Я делаю комплименты розам, что в изобилии покрывают забор и беседку. Хозяйка сей флоры, миловидная итальянка Митина, грустно машет на меня рукой:

– О, да разве это цветник? Все растения сожраны или поломаны тварями, – жалуется она.

Оказывается, каждую ночь к красному дому на холме, где я снимаю комнату на время отпуска, приходят из леса косули, лани, лисы и еноты. Чтобы сожрать, уничтожить и разорить.

Единственная, кто может помешать, – овчарка Айди. Но она слишком любима хозяевами и поэтому мирно спит всю ночь на кухне.

В результате этой любви мы имеем толстую ленивую собаку и расстроенную собакомать. Все как в жизни, все как у людей.

* * *

– Я видела косулю в лесу! – делюсь я новостями с Митиной. Не уточняя, как здорово испугались неожиданной встречи обе стороны.

– Поздравляю, – говорит итальянка непраздничным голосом. Потом добавляет: – Но все лучше, чем кабан. Кстати, ты знаешь, что делать, если встретишь на своем пути дикого кабана?

– ?

– То же самое, что и если увидишь бывшего: беги!

* * *

– Как дела? – вежливо интересуюсь я у Митины, вернувшись в дом. Хотя после дня прогулок по лесу и размышлений о жизни больше всего хочется растянуться на кровати, а не вести светские беседы. Но жизнерадостная итальянка бросается рассказывать о своем дне, попутно наливая мне бокал белого. И я узнаю́, что приезжала подруга Сильвия на кофе и привезла свежайшие сфольятелле[6]. И одно пирожное ждет меня в холодильнике, если вдруг я решу одуматься и снова счастливо есть выпечку и сахар.

На ланч сегодня были тальятелле с белыми грибами. А если я захочу присоединиться к ужину, то муж Митины уже поставил запекаться нежнейшие цукини.

– Какая же у вас насыщенная кулинарная жизнь, – подтруниваю я.

Митина смеется:

– Мы, итальянцы, слегка, как это сказать, чокнутые на еде.

Мне же кажется, что если уж нужно быть чокнутым на чем-то, то еда не самое плохое. Особенно когда в мире есть чума, война и политика.

* * *

Митина переживает за мою социальную жизнь. По ее мнению, я преступно мало общаюсь и вообще бываю среди людей. Шляюсь по лесам да музеям, разговариваю с деревьями и давно умершими. И когда однажды высказываю мысль пойти вечером в ресторан, а не в постель, итальянка радостно организовывает мне досуг: бронирует столик в ресторане в ближайших горах. Места у нас нетуристические, общественный транспорт и такси отсутствуют, особенно по вечерам. Поэтому на своем видавшем виды джипе Митина привозит и сдает меня, не говорящую по-итальянски, в руки веселой хозяйки таверны.

Мне приносят рагу из лося, цветы цукини в панировке и вино. Меню я читаю через google-переводчик, и мы с поваром одинаково молимся, чтобы я нечаянно не траванулась непривычной для себя едой, не поймала аллергию и вообще осталась довольной.

Когда приходит время возвращаться, хозяйка таверны передает меня в руки двум пожилым итальянским сеньорам, которые должны довезти безлошадную иностранку до самого дома. Но во мне пол-литра итальянского вина и тяга к приключениям. Поэтому я прошу высадить меня на полпути, чтобы срезать путь через ночной лес, опробовать новый мощный фонарик Митины и заодно узнать, а не слабо́ ли мне.