенья на часа два, наконец, заснула.

Рано утром, когда все серферы еще спали, наши ученые направлялись к машине. Повсюду валялись пальмовые ветки.

– Вчера все выглядело более позитивно, – произнес Всеволод и начал очищать машину от упавших веток.

– Давай вернемся за доской с ящерицей.

– Зачем? Ты не доверяешь моей теории архипелага? Мы же уже все обсудили.

– Да. Я согласна. Мы ошиблись. Мадейра это еще и архипелаг.

Архипелаг Мадейра состоит из двух населенных островов. Остров Мадейра и Порту-Санту. Остальные островки являются пустынными. Всеволод вчера поздно вечером вспомнил изображение Порту-Санту на доске, и это навело его на мысли об архипелаге. Книга о мореплавателях с острова Мадейра в библиотеке Петербурга вообще могла появиться на полке совсем недавно. Библиотекарь точно не стал бы так явно давать ответы. Так думал Всеволод. И он решил проверить. Он нашел различные фотографии из библиотеки, которые он успел сделать в периоды их расследования. И он был крайне удивлен, когда на фотографии стеллажа 122 он увидел книгу «История архипелага Мадейра». Но смог ее заметить, только под пристальным рассмотрением темной фотографии. Ведь головной мозг фокусируется на чем-то определенно важном. И, если хозяина мозга устроил предыдущий ответ, то и не зачем искать другой. Нейробиология готовит нас к тому, что мир на самом деле выглядит и существует совсем иначе, чем привыкли мы. Все это искаженные картинки нашего головного мозга. Если мы чего-то не видим, не значит, что этого нет. Аппарат МРТ (магнитно-резонансная томография) этому пример. Мельчайшие детали не всегда заметны на снимках, но не значит, что нет изменений в мозге. Или мы просто не знаем, что это изменения. Столько тайн еще спрятано в нейроанатомии.

– Поэтому меня и беспокоит изображение Порту-Санту. Еще и эта ящерица со «сменить ноги», – сказала Сенья.

– Вернемся за доской после поездки.

– Почему ты отвергаешь мою теорию?

– И где же я ее отвергаю? Мы сейчас не доберемся быстро до склада. Оглянись. Все в поваленных деревьях. Мы просто опоздаем на паром. Садись, пожалуйста, в машину.

Сенья огляделась. Действительно, кругом валялись обломки пальм. Но и в этом был плюс. Им не пришлось маскировать вход в подвал библиотеки. За них это сделала природа. Саша вчера все проверил. Всеволод еще вечером успел приобрести билеты на паром, даже не зная, реализуется ли их путешествие на следующий остров. Ведь океан ночью был очень активным, как и ветер. Но паром все-таки отходил рано утром. А вот когда будет следующий рейс, никто не мог ответить. Поэтому Всеволод пытался успокоить Сенью и уже отправиться в порт.

– Сева. Я запуталась. Важен ли порядок разгадок? Сначала Порту-Санту или склад с досками?

– Я тоже не знаю. Очень таинственный этот библиотекарь. Он точно не просто библиотекарь. Давай просто сядем в машину.

Сенья попыталась утихомирить свои амбиции. Она взглянула на время в телефоне и поняла, что они действительно опаздывают.

– Но потом мы обязательно вернемся сюда!

Всеволод кивнул.

Сенья не особо наблюдала за пейзажами из окна машины. Ее мысли уже были на острове Порту-Санту.

– Успели, – произнес Всеволод, когда они заняли свои места на пароме.

Чуть больше, чем через два часа, ученые уже вдыхали воздух нового острова. Порту-Санту очень отличался от Мадейры. Людей мало, в основном туристы, которые захотели уединенного пляжа. Пляж есть, как и невероятно цветной океан. Цвет воды переливается из голубого в зеленый, затем в бирюзовый. И тут океан был невероятно холодным, что вряд ли кто решится искупаться в нем. Но наши ученые приехали на остров не ради пляжного отдыха, а для поиска сна.

– Какой невероятный вид! Сева. Вон, вулкан. Точнее то, что от него осталось.

Сенья и Всеволод шли по набережной среди огромных пальм. Насыщенный зеленый цвет листьев сопровождал их.

– Художник изобразил именно этот остров. Теперь мы это видим вживую, а не только на фотографиях.

– Художник все-таки замешан в этой истории? – язвительно спросила Сенья.

– Художник или библиотекарь. Не знаю. Нам придется это выяснить.

Тут Сенья увидела вокруг себя бегающих маленьких ящериц.

– Сева! Какие же они…

Сенья начала прятаться за Всеволода.

– Сколько же их много! Какие они неприятные и, скорее всего, ядовитые!

– Подожди с выводами. Ящерицы могут очень даже нам помочь.

– Да. Но пусть они отойдут от меня.

Сенья все пыталась от них убежать.

– Лекарства создаются очень часто из ядов, например из токсинов кустарников. Воздействие на определенные рецепторы головного мозга в нужном количестве могут привести к положительному результату. Но не каждый решится проверить это на себе.

– Значит, они точно ядовитые? – испуганно спросила Сенья.

– Нет. Но возможно кто-то что-то искал на острове. Природа это же целая аптека!

– Попробуем выяснить, – произнесла Сенья и отправилась за Всеволодом, сторонясь ящериц.

Сенья и Всеволод шли по аллеи. Пальмы создавали тень. На острове Порту-Санту было прохладнее, чем на Мадейре. Ящерицы бегали повсюду. Сенья только успевала от них отскакивать. Всеволод только улыбался, наблюдая за этой картиной. И наблюдая за пейзажами острова. Небо здесь казалось более низким. Тут была своя атмосфера. Атмосфера тишины и таинственности. Могущественный вулкан возвышался над океаном. Волны бирюзовой воды аккуратно выплескивались на берег. На эти пейзажи можно любоваться и любоваться. Но любовался ли их библиотекарь этими видами? Был ли он сам ученым? Рисовал он ради искусства или… У него была своя тайна? А, может, рисовал совсем не он.

– Всеволод, мне все-таки кажется, ты отвергаешь важность той доски.

Сенья никак не могла угомонить свои сомнения.

– Нет. С чего ты взяла? Я готов проверять любую теорию. Просто мы опаздывали на паром.

– Ладно, не будем снова спорить.

Всеволод согласился.

– Я вот о чем подумала. Почему на доске нарисована ящерица именно на Порту-Санту? На самой Мадейре их же тоже полно.

– Сенья, ты правильный задала вопрос.

Всеволод задумался.

– Может нам надо найти какую-то особенную ящерицу? Здесь, – спросила Сенья и начала издалека рассматривать ящериц.

– Или место, которое было бы с ними связано. Идем.

Всеволод скорее взял Сенью за руку. И они отправились искать ответы на очередном острове.

– Если бы ящерицы на острове представляли опасность для людей, то давно это было бы уже известно, – сказал Всеволод и показал в сторону веселых туристов, рассекающих на велосипедах.

– Значит, опасности нет. А может от них исходит помощь? А может они не оказывают влияния на обычных людей?

– Ты у нас точно не похожа на обычного человека, так что лучше смотри под ноги и не трогай ящериц.

Сенья и Всеволод долго шли по пляжу. Песок тянулся далеко в небо. И уходил в скалы. Здесь было какое-то ощущение пустоты. Бездонности. Одинокий остров в Атлантическом океане. Что тут могло происходить? Такой остров подойдет только человеку, которому нужно уединение. Постоянные размышления.

– Сенья, а ты обратила внимание, что на доске был изображен ясный день?

– Да. Океан, солнце. Ничего удивительного.

– Покажи-ка мне фотографию доски.

– А я ее не фотографировала. Только Саша. Но он мне все прислал вчера.

Сенья переслала Всеволоду фотографию. Он начал внимательно ее рассматривать.

– Что ты видишь, когда смотришь на ящерицу на доске? – сказал Всеволод и повернул экран телефона к Сенье.

– Силуэт ящерицы.

– Нет.

– Как нет… Вот…

– Это не силуэт. Это и есть ящерица! Но у нее закрыты глаза. Она спит! Спит днем!

– Ночные ящерицы?! – удивленно произнесла Сенья.

– Да, они существуют. Но место их обитания не здесь.

– Но их могли привезти, – сказала Сенья.

– Или просто никто тут о них не знает…

– Как? 21 век!

– Ага. Много кто тебе помог в 21 веке с синдромом беспокойных ног?

Сенья вздохнула.

– Нам надо искать спящих ящериц? – спросила Сенья.

– Думаю, ученый, который библиотекарь и художник в одном лице, их изучал. Здесь. На тихом острове.

– А потом магическим образом стер страницу 122.

Сенья старалась все соединить в одну общую картину.

– Нам необходимо снова увидеть доску! – громко произнесла Сенья.

– Да. Это очередная схема. Так. Стоп. А почему мы тогда растолковали только одну страницу? Вся биография Томаса Укиллиса это и есть карта! Схема! – сказал Всеволод.

– Биография Томаса Укиллиса находится на станицах 121, 122 и 123.

– Скорее вспоминай карты Ленорман.

Посреди острова два человеческих ума активно использовали свои нейронные сети. Если выключить весь свет на планете, то мы сможем освятить мир электрической активностью каждого из нас. Маленькие лампочки мигают… Они соединены в одну огромную сеть. Сможет ли кто-то когда-нибудь составить полноценную карту мозга? Атлас головного мозга. Со всеми аксонами и рецепторами? Может ли наш мозг составить карту самого себя? Надо ли это человечеству? Имеем ли мы право на это? Страшны ли последствия? Но что еще остается Сенье, как не искать дорогу к собственному головному мозгу?

– 121 в сумме дает 4. В картах Ленорман это карта «Дом», а страница 123 это цифра 6. Карта «Тучи», – сказала Сенья.

– Дом, дерево и тучи. Опять эти деревья, – произнес Всеволод в задумчивости.

Наступила тишина. Сенья и Всеволод размышляли.

– А есть ли карта ящерицы в колоде? – спросил Всеволод.

– Есть змея. Символ интеллекта, соперницы.

– Какой ее номер?

– Она идет сразу после туч. Под номером 7. В колоде 36 карт. Ты хочешь всю книгу адаптировать под карты?

– Биографии, думаю, будет достаточно. Хотя номер 7 это уже другая биография.

– Сева. Что мы видим на картине? Точнее на доске? – тихо произнесла Сенья.

Всеволод внимательно вслушивался в ее голос. Она говорила шепотом, будто боялась сама спугнуть свою мысль. Ее сердце колотилось еще сильнее. Ее несчастные глаза превращались в счастливые, как только она понимала новую частичку их длинной тайной истории.

–На картине есть деревья в виде пальм, есть дом, есть ящерица, но нет туч! – сказала Сенья.

– И?

– Значит, они там должны быть!

– Тучи создают темноту. В темноте увеличивается выработка мелатонина и тогда человек спит. Ну, или ящерица. Но наша ящерица не будет спать на картине при темном небе, – сказал Всеволод.

– Сева! На этом острове наступление ночи показывают тучи на небе. Ночью они здесь всегда. Определенные очень черные тучи. Как и большое количество звезд. Звезды здесь ночью видно всегда. Если они «исчезают», значит, наступило утро. А вообще в мире циклично. День сменяется ночью. Сон бодрствованием. Но только не у меня. Ладно, это неважно. Значит, картина тоже должна сменить день на ночь! Изменить свое изображение!

Всеволод кивал головой. Он явно был согласен с теорией Сеньи.

– Кто больше всех интересовался досками? – тихо спросила Сенья.

– Саша? И та девушка…

Сенья развела руками.

– Нам срочно нужно обратно! Сенья! Нам нужна эта доска!

– Ты теперь тоже так считаешь, – язвительно произнесла Сенья.

– Да. Паром отходит только вечером. Доберемся до Мадейры сами.

Всеволоду было не до споров. Он привык решать проблемы, а не тратить время на пустые разговоры. Всеволод стал искать на побережье яхту, лодку, все что угодно. В тихом месте особо никто не торопился из жителей. И Сенья спокойно погрузилась в свои мысли.

«Я думаю, что Саша не просто так работает на побережье. Догадается ли он, что тайна находится в самом изображении? Но и эта странная девушка не просто так там появилась. Она и привела меня к этому складу. Может, это были ее доски? Хотя, если бы она знала о ценности этой доски, то побежала бы явно в другую сторону. И еще Саша сам прислал мне фотографию доски. Может, у него своя игра?».

– Сенья, давай, садись. Мы отправляемся.

Всеволод нашел небольшой кораблик, который шел как раз к острову Мадейра. Его хозяин занимался небольшими перевозками фруктов с острова на остров. Хозяин говорил без остановки, видимо его не смутило, что гости его корабля иностранцы. Сенья выхватывала нескольких слов из потока его речи и перевела их на русский язык. И снова и снова она слышала абакаши. Бразильский сорт ананасов. Сенья решила, что нужно подробнее узнать у капитана о здешних островах.

Всеволод совершенно не понимал португальского языка, так же как не понимал, стоит ли доверять Саше. И тут же у него появлялись разные формулы лекарств в голове. Он пытался подобрать хоть что-то, что могло бы помочь Сенье.

Всеволод обхватил голову руками. Аксоны его нейронов усердно трудились передавать информацию в виде нейромедиаторов.