Я сидела у туалетного столика, застегивая сережку и наблюдая, как за моей спиной в зеркале сгущается мрак. Я закатила глаза и тяжело вздохнула, когда Каден вышел из тени, поправляя манжету на правом запястье.

– Ну и драматизм! – сказала я и повернулась к нему лицом.

Каден удивленно посмотрел на меня.

– Что? – спросила я, глядя на сверкающее платье, облегавшее мое тело.

– Неплохо, – отметил он, разглядывая мой наряд.

Я закатила глаза и приложила руку ко лбу.

– Ты планируешь украсть Винсента у моей сестры с помощью этого платья?

Я опустила руку, мои щеки вспыхнули, когда я отвернулась от него.

– Я ничего не краду.

Я не отрицала, что мне понравилось платье, которое прислали в мою комнату. Часть меня радовалась возможности нарядиться и надеть что-то красивое. Может быть, я надеялась, что он взглянет в мою сторону и не сможет отвести взгляд. При этой мысли моя магия радостно затрепетала.

– Кстати, о нарядах, что на тебе надето? Ты похож на готического вампира с этим высоким воротником, – сказала я, изучая его отражение, пока подкрашивала губы.

Каден ухмыльнулся, но отвел взгляд, а я улыбнулась. Око за око! Его костюм был черно-красным. Под ним была рубашка с высоким расстегнутым воротником, из-под которого виднелись мышцы груди. По крайней мере, костюм ему шел. Как и его братья, Каден был по-настоящему красивым мужчиной. Конечно, если не обращать внимания на то, что он – воплощение зла и убил бы меня, не раздумывая.

– Где твоя тень? – спросила я, имея в виду брата, который редко отходил от него.

– Забавно.

Каден подошел ближе и провел пальцами по одной из моих кистей для макияжа.

– Знаешь, если Нисмера узнает, что вы двое вместе, она вас убьет.

– Она думает, что я сплю с тобой. Сомневаюсь, что она заподозрит что-то между мной и Винсентом, – сказала я, выхватывая у него кисть.

Он приподнял бровь и посмотрел на меня сверху вниз.

– Поверь мне. Ты делаешь мне одолжение.

Я не стала уточнять, что он имеет в виду, но подумала, не связано ли это с бесчисленными стражниками и ведьмами, которые пытались наведаться в его спальню. Возможно, он тоже использовал меня как прикрытие.

– Кроме того, мы с Винсентом не занимаемся сексом, – отрезала я, и щеки вспыхнули.

Это не было ложью. Целовались ли мы при каждом удобном случае? Да, но это уже другая история, даже если сейчас она не такая уж и интересная. Он отсутствовал уже несколько дней, отправляя случайных стражников сопровождать меня.

Я не видела его с того дня, как он улетел с ней и их легионом. Когда они вернулись той ночью, они были с ног до головы в крови. На следующее утро во дворце царила тишина. Даже в столовой было пусто. Я поняла, что совершенные ими злодеяния были ужасны, и, когда Винсент не стал меня искать, я догадалась, что он тоже в них участвовал. Судя по всему, убийство миллионов существ сплотило их, потому что с тех пор, как они вернулись, я много раз слышала о том, что они вместе.

И снова Нисмера была впереди, а меня отбросили в сторону.

– До этого недалеко. – Каден засунул руки в карманы.

– А почему тебя это так волнует? – Я огрызалась куда грубее, чем следовало. – Разве ты не ненавидишь нас обоих?

– Я не испытываю ненависти ни к одному из вас. Мне все равно, – его улыбка была полна яда. – Кроме того, ты самая сильная ведьма по эту сторону королевства, Камилла. Было бы жаль тебя потерять.

Я закатила глаза, поправляя последнюю заколку в волосах.

– Самая сильная? Это комплимент?

Каден что-то проворчал.

Я перевела взгляд на него.

– Хм, конец света приближается.

Наверху прогремел гром, и я посмотрела мимо него в сторону большого окна. Светило солнце, и я знала, что, должно быть, прибывают новые гости на коронацию Нисмеры.

– Неужели они присягнут ей на верность теперь, когда она уничтожила четверть вселенной?

– Дело не только в этом, – Каден уставился в окно.

– Значит, ты признаешь, что твоя сестра – сумасшедшая?

– Она предпочитает слово «завоевательница», – поправил меня Каден.

Я покачала головой, проверяя, надежно ли закреплена последняя заколка в моей прическе.

– Зачем это? Почему сейчас? Разве твоя сестра-психопатка уже не королева, или король, или как там она себя называет?

Каден наконец посмотрел на меня.

– Ты не видела это прошлой ночью?

– Видела что?

– Касмиру?

Я нахмурила брови. Я знала это слово, по крайней мере оно пробудило во мне какие-то воспоминания. Он заметил мое замешательство и закатил глаза.

– Это миф, который старше нас с тобой вместе взятых. Касмиры летают по небу, когда на престол восходит новый правитель. Прошлой ночью в небе вспыхнула одна из них, и Нисмера считает, что она предвещает ее правление теперь, когда Самкиэль мертв и она устранила угрозу в лице Дианны. Она решила, что повстанцы отступят после того, как она продемонстрировала им свою силу. Похоже, ее жестокость играет ей на руку.

– Если это так, то почему она не…

Дверь распахнулась, и я бросилась в объятия Кадена, припав губами к его губам.

– Пора, – нетерпеливо бросил стражник.

Они ненавидели меня так же сильно, как я ненавидела их. Им очень не нравилось, что их назначили няньками из-за того, что Винсент не мог повсюду сопровождать меня. Нисмера не доверяла мне, и на то были веские причины. Как только у меня появится шанс, я заставлю ее заплатить за все, черт возьми.

Я отпрянула от Кадена, надеясь, что наша уловка сработала. Казалось, все верят, что некогда ненавидящие друг друга соперники превратились в любовников. По крайней мере, пока.

Вошел второй охранник, старательно избегая зрительного контакта, страх делал его тихим и робким. Каден медленно убрал руку с моей талии.

– Она приближается, – сказал Каден, вложив в свои слова больше силы, чем требовалось. – Сейчас.

Охранники не стали задавать ему вопросов, поклонились и ушли.

– Нам нужно найти укрытие получше, – сказала я, вытирая губы.

Каден проигнорировал мой комментарий, бросив взгляд в сторону двери.

– Ты слышала что-нибудь еще?

– Нет, – я покачала головой. – Она все еще проводит свои эксперименты, и этот дурацкий талисман сводит меня с ума. Я почти закончила с ним, но последние части сложнее собрать, даже с моей силой. А тебе-то какое дело? Я думала, ты успокоился после того, как я рассказала тебе об оружии Забвения.

Каден глубоко вздохнул, проигнорировав мой вопрос, и протянул руку.

– Ну что, пойдем?

– Ты слышал еще что-нибудь о Дианне?

Его глаза на мгновение вспыхнули ярко-красным, но он подавил это чувство, когда я взяла его под руку.

– Только про город, который был разрушен там, где жил улей ревверов. Я собираюсь отправить Кэмерона на разведку.

– Как ему повышение? – поинтересовалась я.

Я знала, что Кэмерона назначили командиром легиона с собственным небольшим отрядом благодаря информации, которую он предоставил Нисмере.

– Он ненавидит это, но так он становится на шаг ближе к тому, чего он на самом деле хочет. Вам двоим это знакомо.

Я бросила на Кадена сердитый взгляд, когда мы вышли за дверь, ничуть не удивившись тому, что нас никто не ждет. Стражники по возможности избегали Кадена, а раз он меня сопровождал, в них необходимости не было.

Мы шли рука об руку в сторону главной галереи, ориентируясь на голоса и звон бокалов. По обе стороны от входа стояли массивные вазы, доверху наполненные белыми цветами. Искусно развешанные маленькие фонарики придавали комнате неземное сияние. Все это было призвано создать иллюзию гостеприимства и умиротворения, но Нисмера портила все впечатление. Это была приманка, а она была хищником, который затаился в ожидании.

Я глубоко вдохнула, когда мы вошли. Здесь было по меньшей мере сто существ, и все они были одеты в сверкающие наряды. На головах королей и королев красовались короны, подтверждающие их власть. Я сжала руку Кадена. Никто не смотрел на него и не обращал на нас внимания, но толпа инстинктивно перед ним расступалась.

– Кто эти люди?

Он потянулся за бокалом, в котором что-то булькало, и сделал глоток, прежде чем посмотреть на меня.

– Именно те, о ком ты думаешь. Это члены королевских семей из соседних государств, которые пришли присягнуть на верность Нисмере.

Я улыбнулась, как будто мы вели обычный разговор.

– Их так много?

Он улыбнулся в ответ и наклонился ближе.

– Ты думала, что никого не останется?

Я обхватила его бицепс своей рукой, играя свою роль.

– Я только слышала, что после нее остались лишь пустоши. Я и не думала, что есть еще столько правителей, которые не бросили ей вызов.

– Вот почему остались пустоши, Камилла. Те, кто выступал против нее, – всего лишь пыль на ветру. Кроме того, королевства огромны. Ты правда веришь, что никто не подчинится ее власти, а предпочтет быть уничтоженным? Только глупец бросит вызов Нисмере в надежде на победу.

Я кивнула, желая задать еще несколько вопросов, но к нам присоединился Исайя и хлопнул Кадена по спине.

– Ты не видел нашу милую сестру? – Он огляделся – через голову одного высокого существа слева.

Каден покачал головой.

– Нет, но ты же знаешь, что она любит появляться на людях. Дай ей время.

Исайя улыбнулся Кадену, и я не могла не изумиться тому, насколько нелепым выглядело то, что два самых смертоносных Высших стража, которые были у Нисмеры, улыбались друг другу так, словно не могли повернуть мир вокруг своей оси одной лишь своей силой. Что же на самом деле чувствовал Каден? Он смотрел на Исайю с большой любовью, в то время как другим повезло бы, если бы они не погибли на месте, лишь обратившись к нему. Когда дело касалось брата, в Кадене проявлялась неизвестная мне сторона его личности. Возможно, Исайя был единственным человеком, которого он по-настоящему любил, если не считать странной одержимости Дианной.

Рядом с плечом Исайи мелькнул светлый хвостик, и я сделала шаг в сторону от Кадена, чтобы посмотреть, кто это. Имоджен стояла рядом с Исайей, ее мечи были пристегнуты к спине, и она все еще была в доспехах.

– Ты привел сюда Имоджен? – прошипела я.

Исайя бросил на меня испепеляющий взгляд, но ничего не ответил. Он похлопал Кадена по плечу и пообещал найти его позже, после чего развернулся и ушел. Имоджен последовала за ним с тем же душераздирающе пустым выражением лица.

Я схватила Кадена за руку чуть сильнее, чем собиралась.

– Почему он таскает ее за собой, как куклу? Что он…

– Успокойся. – Каден едва заметно отстранился от меня. – Мой брат склонен привязываться к вещам. Я полагаю, из-за того, что когда-то у него всё отняли.

– Она не игрушка. Если ему кто-то нужен, я уверена, что эльфийка, которая сейчас сверлит его взглядом, будет рада вызваться добровольцем.

Каден проследил за моим взглядом и увидел, что она стоит рядом со столом, уставленным разнообразными блюдами и пирожными. Ее заостренные уши были украшены драгоценными камнями, которые сверкали в свете ламп. На ней была накидка из блестящей ткани, которая облегала ее тело, придавая розоватой коже мерцающее сияние. Когда Исайя проходил мимо, ее хвост затрепетал. Он даже не взглянул на нее и направился дальше в толпу.

– Верука? – усмехнулся Каден. – Одноразовая подружка, не больше. Ты скоро поймешь, что секс мало что значит для старых, могущественных и бессмертных.

Я посмотрела на него.

– О, да? Тогда почему ты не поддался искушению?

Он перевел взгляд на меня.

– Кто сказал, что я не поддался?

– Все. Ведьмы шепчутся обо всех девушках, кто пытался тебя охмурить, а ты отворачивался. Это из-за того, как отреагировала Дианна, после всех тех лет, когда ты относился к ней как к запасному варианту? Боишься, что, когда ты притащишь ее обратно, она не захочет тебя, если узнает…

Каден схватил меня за шею – движение было таким быстрым, а хватка такой крепкой, что я зашипела от боли. Он притянул мое лицо к себе, и я обхватила его запястье рукой. Со стороны могло показаться, что мы двое влюбленных, которые не могут и секунды провести отдельно.

– Давай проясним одну вещь, – прошипел Каден сквозь ослепительную улыбку. – Мы не друзья. Ты не можешь говорить со мной так, как тебе вздумается. Я могу оторвать твою милую маленькую головку и даже не задумаюсь об этом.

– Тогда сделай это, – ответила я, сверкнув глазами. – Или признай, что боишься.

Он так сильно стиснул зубы, что я подумала, они вот-вот сломаются.

– Не хочу тебя разочаровывать, но то, что спустя столько лет ты решил, что она наконец-то достаточно хороша для тебя, не сработает. Даже если тебе удастся вернуть ее после того, как ты убил ее сестру и ее истинную любовь, она никогда больше не прикоснется к тебе, никогда не полюбит тебя снова. Ты никогда не станешь Самкиэлем.

Я ожидала, что он свернет мне шею, причинит боль, чего угодно, но не того, что он сделал. Гнев в его глазах угас, его хватка на моем затылке ослабла.

– У меня есть план на этот случай.

– План?

Каден отпустил меня и глубоко вздохнул, явно не желая делиться своими мыслями. Он отвернулся, и у меня все сжалось внутри.

– Я знаю, ты хочешь думать о моем брате самое худшее, но только благодаря Исайе эта девушка не оказалась в постели какого-нибудь генерала, решившего попробовать Руку на вкус. Он держит ее рядом, чтобы ее не изнасиловали.

Я нахмурила брови.

– Что?

– Как ты думаешь, что случилось с последним подразделением, в котором она была? – Каден усмехнулся. – По сравнению с половиной из этих генералов и командиров Нисмеры я бы показался милым котенком. Имоджен повезло, что он вовремя вмешался.

Я вспомнила, как Хильма рассказывала мне об этом, но запомнила только отрывки. Я отыскала Исайю и Имоджен в толпе. Он остановился, чтобы с кем-то поговорить, и поднял глаза, встретившись взглядом с моим. Исайя убил их всех ради нее, потому что они пытались прикоснуться к ней.

– Я… я не знала, – сказала я, отводя взгляд от Исайи.

– Именно, не знала. Ты, как и многие другие, ничего о нас не знаешь.

Каден осушил свой бокал и поставил его на поднос проходящего мимо официанта.

– То, что ты спас кого-то от чего-то настолько ужасного, не делает тебя хорошим парнем. Это делает тебя порядочным. Это нормально – испытывать отвращение к такому, – сказала я. – Я просто не знала, что в тебе или в нем есть что-то порядочное.

Каден усмехнулся.

– Ты думаешь, что мы самые жестокие монстры, но мы даже не самые худшие в этом мире.

Я ничего не сказала, но снова принялась искать взглядом Исайю – он исчез в толпе, а Имоджен послушно последовала за ним.

Позади нас прозвучал звук трубы, напугав присутствующих, и мы все разом замолчали. Один за другим мы обернулись, следуя за звуком, и увидели, как двери распахнулись еще шире. Каден положил руку мне на локоть, отводя нас назад, в толпу, окружавшую нас с двух сторон. Он отодвинул меня за спину, и я выглянула из-за его массивной фигуры.

– Я не вижу…

Он шикнул, и я нахмурила брови. Какого черта?

– Это Нисмера?

Он покачал головой, глядя на дверь.

– Нет, хуже.

Словно по сигналу, в дверь вошли двое солдат. Их перламутровые доспехи сверкали на свету. На руках и ногах были выгравированы замысловатые узоры, а на груди красовалось изображение массивного крылатого существа.

Они были похожи на ангелов. Могучих, величественных ангелов. Их шлемы были высокими, с витыми линиями на макушке и парой крыльев, повторяющих изгибы их спин. Все смотрели, как они входят в зал с большими коробками в руках. Некоторые крышки были приоткрыты, и я заметила блеск драгоценностей, когда они проходили мимо.

Я крепче сжала руку Кадена, а толпа зашепталась. Я поймала на себе взгляд мужчины, стоявшего недалеко от меня. Его глаза сверкали. Галстук и пуговицы на его пиджаке не могли отвлечь внимание от стройного, мускулистого тела, скрывавшегося под ними. Темные волосы завивались вокруг ушей и падали на лоб. Когда он посмотрел на меня, у меня возникло странное ощущение, будто я его знаю. Он улыбнулся, и это красиво контрастировало с темной щетиной на его подбородке. Между нами прошла еще одна группа крылатых стражников, и когда они удалились, мужчина исчез.

Я обвела взглядом толпу, надеясь снова увидеть его, но все во мне замерло, когда в зал вошла женщина, которая могла бы посрамить самых красивых дев Онуны. Рядом с ней шел мужчина. Их крылья были прижаты к спине. Я знала его. Ну, я не знала его, но видела его здесь раньше. Эннас. Винсент говорил, что у него очень влиятельная сестра. Только она была не просто влиятельной. Нет, судя по короне, которая была на ней, она была королевой. Когда они вошли, никто даже не шелохнулся.

Толпа смотрела на женщину, словно боясь отвести взгляд. Ее облегающее белое платье развевалось, а из-за разреза на юбке виднелись длинные фарфорово-белые ноги. Когда она прошла мимо, чары, казалось, рассеялись, и все снова принялись болтать и смеяться.

Я протиснулась мимо Кадена, намереваясь последовать за ней, но увидела лишь кончики крыльев, когда они направились в дальнюю часть огромного зала.

– Кто это был? – спросила я, вернувшись к Кадену.

Каден, как всегда, выглядел расслабленным, но я заметила, что он тоже проводил взглядом их удаляющиеся фигуры.

– Королева Тругарума. Ее зовут Милани.

– Ты произносишь ее имя так, будто это проклятие. Она прекрасна. Ее крылья… такие мягкие.

Каден мрачно усмехнулся.

– Прекрасная, но смертоносная. На твоем месте я бы не стал к ним соваться. Их крылья выглядят как перья, но они острее любого клинка.

– Она важная персона? Я не видела, чтобы кто-то еще входил вот так.

– Очень, – прошептал Каден. – Она владеет южным королевством и всеми его территориями. Ее армия – одна из самых сильных у Нисмеры.

– Как? – Я уставилась на него. – Я считала, что Нисмера не захочет, чтобы кто-то обладал такой же силой, как она.

– Альянсы с равной силой означают, что никому и в голову не придет бросать тебе вызов, – сказал Каден.

Я округлила глаза и посмотрела в сторону коридора в дальнем конце комнаты, где они исчезли.

Мы с Каденом смешались с толпой и начали пробираться по залу. Столы были искусно расставлены, словно маленькие островки в море людей. С потолка свисали большие сверкающие люстры – и я не замечала, насколько они похожи на звездное небо, пока не подняла голову.

Мы подошли к еще одному высокому дверному проему, и я остановилась, привлеченная звуками музыки. Мужчина-певец в одиночестве стоял на возвышении, и по его обнаженной коже струились бледные линии. Они меняли цвет и рисунок в такт музыке. Его пальцы порхали по струнам инструмента, на котором он наигрывал страстную балладу. Толпа собралась у его ног, завороженная песней. Казалось, никто не замечал ни серебряных цепей, сковывавших его лодыжки, ни стражников, стоявших по бокам сцены.

– Это муза, – прошептал Каден мне на ухо. – Подарок от соседей в качестве искупления. Взамен Нисмера пощадила их королевство.

– Муза? – Я почувствовала, что бледнею. – Они променяли свою музу на защиту от Нисмеры?

– Не понимаю, чему ты удивляешься. Нет существа более развращенного и бессердечного, чем лидер, защищающий людей, которых он любит.

Я подавила тревогу, подступившую к горлу, наблюдая за музой. Ему было не больше двадцати, он был прекрасен, как бог, с лохматыми темными волосами. Он не был ужасно худым, а значит, она его кормила, но я видела боль в его мягких карих глазах.

– Думаю, он последний, – спокойно сказал Каден, положив руку мне на поясницу, и повел меня прочь.

– Его голос такой…

– Опьяняющий? Завораживающий? Так и должно быть. Он вызывает такие чувства.

– Неудивительно, что все так на него смотрят.

– М-м-м, – рассеянно ответил он.

Каден взял еще один бокал и потягивал огненно-красную жидкость, не сводя глаз с балкона высоко над нами. Глядя на него, я подумала, не нервничает ли он. Музыка сменила темп, но затихла, и я услышала, как кто-то откашлялся. Я проследила за взглядом Кадена, и от боли у меня перехватило дыхание.

Комнату сковала тишина, и все повернулись к большой лестнице. Теперь я знала, почему не могла найти Винсента. Он был рядом с ней. От ревности я закусила губу, пока он смотрел на нее с нежной улыбкой. Я не видела его уже несколько дней, и в тот единственный раз, когда я услышала его шаги, то увидела, как они вместе вошли в его спальню. Может быть, поцеловав меня, он понял, как сильно по ней скучал, и теперь, когда она наконец-то снова уделила ему время, бросил меня. Казалось, я только отвлекала его.

Мне следовало догадаться. Почему я вообще думала, что смогу его изменить? Он не изменился даже ради своей семьи. Я была для него никем. Моя магия, должно быть, начала просачиваться наружу, потому что Каден взял меня за руку и переплел наши пальцы. Он принял на себя основную силу моей магии. Его прикосновение придало мне сил. Это был такой простой и добрый жест, а доброты я от Кадена не ожидала. Может быть, он был прав. Я ничего не знала о нем и об Исайе.

Когда я снова подняла глаза, то могла бы поклясться, что Винсент смотрит на нас, но, скорее всего, это было просто мое воображение. Их окружали стражники в блестящих золотых доспехах, и я поняла, что она ждет нападения. Нисмера подняла руку. Ее великолепное черное платье облегало ее гибкое тело. Вырез платья доходил почти до пупка, обнажая изгибы ее пышной груди. Темный цвет наряда резко контрастировал с ее безупречной кожей, но всеобщее внимание привлекала корона на ее голове. Серебряные зубцы тянулись к потолку и разветвлялись, словно лучи солнца. Я никогда не видела ничего более прекрасного.

Каден издал какой-то звук, и я повернула к нему голову, не отрывая взгляда от Нисмеры.

– Что такое?

– Эта корона, – он смотрел прямо перед собой. – Она принадлежала моему отцу.

Корона Унира.

Святые боги.

У меня пересохло во рту, когда Нисмера начала спускаться по лестнице, перешагивая через ступеньки, пока не достигла подножия. Все, кто находился рядом с ней, опустились на колени, включая нас с Каденом, потому что корона, которую она носила, ясно давала понять, кем она теперь является.

Король Богов.

Нисмера велела всем танцевать и веселиться, пока муза пел медленную, прекрасную песню. Может, никто, кроме меня, этого и не слышал, но я улавливала печаль и страх, скрывающиеся за его голосом. Я ненавидела это, ненавидела свое присутствие здесь, даже когда Каден кружил меня в танце. Я мельком видела Винсента и Нисмеру в толпе. Все это было таким же фальшивым, как и улыбка на ее лице.

В глубинах ее дворца громоздились трупы, а крики тех, кого она пытала во время своих экспериментов, эхом отражались от стен подвала, и все же она притворялась спасительницей мира и правительницей королевств, которые она так любезно освободила. Разве они не видели монстра, таящегося внутри нее? Разве они не чувствовали его удушающее дыхание и не видели его мертвые, гниющие глаза? Ее фарфоровая кожа казалась идеальной, а волосы – ясными, как золотистый солнечный свет, но в ее груди жил демон из самых глубин Яссулина, и он поглотит нас и весь мир.

– Ты пялишься, – прошептал Каден мне на ухо.

– Нет, не пялюсь, – ответила я, хотя и отвела взгляд.

– Если тебе от этого станет легче, он тоже за тобой наблюдает.

У меня перехватило дыхание, а от Кадена послышался низкий смешок. Он знал, что на меня это подействует.

От его хриплого шепота у меня по рукам и шее побежали мурашки.

– Он смотрит на тебя каждый раз, когда ты отворачиваешься. Вам двоим следует быть осторожнее. Если Нисмера узнает, что ты дергаешь за ниточки ее любимой игрушки, она заживо сдерет с вас обоих кожу.

Я отстранилась, и губы Кадена оказались всего в нескольких сантиметрах от моих. По тому, как он наклонил голову, я поняла, что он притворяется, будто целует меня, только чтобы Винсент почувствовал хоть каплю той боли, которую чувствовала я. Но я этого не хотела. Ничего из этого не хотела. Моя жизнь и сердце – это не игра.

У меня защемило в груди, когда реальность обрушилась на меня. Я не хотела находиться в этом замке-тюрьме с демоном-правителем, который притворялся добрым. Я не хотела испытывать чувства к мужчине, который предал всех, кого, по его словам, он любил, и теперь относился ко мне как к мимолетному увлечению. Я не хотела танцевать и притворяться, что у нас отношения с моим заклятым врагом.

Я больше не могла этого делать. По моему телу пробежала легкая дрожь, а глаза заблестели. Я так долго была сильной, но теперь мне казалось, что я вот-вот сломаюсь.

– Я не могу на это смотреть и больше не могу это делать.

Каден приподнял брови, словно прочитал мои мысли.

– Если ты попытаешься сбежать, Камилла, они тебя выследят. Тебе никогда не выбраться из этого места.

Я отпустила руку Кадена и приподняла подол платья. Развернувшись, я протиснулась сквозь толпу и вышла из бального зала. Я бежала мимо других людей, думая о короне, которая была на ней. Она завладела ею, пролив кровь невинных. Это было ужасно.

Меня оглушал смех, фальшивый и неестественный. Небо истекало серебром, оставшимся от последнего истинного короля. Его правление было бы справедливым. Я поспешила мимо столов с едой, которую готовили существа, вынужденные это делать, которых пороли до крови, пока они ей служили.

Я взбежала по лестнице на второй этаж, извиняясь на ходу, протискиваясь между королями и королевами. Я оглянулась, но Каден не последовал за мной. Никто не последовал. Может, он побежал докладывать обо мне Нисмере.

Я столкнулась с кем-то и протянула руку, чтобы не упасть. Ладонь кольнуло, и я зашипела, отдернув ее. Обернувшись, я оказалась лицом к лицу с тем красивым мужчиной из фойе. Рядом с ним стояла стройная женщина с короткими каштановыми кудрями. Ее темно-бордовое платье было просто чертовски прозрачным. Она медленно улыбнулась мне, и эта улыбка была такой же соблазнительной, как и она сама.

– Мне жаль, – мужчина посмотрел на мою руку. – Я не поранил вас? Эти дурацкие булавки на моем костюме расстегнулись, а острые края, какими бы красивыми они ни были, все равно царапают кожу.

– Я в порядке. Спасибо, – сказала я, выдавив из себя улыбку. На нем была маленькая корона, ее изгибы и завитки напоминали мне потоки ветра. – Это моя вина. Я не смотрела, куда иду.

– Убежала с вечеринки? – промурлыкала его спутница.

– У меня болят ноги, – сказала я, понимая, что это звучит нелепо, но в голове все еще шумело.

Он опустил взгляд, а затем снова одарил меня усмешкой.

– На мой взгляд, с ними все в порядке.

– Да, но внешность бывает обманчива, – сказала я.

Его улыбка померкла.

– Бывает, королева ведьм.

– Что? – опешила я.

Он перевел взгляд на что-то позади меня в тот самый момент, когда его спутница похлопала его по руке. Его зрачки расширились, и он отступил от меня, извинившись. Я оглянулась через плечо и увидела, как Винсент взбегает по лестнице. Черт. Я обернулась, но мой таинственный собеседник уже исчез. Я снова подобрала платье и направилась в коридор, который вел к моей комнате. За моей спиной воцарилась тишина, и я почувствовала на себе пристальный взгляд Винсента.

– Куда это ты направляешься? – рявкнул он.

Я проклинала небесную скорость Кадена и его длинный язык.

Я продолжала идти, не сбавляя темп.

– В постель. Можешь продолжать эту дешевую вечеринку. Я пройду, а ты можешь катиться к черту…

Я вскрикнула, когда он схватил меня за руку и развернул в сторону коридора, украшенного картинами и статуями.