***

Нурай отходит подальше от лагеря, даже дальше того места, где они привязали лошадей. Солнце заходит, и до темна все должны собраться вместе на ночлег – так они условились.

Девушка с рыком выхватывает кинжал и вонзает его в ствол, которому не посчастливилось в этот момент оказаться рядом. Ей хочется кричать, но она не может, не хочет, чтобы её услышали, а только вдобавок больно ударяет кулаком по дереву. Костяшки тут же неприятно отзываются, и она садится, сползая спиной по стволу и прижав ушибленную руку к себе. Шипит от боли и потирает её. Злится. На кого? На них? На себя?

Что-то странное происходит с ней с тех пор, как эти трое появились в её жизни. Сказать им правду или не стоит?

Нет. Не стоит. Всё само как-нибудь решится. Сейчас она успокоится и вернётся в лагерь.