Я сонно прищурилась, рассматривая Майка: он был одет в черную толстовку и сверху накинул куртку. Его странная спешка не на шутку меня напугала. За окном все еще было темно, но где-то вдали уже загорался рассвет.

– Мы куда-то едем? – хрипло спросила я. Поднимаясь с кровати, я машинально подошла к шкафу.

– Да, – сказал он негромко, пока я в темноте пыталась найти кофту на своей полке. – И ехать нам почти восемь часов.

– А куда мы поедем? – Я нашла свою красную толстовку и натянула ее, затем потерла глаза и надела очки. – К твоему отцу?

Это была первая мысль, которая пришла мне в голову: до озера ехать пару часов, но уж точно не восемь. Это было слишком много.

– Узнаешь, – с легкой иронией произнес Нолан, схватив свой мобильный и протягивая мне рюкзак, – закинь, что тебе нужно, зарядки и прочее…

Я кивнула.

– А мы надолго? – Понимаю, что сейчас мои вопросы могут его рассердить, но кто будит человека посреди ночи и зовет неизвестно куда?

– На день точно, – бросил Нолан, пока я собирала в рюкзак недопитую банку с водой и запасную футболку.

Он провел рукой по волосам и поправил куртку, выходя из комнаты, и я побежала за ним. Куда можно ехать посреди ночи, едва ли не под утро? Я забрала с собой таблетки, которые мне назначил врач, просто на всякий случай.

На улице была заведена машина, фары уже горели. Майк закинул мой рюкзак на заднее сиденье и пригласил на пассажирское место. Запрыгнув в его машину, я тут же спросила:

– Что-то случилось?

– Нет, – улыбнулся он, отъехав от дома и немного ускорившись, – не переживай, я просто хочу съездить в одно место.

Что ж, теперь мне гораздо легче: главное, что ничего страшного не произошло, все живы и здоровы. Другого мне и не надо.

– А Глория? Мама?

– Они знают, я им сказал, – успокоил меня Нолан, включив радио и выбирая волну, которая ему больше по вкусу. – Пожалуйста, не грузи себя. Мы едем отдыхать.

– Отдыхать? – потрясенно воскликнула я, но Майка это только рассмешило.

Он был слегка бледным, его глаза чуть покраснели от недостатка сна, он держал руль уже чуть зажившими руками.

На радиоволне звучала рок-музыка, но исполнителя я не знала, пусть мне и нравилось. Откинувшись на спинку кресла, я следила за дорогой, освещаемой фонарями и солнечным светом.

Свежий ветер залетал в салон, но мне не было холодно: температура воздуха в машине была просто идеальной, голова прочищалась от различных переживаний и прочих мыслей. Викки опубликовала новую фотографию из какого-то приличного ресторана, в который они с Джейкобом ходили вчера. Она в элегантном черном коротеньком платье фотографировалась с Джейкобом, он был в рубашке и брюках, они показывали на камеру знак мира.

Каждый раз, когда я видела их совместные фотографии, я улыбалась, радуясь за подругу, и при этом я ощущала мелкий укол зависти: мне хотелось бы тоже веселиться с Майком где-нибудь в Лас-Вегасе, ходить по кафешкам и барам, лежать в классном отеле без дела – просто потому, что мы можем себе это позволить.

Сейчас, конечно, я бы не променяла то, что имею, на Вегас и выпивку. Мне было более чем достаточно того, что я с Майком в одной машине, слушаю приятную музыку с дребезжащей гитарой и звонкими барабанами: она заставляла меня ощущать какое-то невероятное повышение настроения и бодрость духа.

Как часто бывало в юности.

Когда мы с Викки ходили на местные концерты, интересовались рок-музыкой, у меня даже были плакаты, которыми мы обменивались еще со средней школы. Нас вышвыривали из клубов, выпроваживали из баров, когда мы просто пытались послушать музыку, но все равно было весело!

Не нужно было даже пить алкоголь, пробовать вещества или что-то курить: вместо этого мы могли наслушаться до потери пульса Fall Out Boy и валяться на чердаке ее дома, пить газировку, обсуждать школу и смотреть сериалы.

Было приятно вспоминать юность, даже несмотря на то, что мне сейчас всего двадцать два…

Как раньше уже не будет, да и нужно ли? Викки счастлива, и я – тоже.

Кайл больше не вернется в мою жизнь, так обещал мне Майк, и я очень сильно хотела верить ему.

– Майк? – позвала я негромко.

Мы уже ехали по автостраде, солнце вставало, и на небе возникло приятное голубовато-оранжевое свечение. Вдоль дороги мелькали пустоши, редкие тонкие деревья и виднеющиеся вдали фермы, маленькие и почти незаметные.

– М-м? – откликнулся он.

Я поудобнее села, обнимая себя за плечи, и взглянула перед собой, сквозь окно, пока по радио играла песня «Radioactive» группы Imagine Dragons.

– А каким ты был, – спросила я, – в старших классах?

На пару секунд на лице Майка промелькнула печаль, его губы кратко дрогнули в нерешительности, но затем он рассмеялся, чуть прикрывая лицо ладонью. В последние несколько дней он очень часто смеется. Я едва удержалась от невыносимо широкой улыбки: ему явно становится лучше. Я уверена, что с ним все будет в порядке.

– Ты же читала дневник? Там была фотография с Крисом Блэйком…

– Да, помню, – кивнула я.

Он был с черными волосами и весело улыбался. Вспомнив его дневник и содержание страниц, меня тут же подернуло от пробежавшихся мурашек.

– Он родился в Портленде, я тоже там жил несколько лет. Однажды познакомился с Крисом и его старшим братом Винсом. У них была огромная коллекция пластинок, и Винс вечно орал на нас, когда мы пытались их спереть, но дело не в этом… Короче, Крис был моим ровесником, мы встретились в школе, в выпускном классе. Начали общаться, Крис показал мне группу Slayer, мы с ним начали подсаживаться на тяжеляк и ходили на концерты. Он где-то нашел билеты, повел меня. После этого мы надрались и до утра торчали в гараже… И таких моментов потом было просто до хера. Мы пили, шлялись по улицам, пропускали школу. Родители в ужасе вопили: «Куда ты будешь поступать, бестолочь!» – и все такое. Мне было так по хрен, что я просто решил уйти в армию. Блэйк пошел со мной. Его брат в то время учился на вышке, подавал пример нам всем.

Я с улыбкой слушала его рассказ, не обращая внимания даже на то, что в салоне становилось холоднее, а вместо музыки на радиоволне шла передача с диктором.

Было необычно слышать о том, что в юности Майк был металлистом, но, с другой стороны, татуировки, футболки с логотипами групп и прочее – все это было неотъемлемой частью его теперешней жизни. Мне это нравилось.

В какой-то степени это было… сексуально.

– Я был дерьмовым сыном, – подытожил Нолан, – но Крис меня не кинул, и мы пошли служить вместе. Он был не лучше. Кстати, это Винс вместе с Маркусом помогли мне найти твоего бывшего.

– Спасибо им, – я с благодарностью качнула головой, – за то, что сейчас все так хорошо…

Мне показалось, что на глаза Майка уже наворачивались слезы, но не стала об этом говорить. Страшно было представить, как сильно он успел привязаться к Крису и к другим парням со службы, а затем потерял их…

Это война так его… надломила? Я не могла подобрать верных и корректных по отношению к Нолану слов, чтобы верно это описать. В любом случае я не знаю, насколько глубоки его раны.

Он спокойно откинул голову в сторону и нажал на педаль, позволяя машине лететь в разы быстрее, это было разрешено на трассе, поэтому я не стала спорить с ним, ведь скорость нравилась и мне.

Диктор перестал говорить о погоде, а потом включилась одна из моих любимых песен старенькой, но такой уютной группы The Who.

Я позволила себе растечься в улыбке и ловить лицом такие теплые, греющие лучи солнца. Открыв окно, я вытащила руку и почувствовала сопротивление ветру.

Так приятно.

Майк тихо подпевал, зная, так же как и я, весь текст песни наизусть. И вдруг телефон прожужжал, и я отвлеклась, проверяя сообщение.

Глория желала мне спокойной и приятной поездки, кидая следом фотографию, на которой они с мамой, вооружившись кистями для покраски, стояли возле одной из стен в ее магазине. Тетя держала кисть над ведром с белой краской, на него показывала мама.

Я тихо посмеялась, а Майк кинул на меня спокойный короткий взгляд.

Как же я их люблю! Не хватает только папы.

Клянусь, как только вернусь в Сиэтл, то обязательно с ним увижусь и познакомлю с Майком. Кажется, папа с радостью поговорит о миротворческих действиях нашей страны с тем, кто в них участвовал.

– Поспи, Эш, – тихо сказал Майк, увидев, что я зеваю и прикрываю рот ладонью, – ехать еще долго.

– Разбуди меня… – пробормотала я, прикрывая глаза.

Мне пришло еще одно сообщение, но я тогда уже провалилась в сон и не смогла прочитать и ответить на него.

Майк закрыл окно с моей стороны и прикрыл со своей, чуть убавив звук радио. Я благодарно вслепую тронула его ладонь своей.