Как будто из рога изобилия – в огромном количестве.

Однажды коза Амалфея, которая вскормила своим молоком младенца Зевса, случайно обломила себе рог, а громовержец придал ему чудесную способность бесконечно наполняться тем, что пожелает его владелец, и никогда не иссякать.

– Да, Ленок, и меня просили выйти уже в следующий понедельник, представляешь?!

– Ого, кажется, ты произвела неизгладимое впечатление! – В голосе Ерофеевой слышалась такая гордость, как будто Алина была её дочерью, не меньше. – А разве тебе не нужно отрабатывать до увольнения еще две недели на прежнем месте? Или ты уже решила этот вопрос с вашей грымзой?

– Нет, даже не обсуждала это еще. Когда бы я успела? Сразу после собеседования домой на радостях поехала. В понедельник поговорю с начальницей, попрошу пораньше отпустить. Она у нас хоть дама и специфическая, но не должна палки в колёса вставлять.

– Тьфу-тьфу! Не хотелось бы такой шанс профукать. Словно вагон с удачей на твоей улице перевернулся! Ну а ты сама-то как? Осознала уже? Рада хоть?

– Конечно, рада! Что за вопрос? – Дельфинова даже задохнулась от возмущения. – Ты же знаешь, как я давно мечтала поменять работу! А академия – это же… это… ну как гора Олимп в сфере образования! Круче только Оксфорд с Кембриджем, да и то не у нас в стране.

Болтая по телефону с Ерофеевой, Алина лежала на диване у себя дома и рассматривала потолок. Она и сама пока не очень верила в произошедшее – шутка ли, сразу же после собеседования ей сделали предложение о работе! И рассказать кому-то о том, как всё прошло – лучший способ, чтобы случившееся приобрело реальные очертания, хоть немного стало больше похоже на правду.

…после того, как Виктория провела девушку в небольшую комнатку для совещаний, все проходило по классической схеме интервью. Алине задавали вопросы, а она старалась в ответах продемонстрировать максимально возможное количество своих положительных качеств. Улыбалась, держалась дружелюбно и тактично намекала, что мол всегда мечтала работать только в академии и более нигде. А весь предыдущий опыт только и делал, что постепенно готовил её к этому.

Разговор плавно перешел на обсуждение служебных обязанностей, и Алине удалось, как ей казалось, незаметно поинтересоваться, на какую, собственно, вакансию её сейчас собеседуют. Оказалось, что освободившееся место – помощник директора магистратуры, того самого Андрея Зайцева, про которого упоминал иностранец на проходной. Работа по словам Виктории была насыщенная (что в переводе означало – дел невпроворот), но интересная. Впрочем, про общежитие с китайцами тоже говорили «интересно», так что тут следовало держать ухо в остро.

Сотрудница отдела кадров объяснила, что, несмотря на зачисление в штат деканата, помощник директора подчиняется непосредственно директору, так что работа его имеет к студентам минимальное отношение. Оказалось, что директор магистратуры, в числе прочего, занимается подбором иностранных преподавателей для программ всего факультета, заключением с ними контрактов и оказывает им всяческое содействие в дальнейшем. Именно для этих целей ему и требуется помощник – ведь за красивым словосочетанием «заключение контракта» стоит просто уйма бюрократии и работы с документами. Да и сами иностранцы в России зачастую беспомощны и наивны как дети, за ними требуется глаз да глаз. Виктория даже пошутила, что дескать Алину еще не приняли официально, а она уже приступила к своим потенциальным обязанностям. Оказывается, иностранец с проходной действительно оказался профессором. Как удачно совпало, что они встретились!

В какой-то момент их беседы Виктория произнесла:

– Если вы не возражаете, дальше мы будем общаться на английском…

Алина, конечно же, не возражала. Наоборот, ей очень понравилось, как изящно сотрудница отдела кадров провела проверку её английского – вот что значит, солидная организация! Алина-то наивно ожидала, что её попросят сделать какой-то тест и «рассказать о себе» на английском. Во всяком случае прежде её собеседования в компаниях, где требовался сотрудник со знанием иностранного языка, проходили именно так.

Когда, казалось бы, они уже обсудили все возможные нюансы, Виктория сообщила:

– Алина Игоревна, у меня вопросов больше не осталось, и теперь я готова пригласить вашего непосредственного начальника, Андрея Евгеньевича, если не возражаете. Он предпочитает лично знакомиться с кандидатами.

Девушка вышла из кабинета, а Алина украдкой посмотрела на часы. Ух, уже оказывается сорок минут пролетело, ничего себе собеседование! Время шло и шло, а сотрудница отдела кадров всё не возвращалась. Дельфинова уже начала было волноваться, но, наконец, дверь открылась, и Виктория вернулась, сияя как начищенный самовар.

– Прошу простить мою задержку, у Андрея Евгеньевича внезапно оказалась назначена срочная встреча, и он не сможет с Вами познакомиться сегодня. Но мы кратко переговорили с ним, практически на бегу, и он просил передать, что успел рассмотреть вас, и кроме того, профессор Катракис очень положительно о вас отзывался. Одним словом, у меня отличная новость – мы готовы предложить вам занять эту должность!

Алина была настолько ошеломлена, что не успела выхватить главное из радостного монолога собеседницы.

– Постойте, что значит «успел рассмотреть меня»? Когда? У вас тут что, скрытая камера в кабинете?

Виктория засмеялась.

– Ну что вы, какие камеры! Вы же виделись сегодня в вестибюле. Когда я пришла за вами на проходную, Андрей Евгеньевич был вместе со мной – он спустился лично поприветствовать профессора Катракиса.

Дельфинову прошиб холодный пот.

Господи, этот знойный мачо что, её будущий непосредственный начальник? Мама дорогая!

– Что вот так вот сразу, и больше никаких этапов собеседования? – с подозрением продолжила Алина свои расспросы, всё еще пребывая в тихом шоке.

– Да, обычно так не делается. Но грех упускать такую удачу, как отличный кандидат с релевантным опытом работы, подходящий по всем пунктам, – подмигнула Виктория. – Да еще и сразу же получивший положительную характеристику. Так что скажете?..

Конечно же, Алина согласилась, не колеблясь более ни секунды. Они еще некоторое время обсуждали детали, какие нужны документы, и когда необходимо выйти на новую работу. А после этого Дельфинова поняла, что она слишком взбудоражена, и ни о каком возвращении в институт не может идти речи. Как же ей повезло с этой новой программой, на которой оказалась занята начальница!

И вот теперь она блаженно потягивала кофе, развалившись на кровати. Разговор с Ерофеевой в этот раз затянулся – она хотела узнать все подробности прошедшего интервью, и Алина честно все пересказывала. Впрочем, об одной детали она умолчала – не стала описывать своего будущего руководителя. Зачем раньше времени давать подруге повод для двусмысленных шуточек? А то, что они не заставят себя ждать, Дельфинова даже не сомневалась. Слишком давно знакома с Ленкой.

Положив трубку, Алина еще некоторое время бессмысленно таращилась в белый потолок. Несмотря на несомненную радость (божечки-ты-мой, я поменяла работу, и пусть даже мне снова придется проверять общежития – я готова это делать, если зарплата станет в 2,5 раза больше!) и банальное облегчение (не такой уж я и невостребованный специалист, ха!), что-то её беспокоило. Что-то царапалось на самом краю подсознания после разговора с подругой. Что-то такое неуловимое, но мешающее расслабиться окончательно… Что-то сказанное Ленкой про невероятно удачное стечение обстоятельств!

Нет, Алина не обиделась, Ерофеева, конечно же, не хотела принизить её заслуги. Но ведь всё действительно сложилось один к одному, как кусочки мозаики, как идеально подобранные друг к другу ноты чарующей мелодии:

и само появление этой вакансии,

и приглашение приехать в день запуска новой программы, когда начальница была занята,

и то, что Алина оказалась одета очень подходящим для собеседования образом,

и появление неговорящего по-русски иностранца на проходной ровно в тот самый момент, когда девушка приехала на собеседование…

Алина даже усмехнулась, попытавшись подсчитать, сколько раз за время разговора с Ерофеевой она произнесла слова «удачно» и «повезло». Конечно, такого быть не могло, но удачи сыпались на неё сегодня буквально из рога изобилия, как будто…

Усмешка сползла с её лица в ту же секунду, как она вспомнила один из последних своих «сеансов» в качестве Оракула в ванной.

– Ответ уравновесится удачей в мае-месяце…

Вот, что тогда пожелала Алина в обмен на свои стихотворные предсказания для неизвестной просительницы. Та самая фраза, что так своевольно выскочила из её рта.

Может ли быть, что?..

Да нет.

Что за глупости!

Алина даже потрясла для уверенности головой и громко произнесла вслух:

– Такого не бывает!

Звук её голоса гулко разнесся по квартире.