то произошло той ночью, как мы выбрались из страшного водоворота, я не знаю. Я пришел в себя в хижине рыбака с Лофотенских островов. Товарищи мои были целы и невредимы. Мы крепко обнялись.

Переправиться во Францию было нелегко. Сообщения между Северной Норвегией и Южной редки. Надо было ждать парохода, который ходит от Нордкапа раз в два месяца.

В ожидании этого парохода, оставшись жить у милых, приютивших нас людей, я привел в порядок свои записи.

Поверят ли моему рассказу? Не знаю. Но я верно и точно рассказал о своих приключениях.

Что стало с «Наутилусом»? Жив ли еще капитан Немо? Узнаю ли я со временем имя этого человека? Донесут ли волны когда-нибудь до нас рукопись, в которой описана история его жизни?

Я надеюсь.

Я надеюсь и на то, что «Наутилус» вышел невредимым из водоворота, что капитан Немо перестал карать людей и спокойно занимается учеными исследованиями на дне океана.

Шесть тысяч лет тому назад Экклезиаст задал вопрос: «Кто мог когда-нибудь измерить глубины океана?»

Два человека имеют право ему ответить: «Мы!»

Это капитан Немо и я!