Епископ единой церкви богов-близнецов со вздохом отложил в сторону бумаги, связанные с очередным строительством церкви и больницы при ней.

Благородные семьи опять чинили все мыслимые препятствия, как и бюрократы в администрации Императора. Но это уже привычное дело, с этим они научились справляться, особенно после того, как у епископа появилось множество друзей среди аристократов и ведущих чиновников государства.

А вот прямой императорский отказ — это было что-то новое, и с этим следовало разобраться как можно быстрее.

— Позвони в Императорский дворец, — епископ поднял взгляд на свою помощницу, одетую в строгий костюм, да и во всём её облике сейчас была одна только строгость, даже уложенные в аккуратный пучок волосы.

— Уже, ваше Превосходительство, — тут же ответила она. — Третий советник Императора согласен вас принять завтра.

— Но не сам Император, — кивнул епископ, уже примерно представляя масштабы происходящего, а также причины появившихся затруднений.

— К сожалению, нам дали понять, что у него нет на данный момент времени, чтобы принять нас, — покачала головой помощница.

«Ну, в целом, картина ясна», — с сожалением вздохнул он, ещё раз взглянув на стоящую рядом помощницу.

Когда ему только посоветовали (крайне настойчиво) эту девушку, он всячески отнекивался, понимая, что она будет больше приглядом за ним, чем действительно помощником. Но реальность быстро продемонстрировала, что Людмила оказалась крайне компетентным и разносторонне развитым человеком, на неё можно было положиться во многих делах. И, немного разгрузить себя, полностью сосредоточившись на исцелении и контактах с важными для церкви людьми.

Плюсом к тому она была сильным Изменённым пути повелителя крови. Редкое направление и крайне эффективное.

— Думаю, до правителя дошли слухи о вашем договоре с Великим домом Солдана, — лицо девушки оставалось непроницаемым, но епископ устало вздохнул, уже хорошо понимая, что она пыталась сказать.

Это был их давний… не спор, нет, помощница никогда не оспаривала его решения. Скорее, пыталась подсветить проблемные места.

Первое время это раздражало, потому как он думал, что Людмила ставит под сомнения его решения, но постепенно ему стало очевидно, что таким образом она каждый раз пытается показать ему слабые места в решениях и планах. Пускай и заставляя сомневаться в них.

— Да, решение исцелять главу Солдана, чтобы получить выход на рынок лучшей экипировки для «колодца», было не идеальным и рискованным, но у нас всё получилось. Теперь не нужно зависеть от Лаборантума артефакторума и показывать псам Императора наши закупки и запросы. Слишком много выгоды, чтобы не воспользоваться этим. Особенно после провала с вызовом единых.

— Теперь мы не можем спокойно открывать церкви и клиники, — добавила к этому Людмила. — Не думаю, что оно того стоило, ваше Превосходительство.

Епископ тяжело вздохнул, понимая обоснованность сказанного ею. Но иначе он поступить не мог, особенно после того ощущения разочарования, которое он почувствовал от богов-близнецов в момент разрушения алтаря в «колодце» Тверди.

А уж когда он несколько дней подряд не мог почувствовать в себе дар исцеления и было лишь молчание от единых… такого отчаяния епископ уже очень давно не испытывал. Что-то подобное было, когда он выживал на улицах столицы, до того, как единые даровали ему силы.

— Папа! — в кабинет, где он сейчас работал, ворвался весёлый золотой вихрь, в один миг разбивая всю серьёзность обстановки. — Спаси меня! Учитель по этике хочет меня поймать, а няня ему в этом помогает!

— Наверное, потому что у тебя сейчас должны быть занятия с ним? — епископу пришлось сделать над собой усилие и не улыбнуться от вида возмущённой мордашки дочери.

— Не-е-е, — задумчиво протянула она и замотала головой. — Точно нет. Поймать и увезти от тебя, уверена!

— Ну да, ну да, — всё-таки не удержался он и рассмеялся. — Иди сюда.

Он обнял дочь, целуя в макушку и одновременно проверяя с помощью своего дара её состояние. Ей всего семь лет, но все эти годы епископ только и делал, что боролся за жизнь дочери. Ласковое ощущение, пришедшее от связи с богами-близнецами, пришло почти в тот же миг, даря ощущения покоя и уверенности. Появилось понимание, что со здоровьем дочери не всё так хорошо, как хотелось бы, и смертельная болезнь никуда не ушла, но она отступила и затаилась. Даже великого таланта епископа не хватало, чтобы убрать эту необычную и опасную болезнь, только остановить распространение. Именно поэтому, пропажа сил даже на время, чуть не стала для него персональной трагедией.

Единые дали ему великую силу и наделили смыслом нести свой свет в этот мир, и он не должен их больше подвести, никогда.

Целительная сила окутала дочку, наполняя её светом и даря облегчение. Она никогда не признавалась отцу, но он-то прекрасно видел и знал, когда ей плохо, сейчас до этого не дошло, но было очень близко.

— Ах, вот вы где, юная леди! — в двери появилась молодая няня дочери, нанятая Людмилой ещё в прошлом году. — Наставница Олони ждёт вас в классе! Пойдёмте.

Они неплохо сошлись с дочкой, и пусть маленькая негодница постоянно сбегала с занятий, к самой няне относилась очень тепло. Возможно, сказывалось отсутствие материнского тепла, но она быстро привязалась к этой девушке. Жена епископа умерла ещё при родах, и как же жаль, что он тогда ещё не верил в единых…

— Не хочу! — дочь повернулась к нему и жалобно заглянула в глаза. — Пап, защити меня, пожалуйста!

— Роза, ты же взрослая девочка, этикет очень важен, — он вновь не удержался от улыбки. — Особенно когда у твоего отца припрятано мороженое, и лишь от твоего старания зависит, будем ли мы сегодня его есть.

— Ура! Мороженое! — из глаз дочери тут же пропала вся обречённость и печаль, она выбежала из комнаты, устремившись по коридору особняка, в сторону, где находилась комната, обустроенная под обучение.

— Ваше Превосходительство, леди, — няня попрощалась с ними и вышла из кабинета.

«Сегодня перед сном надо бы проверить ещё раз здоровье Розы», — мысленно оставил зарубку на памяти, возвращаясь к прерванной работе.

Что бы он делал, если бы в его жизни не появились вера и дар богов-близнецов? Их защита и любовь? Епископ предпочитал даже не думать об этом.

* * *

Возвращение из колодца вышло… напряжённым. И причиной тому стали сразу два события. Первое было связано с появлением рядом с подъёмом на первый ярус неизвестных наёмников. Сразу десяток больших групп собирались там, готовясь выдвинуться куда-то в сторону спуска на третий этаж. И они не очень-то терпели рядом с собой других наёмников или искателей, особенно сильных.

У меня было ощущение, что они постоянно опасались нападения, вот и смотрели волком на каждого, кто приближался к подъёму, при этом по каким-то непонятным для меня причинам не собираясь отходить от платформы спуска.

В каком-то смысле это было даже забавно, насколько они опасались даже меня, чётко видя, что я не Изменённый, и подозревая какой-то подвох. И это при том, что среди них находились сразу несколько сильных ребят, которые в теории могут и с полноценным караваном сцепиться, при большой нужде. Кого они так сильно боялись при таких-то собранных силах, можно только гадать.

Так или иначе, но под все эти подозрительные взгляды мы спокойно поднялись на первый ярус и продолжили путь к выходу из «колодца», и вот тут случилось второе событие, которое оказалось в разы более неприятным.

Ва'йан сумел обнаружить идущий в мою сторону отряд, принадлежащий благородному дому Тахи (судя по значкам, сверкающим на их броне). Мы как раз отдалились от спуска на второй ярус и находились посреди одного из местных комплексов руин, когда от фамильяра пришло предупреждение.

Пришлось срочно останавливаться и создавать печать отвода глаз, да ещё и вбухивать в неё уйму энергии из источника, потому что Ва'йан утверждал о приближении сильных Изменённых, и двигались они чётко в мою сторону.

Вылезать за пределы руин в такой ситуации я посчитал слишком рискованным — можно было оказаться посреди каменистой пустыни, без защиты и прикрытия хоть и разрушенных, но всё же стен зданий. Да и сражаться против группы Изменённых в руинах было куда проще.

Всё обошлось. Моего плетения, даже созданного на скорую руку, оказалось достаточно, чтобы укрыться от представителей Тахи. Отряд быстро прошёл руины, лишь немного осмотрев их, как я понял, на всякий случай. Жаль, но рядом со мной они не останавливались, так что установить следящую печать, как с фанатиками на втором этаже, у меня не получилось.

Было ли у меня подозрения, что эти ребята пришли по мою душу? Несомненно. Как и то, что они банально могли являться частью поисковых отрядов, всё ещё ищущих Александра. Могли ли Арзов рассказать Тахи о моём спуске в «колодец»? В теории да, но на практике я сильно сомневаюсь. В конце концов, им же нужно заставить отца принести вассальные клятвы, а не убивать единственного Наследника. Так или иначе, но лучше лишний раз мне с Тахи всё равно не пересекаться.

Ну и надо сказать, что за время этой экспедиции у меня появилось сразу несколько крайне интересных и перспективных идей насчёт вариантов по собственному усилению внутри «колодца» и противостояния в нём не только монстрам, но и людям.

Когда опасность миновала, а руины вновь опустели, Ва'йан всё-таки прокомментировал увиденное:

— Серьёзные ребята, и зачем тогда этот Александр ходил вместе со слабаками, ещё и вступив в гильдию Искателей, если у его рода есть такие сильные люди?

— Ну, он из младших Наследников, — ответил я, развеивая печать отвода глаз. — Таким, как он, придётся годы ждать, чтобы получить отвар относительно высоких ступеней. А ему, если мне память не изменяет, как раз и требовался эликсир третьей ступени. Такое не каждый младший дом для основного Наследника-то соберёт, что уж говорить о других. Вот Александр, видимо, и отчаялся ждать, решив взять всё в свои руки.

— Младший дом, старший, великий… — проворчал Ва'йан. — В чём разница-то? В деньгах?

— Не только, — я пожал плечами, завершая плетение. — Деньги, да, обычно у Великих и старших их куда больше. Но главное отличие всё же в другом. Возраст и влияние. Старший дом может быть слабее и беднее младшего, но их возраст всегда больше трёх сотен лет. Младшие же, обычно, это те, чей предок получил благородную грамоту меньше этого срока. Как-то так.

— А что Великие?

— Это те, чьё влияние сопоставимо с Императорским родом и у кого на территории располагается «колодец». Это даёт им право на содержание собственной армии, помогающей контролировать этот «колодец». Например, ты сам видел, сколько людей и наёмников у тех же Арзов. А они ещё не самые сильные ребята в Империи.

— А у Императорского рода тоже есть «колодец»? — спросил Ва'йан с любопытством.

— И даже не один! Это уникальное явление. Как и то, что сам Императорский род состоит сразу из шести благородных домов без всякого вассалитета, на равных правах. Будь мы сейчас в моём родном мире, их бы назвали кланом. За счёт всего этого они и стоят над всеми.

Хотя… я так до конца и не разобрался, каким образом такое шаткое государство не только не разваливается, но и умудряется постоянно отъедать по кусочкам земли соседних стран. Империя каждое поколение устраивает войну с кем-то из своих соседей и увеличивается за счёт них.

— Как это работает? — фамильяр был явно впечатлён услышанным.

— Ну, логика тут не помогает, значит, есть что-то, о чём мы просто не знаем, — пожал я плечами в ответ. — Остаётся лишь восхищаться хваткостью местных правителей, способных управлять всем этим осиным гнездом, по недоразумению названным Империей.

В остальном же моё возвращение обошлось без проблем, особенно на первом этаже, где ничего, кроме сплошной пустыни и редких построек, встречаемых в ней, не было.

— О-о, он всё-таки жив! — первая фраза, которая встретила нас, когда мы добрались до выхода из «колодца» и поднялись в уже хорошо знакомый ангар.

Встречающие поднимающихся людей охранники были сильно удивлены тем, что Ва'йан вернулся со мной целый и невредимый. Я даже разглядел, как некоторые отдают своим товарищам кредиты, кидая то и дело в мою сторону раздражённые взгляды. Явно проспорили деньги. Не самые умные люди, что тут ещё можно сказать?

Распорядитель дома Арзов встретил меня обычной в такой ситуации фразой о том, что некоторые особо опасные ресурсы «колодца» запрещено проносить в город и, если меня поймают за попыткой их сбыта — это будет серьёзным нарушением закона, вплоть до смертной казни.

Проговаривал он это несмотря на то, что тут всегда находились сразу несколько специальных артефактов, чувствительных к силе этих самых ресурсов и пронести их незаметно было почти не реально. Но, такова традиция.

Перед тем, как отправляться домой, не забыл зайти в офис Искателей и сдать на руки местному дежурному найденные в рейде браслеты бедолаг с первого яруса. Большего, к сожалению, я всё равно сделать не мог. Зато теперь родственники пропавших узнают об их судьбе. Хоть что-то…

Добравшись до дома, первым делом завалился в душ, отмокая под его горячими струями целый час. Пожалуй, именно это чудо прогресса мне нравилось в этом мире больше всего.

Конечно, подобные устройства были и у нас… но они требовали серьёзной подготовки и установки сложных магических печатей, дорогое удовольствие, которое было по карману далеко не всем. Тут же душ или ванна были обязательным атрибутом любой местной квартиры.

Смыв с себя грязь и запахи путешествия по «колодцу», занялся тем, ради чего всё и затевалось. Пора было начать создавать отвар. Для этого у меня уже всё было готово.

Небольшой, зачарованный специальными ограничивающими печатями, столик, где-то метр на метр, был вытащен из-за кровати. Прикрутив к нему небольшие ножки, установил его возле окна. Тут был установлен комплекс магических печатей, работавших, как вытяжка и очиститель пространства от опасных миазмов и выбросов. С таким столиком можно и полноценной алхимией заниматься, не боясь уничтожить комнату, квартиру или дом, а не только отвары варить.

К слову, об опасностях создания эликсиров Изменённых, они были ничуть не меньше, чем занятия той же высшей алхимией, и строго запрещались за пределами специальных зданий алхимиков. Ну и раз уж у меня не было и не могло быть доступа к таким зданиям, а сам факт попытки добраться до такого скажет о том, что у меня есть ингредиенты к какому-то из отваров, я решил провернуть всё с помощью старого доброго волшебства магических печатей. В конце концов, мастер печатей я или не мастер?

— Теперь мне нужна полная сосредоточенность, Ва'йан, — сказал я коту, вытаскивая все собранные реагенты, а также купленные дополнительные ингредиенты, на столик. — Комнату я сейчас запечатаю, на случай, если отец вернётся раньше домой, но ты если что присмотри и сам тоже. Сразу связывайся со мной!

— Сделаю, Леон.

Закончив с инструктажем, выпроводил фамильяра из комнаты и принялся за её запечатывание. С моей защитой и умениями создание отвара не проблема, куда проблемнее и опаснее его принятие внутрь.

Вот там могут появиться сложности, так как по статистике треть из тех, кто принимает эликсиры, умирали или сходили с ума, а то и чего похуже, превращались в непойми что. И никакой закономерности в этом всём не было, сколько бы эту самую взаимосвязь ни искали вот уже тысячу с лишним лет. Просто, с точки зрения местных благородных, кому-то могло не повезти, и всё тут. Посмотрим на практике, что там происходит.

Ещё одним несомненным плюсом использования моего столика было то, что созданные мной печати упрощали манипуляции с ингредиентами. Мысленным приказом поднял эссенцию духа тенеброида и влил её в специальную миску из закалённой магией стали. Туда же отправился корень женьшеня и сушёные цветки, называемые в этом мире ромашками. Ещё одно мысленное усилие, и магия подняла температуру жидкости до кипения. Она отличается от воды, так что пришлось увеличивать силу воздействия поэтапно, но ничего такого сложного. Несколько минут подождав, отправил в получившийся отвар какой-то странный фрукт с трудно произносимым названием.

Жидкость стремительно начала светлеть, эссенция становилась всё более насыщенной. Следующим наступил черёд глаза буревестника. Пять минут кипячения, одновременно с киданием внутрь чашки ещё кучи разных трав — как редких, так и не очень. Последним настал черёд щупальца пустынного ужаса.

Жидкость забурлила, окончательно становясь полностью прозрачной, а в магическом плане перед моим взором всё заплясало от невероятного буйства энергии. Никогда ничего подобного не видел. Даже в алхимии моего мира, в том числе и высшей, закон равноценного обмена энергий действовал и считался непреложным.

Невозможно из простых ингредиентов создать высшее энергетическое зелье. А тут… словно что-то вмешалось, преображая полученный отвар и превращая его во что-то очень сложное в магическом плане.

Я вглядывался в получившийся эликсир и совершенно не понимал, что вижу — сплошная энергетическая мешанина. И вот это нужно будет пить? Направлял силу, изменял. Иногда, когда жидкость внутри опять становилась тёмной, добавлял тот или иной реагент, возвращая ей прозрачность. Не сказать, что это было сильно сложно, но и простой эту работу назвать точно нельзя.

Влив получившееся зелье в специальную ёмкость, или скорее, бутылочку для отваров, я поставил его остывать. Можно, конечно, было принять и так, но это сильно не рекомендовалось. Всем реагентам нужно было настояться, чтобы получить максимально качественный отвар.

И только оторвавшись от приготовления, я глянул на настенные часы, чтобы с удивлением разглядеть — прошло три часа с начала работы. Всё получилось с первого раза, и даже ничего не взорвалось… Эликсир пути «Повелителя удачи» готов!