ЩЕЛЧОК КИСЛОРОДНОГО клапана, громко отдавшийся в шлеме, разбудил его. Но пробуждение не было радостным. Щелчок показывал, что кислород больше не поступает из баллона, чтобы заменять использованный воздух.

Ян потянулся и открутил вентиль на полную мощность. Это дало ему несколько бесполезных глотков кислорода. Усмехнувшись, Ян покачал головой. Жить ему оставалось всего восемь часов, и он их проспал! Однако, при данных обстоятельствах, это было самое приятное времяпрепровождение.

Ян огляделся. Он был рядом — по космическим меркам — с каким-то астероидом. Меньше, чем в полумиллионе миль, прикинул он. Не то, чтобы это имело значение…

Внезапно он что-то заметил уголком глаза, и сердце его подпрыгнуло. Длинный, цилиндрический объект, тускло мерцающий в солнечном свете. Корабль! Корабль, серый корпус которого выделялся на фоне угольной черноты пространства!

Бешеным рывком Яну удалось перевернуться. Корабль был очень близко, не далее десяти миль. Скорость корабля была, должно быть, примерно такая же, как и его собственная, так как Ян постепенно догонял его. Это не мираж и не бред! Это корабль! Настоящий, материальный объект!

Дрожащими руками он достал лампу-вспышку, но тут же, понимая тщетность использовать ее на фоне солнца, сунул обратно в карман. Это все равно, что сигнализировать фонарем в залитой солнцем марсианской пустыне. Ян нахмурился. При нынешней скорости он догонит корабль примерно через десять минут, и несколько миль будет лететь параллельно его левому борту. Но люди на борту могут и не заметить его…

Внезапно Ян вспомнил о горелке, плавающей возле него. Используя ее отдачу, он может изменить свой курс и направиться под углом к кораблю.

Ян тщательно нацелил горелку и нажал пуск. Из носика вспыхнуло синее пламя, и корабль, казалось, немного повернулся, оказавшись ближе к нему. Еще одна вспышка пламени, и еще… Затем осталось лишь подождать несколько минут, пока он не подлетит к кораблю, затем привлечь внимание экипажа, стуча в иллюминаторы…

Ян глубоко вздохнул. Воздух в скафандре быстро становился удушливым. Ему оставалось, самое большее, несколько минут. Однако, этого времени было бы достаточно, чтобы долететь до корабля, если… если… Он замер, уставившись на корабль.

Было в нем что-то такое, что казалось., ну, особенным, что ли. Например, обводы. Архаичные, корявые, по сравнению с обтекаемыми современными лайнерами. Древние однодюзовые двигатели и странные, старомодные воздушные стабилизаторы. Сам вид серого корпуса на фоне пустого черного неба почему-то внушал Яну страх. Неясные воспоминания, старые, полузабытые, закопошились у него в голове. Внезапно он вспомнил зловещие слова Балта: «Мертвый корабль… ведомый мертвецами!»

Ян коротко рассмеялся. Это все нервы и кислородное голодание. Просто какой-то старый, потрепанный космический бродяга… Но когда он рассеял было свои страхи, глубинный, необъяснимый ужас вновь сжал ему сердце. Корабль был странным и каким-то… грязным!

Ян медленно приближался к кораблю, скорость которого была лишь на несколько миль в час меньше его собственной, и отчетливо видел, что корпус был покрыт толстым слоем космической пыли, вдавлен и погнут от тысяч ударов метеоритов.

Осторожной вспышкой горелки, Ян подвел себя к большому круглому иллюминатору. Каюта, освещенная слабым солнечным светом, была пуста. Ян в безумном отчаянии принялся стучать в него. Легкие его разрывались, сердце бешено колотилось у горла. Плевать ему теперь было, «Летучий голландец» это или корабль из самого ада! Воздух-это единственное, что имело сейчас значение. Он дико, бессмысленно закричал, но звуки не могли уйти за пределы шлема.

Затем он увидел массивный внешний люк главного шлюза. На глаза попалась грубая ручка, защищенная полукруглым ветровым щитком. Ян вслепую нашарил ее и дернул. Люк распахнулся. Боясь поверить удаче, Ян забрался в шлюз и захлопнул за собой тяжелую крышку люка. Едва держась на ногах, он осветил фонарем на шлеме внутренний люк. Тот был надежно заперт. Ян застонал. Неужели он умрет здесь, в воздушном шлюзе корабля, отделенный от воздуха лишь полудюймовой сталью?

Внезапно взгляд его упал на горелку, которую он все еще машинально сжимал в руке. Задыхаясь, он зажег ее и, с трудом держась на ногах, поднес пламя к замку люка. Перед глазами уже плыли черные круги, когда замок расплавился и люк распахнулся. Падая внутрь, Ян успел откинуть лицевую пластину шлема.

Минут пять он лежал на полу, глотая чистый, прохладный воздух. Силы к нему еще не вернулись, но он все же заставил себя подняться на ноги и пошел по коридору. Повсюду бросались в глаза признаки древности. Стены были черными от пыли и ломтями отслаивающейся ржавчины. Собственное дыхание казалось Яну необъяснимо громким. Безотчетный ужас, который он ощутил, еще подлетая к кораблю, теперь усилился в тысячу раз. Тревожно нахмурившись, Ян пошел было по трапу, но тут же замер. В тишине раздавались чьи-то медленные, неровные шаги, они все приближались и приближались!

Внезапно Ян увидел, как что-то тащится к нему в полутьме коридора. Что-то ковыляет, хромая, по коридору, скрючившись странным образом. Скованный ужасом, Ян не мог шевельнуться.

Тварь подходила все ближе. Ян уже увидел плоское, недоразвитое лицо, искаженное, но все же человеческое. Сквозь спутанные, упавшие со лба волосы горели крошечные красные глазки, а в искаженном рту торчали острые, как клыки, зубы. Громадные скрюченные руки тянулись вперед, а по железному полу стучали длинные ногти, точно когти хищника.

Потом, со стремительностью змеи, ковыляющая тварь прыгнула, повалив Яна на пол. С губ космонавта невольно сорвался вопль ужаса, но тут же пресекся, потому что громадные лапищи стиснули ему горло. Он барахтался под тварью в тщетном усилии сбросить ее с себя. Он чувствовал на лице горячее, зловонное дыхание, острые когти порвали щеки. Он слышал, как капает на пол его кровь, и слышал еще более ужасный звук — жадное глотание, поскольку жуткая тварь слизывала его кровь.

Мощные пальцы сжимали ему горло. Ян уже терял сознание, когда услышал звук, словно удар кнута, и голос женщины, звонкий и ясный, разнесшийся в тишине коридора.

Тяжесть исчезла с груди Яна. Послышалось невнятное ворчание, поспешные шаги, затем наступила тишина. Ян с трудом встал на ноги и огляделся. Прямо перед ним стояла девушка, худая, бледная, экзотичная. Темные волосы спадали на плечи, и на их фоне казались особенно яркими розовые щеки и алые губы. На ней была рубашка и мужские штаны, а в руке она держала кожаный кнут.

— Кто… Кто вы? — прошептала она. — Неужели, наконец… корабль?

— Нет, — помотал головой Ян. — Я просто попал в переделку. Мой корабль улетел, и я совершенно случайно наткнулся на ваш.

— A-а!., - в голосе девушки послышалось разочарование. — А я-то надеялась, наконец, увидеть внешние миры и… — Она прервала себя, заметив кровь на лице Яна. — Вам больно! Пойдемте… Я перевяжу вас.

Все еще несколько ошеломленный, Ян проследовал за девушкой по трапу в каюту, примыкающую к рубке управления. Каюта была ярко освещенная, чистая, опрятная и являла собой резкий контраст по сравнению с остальным кораблем.

— Садитесь, — сказала девушка. — Я приготовлю воду и повязку.

Она быстро и ловко перевязала ему рану на лице.

— Спасибо, — улыбнулся Ян. — Может, теперь вы мне скажете, кто вы и что все это значит?

— Кто я? — пробормотала девушка. — Ну… Меня зовут Сандра. Сандра Флэйн. А это марсианский грузовой корабль «Элла Б».

— А те… те твари снаружи?

— Это экипаж… Вернее… они были экипажем. — Темные глаза девушки стали печальными. — Они безумны. Совершенно безумны. Вы слышали о космическом безумии? Они провели двадцать лет, запертые на борту этого корабля…

— Двадцать лет! — вскричал Ян. — Господи Боже! Не удивительно, что они сошли с ума! Но вы…

— Я всю жизнь прожила на корабле. Не помню ничего, кроме него. Такая жизнь для меня вполне естественна. Видите ли, примерно лет двадцать назад «Элла Б», уже тогда весьма старый корабль, взялся доставить партию груза на Венеру. Мой отец, капитан Флэйн, возглавлял его экипаж, а поскольку моя мать умерла незадолго до этого, он был вынужден взять меня с собой, хотя мне было тогда еще года два. Попав в метеоритный поток, нам пришлось подойти к поясу астероидов. А затем, без всяких причин, взорвались топливные баки. Разумеется, я не могу всего этого помнить, но папа впоследствии рассказал мне обо всем. Это было истинное чудо, что корабль не разлетелся на куски. Но все равно, машинное отделение было разрушено, а корпус пробит в нескольких местах. Люди работали, как проклятые, заделывая пробитый корпус, и все же сумели восстановить на корабле герметичность. Но когда мы попытались позвать на помощь, оказалось, что по соседству находится астероид из радиоактивного вещества, который блокирует радиосвязь. Наше положение казалось безнадежным. Ни топлива, ни возможности послать сигнал о помощи, несколько человек из экипажа погибли, а многие другие, как бедный Хулт, который напал на вас, совершенно спятили. А кроме того, мы попали в поле тяготения этого радиоактивного астероида. Шли месяцы, но спасательный корабль так и не появился. И действительно, у любого корабля, который мог бы заметить нас, не было причин останавливаться, поскольку у нас отсутствовала всякая связь.

— А продовольствие! — воскликнул Ян. — Что же вы ели все эти годы?

— Сейчас я все объясню, — спокойно ответила девушка. — Видите ли, поскольку папе было известно наше бедственное положение, он много работал, пытаясь найти на борту корабля какие-то средства для поддержания жизни. Так, используя единственный возможный источник энергии, он построил отражатели, собиравшие солнечную энергию. Разумеется, энергии было бы недостаточно, чтобы питать двигатели. Но ее вполне хватало для системы кондиционирования. Однако, когда была решена проблема с воздухом, оказалось, что проблема с водой и пищей гораздо сложнее. На корабле был запас на шесть месяцев, и папа понял, что мы умрем с голоду, если нас не разыщут за этот срок. Но он всегда был прекрасным химиком, поэтому занялся на первый взгляд невозможной задачей… созданием того, что он в шутку называл механическими овощами. Он знал, что на борту были все необходимые химикаты, а также вода и неограниченное количество света. На планетах, рассуждал он, овощи и фрукты используют все это, чтобы выращивать съедобные вещества. Значит, возможно делать копии растений и очищать и преобразовывать отходы при помощи солнечной энергии. Ни один из элементов не покидал бы корабль. Они просто преобразовывались. Так что, на самом деле, папина аппаратура оказалась довольно проста.

— Проста? — повторил Ян. — Но я не понимаю…

— Все очень просто, — кивнула Сандра Флэйн. — Возьмем, например, кондиционер. В нем негодный воздух, состоящий из углекислого газа и воды, проходит через катализатор и, при помощи солнечной энергии, разлагается на воду и кислород, сахар или крахмал — да на что угодно! И все остальное работает по этому же принципу. Таким образом, при помощи простых химических процессов папа решил проблему продовольствия и воды… Шло время, — продолжала Сандра. — Тянулись месяцы, годы… Папа передал мне все, что он знал, научил управлять машинами, создающими еду и воду. Затем, постепенно, экипаж начал сходить с ума. Сначала люди начали совершать странные поступки, но со временем расстройства психики становились все сильнее. Даже у папы началась эта болезнь, но примерно лет пять назад он умер. И я единственная на корабле сумела сохранить свой разум. А так как теперь я единственная, кто умеет управлять машинами, кормит и поит их, люди меня не трогают, но… буквально с каждым днем они становятся все хуже. Рано или поздно они забудут, что я даю им еду, и тогда… — В темных глазах девушки замерцал страх. — Если бы только был способ убежать!..

— Возможно, такой способ есть, — задумчиво произнес Ян. — Если мы сумеем выбраться из радиоактивного поля астероида и воспользоваться рацией, чтобы послать сигнал помощи…

За дверью раздались шаркающие и скребущие шаги, больше похожие на звуки, издаваемые животными.

— Люди! — Сандра схватила кнут. — Настало время еды! Вам нужно держаться поближе ко мне!

Она открыла дверь и вышла в коридор. Седые, бессвязно бормочущие существа с безумно сверкающими глазами съежились при ее появлении, но продолжали бросать угрюмые взгляды на Яна. Сандра взяла его под руку и повела вниз по ржавой лестнице, в огромное машинное отделение. Сумасшедшие следовали за ними, заливаясь бессмысленным, пронзительным смехом.

Машинное отделение носило все следы взрыва, приведшего «Эллу Б» к катастрофе. Погнутые, почерневшие стены, кучи ржавых обломков в углах. Однако, аппараты для получения солнечной энергии, выстроенные в ряд перед большими кварцевыми иллюминаторами, немного оживляли иначе совсем бы уж безрадостную картину. Отполированные металлические отражатели, фокусируя солнечные лучи, нагревали маленькую паровую турбину. В грубых чанах и дистилляторах кипели и пузырились какие-то жидкости.

Проверив показания каких-то приборов, Сандра нажала медный рычаг. Опустился скат и в большой котел хлынул поток голубовато-серого порошка. Девушка открыла кран, и в котел полилась чистая, сверкающая вода.

Уродливые серые существа нетерпеливо заковыляли вперед, облизываясь и пуская слюни. Сандра размешала смесь, превратившуюся в густую кашу, и стала разливать ее по мискам. Люди стали алчно пожирать еду, плеская ее на пол и, отталкивая друг друга, требовали добавки. Наконец, когда эта дикая трапеза была закончена, они заковыляли к трапу, ведущему на верхнюю палубу.

— Ужасно! — содрогнувшись, помотал головой Ян.

— Звери! — пробормотала девушка. — И хитрость у них звериная. Вечно подстерегают, скрываясь в неожиданных местах! А «Элла Б» была мирным грузовозом, на ней не было оружия! Скоро они попытаются напасть… и мы будем беспомощны! О, если бы только мы могли улететь подальше от астероида!

— Подальше? — повторил Ян, пересекая помещение. — А почему… Взгляните-ка! Камера сгорания и дюзы не повреждены. Насколько я понимаю, корабль вращается вокруг небольшого астероида. Орбита обусловлена гравитацией этого камешка. В таком состоянии неустойчивого равновесия один маленький толчок реактивного двигателя сдвинет корабль с орбиты и пошлет по касательной в космос. А, оторвавшись от астероида, мы сможем использовать рацию и позвать на помощь!

— Верно, — кивнула Сандра. — Вот только где взять топливо для двигателя… Хотя бы в количестве, необходимом для небольшого толчка?

— Вот здесь! — Ян махнул рукой на груду ржавых обломков. — И здесь! — он кивнул на алюминиевые перегородки. — Старый добрый термит! Алюминиевая стружка, смешанная с окисью железа, горит буйным пламенем с потрясающе высокой температурой. В баллонах с водой, закопанных в такую смесь, вода мгновенно превратится в пар и взорвется с достаточной силой, чтобы нарушить равновесие и выбить корабль с орбиты в открытый космос.