Легионер подошёл к фабрике с тыла, со стороны реки. Здесь охраны меньше — видел через бинокль раньше. Гули концентрировались у главного входа и в центральном дворе. Задний фасад выходил прямо к воде, старый причал гнил в чёрной реке. Окна первого этажа забиты досками, но небрежно, со щелями. Пролезть можно.

Он остановился за грудой ржавых бочек метрах в пятидесяти от здания. Присел, слушал, смотрел, анализировал. Сыворотка работала на пике — слух обострён до предела. Слышал шаги внутри фабрики, сквозь стены. Тяжёлые, неравномерные. Гулиные шаги. Считал — двое патрулируют первый этаж с этой стороны. Ещё голоса выше, второй этаж, может третий. Много голосов, накладываются друг на друга.

Ближайшие двое — цель. Убрать тихо, пробраться внутрь.

Дюбуа достал артефактный нож из ножен. Чёрный клинок, тридцать сантиметров, обоюдоострый. В темноте почти невидимый, поглощает свет. Профессор Лебедев делал его в Зоне, использовал аномальные материалы. Режет всё — плоть, кость, металл. Никогда не тупится. Идеальное оружие для тихой работы.

Легионер двинулся к зданию, пригнувшись. Скорость выше обычной, шаги бесшумные — сыворотка дала координацию балерины и силу атлета. Обогнул бочки, проскользнул вдоль стены склада, замер у угла. Слушал. Шаги внутри ближе. Один гуль подходит к окну, останавливается. Дышит — хриплое, влажное дыхание. Смотрит наружу, через щель в досках.

Пьер ждал, неподвижный, как статуя. Минута. Две. Гуль отошёл от окна, пошёл дальше по коридору. Шаги удаляются. Легионер рванул к стене фабрики, прижался к кирпичу. Нашёл окно, где доски прогнили сильнее всего. Просунул пальцы в щель, потянул. Доска поддалась, отвалилась с тихим скрипом. Замер, слушал. Внутри тишина, шагов нет поблизости.

Пролез в окно, бесшумно. Оказался в коридоре — узкий, тёмный, пахнет плесенью и мочой. Стены кирпичные, облупленные. Пол бетонный, мусор, стекло. Легионер ступал осторожно, избегая битого стекла. Видел в темноте отлично — сыворотка разогнала зрение. Различал каждую трещину в стене, каждый осколок на полу.

Шаги слева, приближаются. Гуль возвращается. Дюбуа прижался к стене, в нишу, где когда-то был пожарный шкаф. Спрятался в тени. Нож в правой руке, клинок вниз, готов к удару. Дыхание замедлил до минимума. Сердцебиение контролируемое, тихое.

Гуль вышел из-за угла. Разумный, в рваной одежде, серая кожа, жёлтые глаза светятся в темноте. Нёс в руке арматуру, оглядывался. Патрулирует, ищет угрозы. Прошёл мимо ниши, не заметил легионера. Метр до Пьера, полтора, два.

Легионер выскочил из тени. Три шага, бесшумных, быстрых. Левая рука схватила гуля за рот сзади, зажала, перекрыла дыхание. Правая рука с ножом — удар под рёбра, вверх, в сердце. Артефактный клинок вошёл как в масло, без сопротивления. Прошёл сквозь плоть, кость, органы. Вышел с другой стороны. Гуль дёрнулся, попытался закричать, но рот зажат. Пьер держал крепко, прижал к себе. Ещё один удар ножом, в основание черепа. Клинок вошёл в позвоночник, перерубил. Гуль обмяк мгновенно. Мёртв.

Легионер опустил тело на пол тихо. Вытер нож о рваную рубаху гуля. Посмотрел на труп — серая кожа темнеет, глаза гаснут. Разумный гуль, но умер как все. Один удар в сердце, второй в мозг. Гарантированная смерть.

Пошёл дальше по коридору. Шаги впереди — второй патрульный. Легионер ускорился, двигался как тень. Догнал через двадцать метров. Гуль стоял у двери, смотрел в щель, во двор. Спиной к Пьеру. Ошибка.

Дюбуа подошёл сзади, бесшумно. Шаг, два, три. Метр до цели. Гуль почуял что-то, начал оборачиваться. Поздно. Легионер ударил ножом в шею сбоку, под углом. Артефактный клинок перерезал сонную артерию, трахею, позвоночник. Одним движением. Голова гуля повисла на лоскуте кожи. Тело рухнуло. Кровь хлынула, но Пьер отступил, не замарался.

Два гуля, два трупа. Бесшумно, быстро. Легион учил хорошо.

Легионер двинулся в глубь фабрики. Коридор вёл к лестнице, широкой, бетонной. Поднялся на второй этаж. Здесь оживлённее — голоса, шаги, движение. Большой зал, бывший цех. Потолок высокий, балки ржавые, окна выбиты. Посередине зала — толпа гулей. Человек пятьдесят, может больше. Сидят, стоят, разговаривают. Разумные, организованные. Похоже на казарму или сборный пункт.

Обойти напрямую нельзя — заметят. Пьер осмотрелся. Слева — служебный коридор, узкий, ведёт вдоль стены зала. Окна в зал забиты досками, но есть щели. Можно проскользнуть параллельно, не входя в зал.

Двинулся по служебному коридору. Тихо, медленно. Слышал голоса гулей через стену. Говорят на бенгали, обсуждают что-то. Один смеётся — низкий, утробный смех. Другой рычит, недоволен. Третий командует — голос резкий, приказной. Командир, видимо.

Легионер прошёл мимо, не привлекая внимания. Коридор вывел к другой лестнице, в дальнем углу здания. Поднялся на третий этаж. Здесь тише, гулей меньше. Встретил одиночку — примитивного, зверя. Бродил по коридору, нюхал воздух, рычал тихо. Не патрулирует, просто бродит.

Дюбуа подождал, пока гуль отвернётся. Подошёл сзади, прыжок, нож в затылок. Клинок вошёл в основание черепа, в мозг. Гуль даже не успел зарычать. Упал, дёрнулся, затих. Легионер вытащил нож, вытер, пошёл дальше.

Третий этаж — длинный коридор с дверями по обе стороны. Бывшие офисы, склады. Большинство дверей открыты, внутри пусто. Одна дверь закрыта, оттуда доносятся голоса. Двое гулей, разговаривают. Пьер прислушался. Бенгальский язык, не понимает слов, но тон спокойный, обыденный. Отдыхают, видимо.

Легионер открыл дверь резко, бесшумно. Комната маленькая, бывший офис. Двое гулей сидят на ящиках, едят что-то. Человеческую плоть, по виду. Обернулись на шум двери. Глаза расширились. Пьер бросил нож в одного — артефактный клинок полетел, воткнулся в глаз, в мозг. Гуль упал. Второй вскочил, зарычал, бросился. Легионер встретил в движении — левая рука блокировала удар, правая выхватила Glock с бедра. Глушитель на стволе. Выстрел. Пуля в лоб. Серебро. Гуль рухнул.

Два трупа. Один выстрел — тихий, глушитель работает хорошо. Снаружи не услышат. Дюбуа подобрал нож, вытер, вернул в ножны. Вышел из комнаты, закрыл дверь.

Дошёл до конца коридора. Дверь массивная, железная. Ведёт в соседний корпус, через переход. Открыл осторожно, заглянул. Переход крытый, метров двадцать длиной. Пустой. Прошёл быстро.

Второй корпус. Здесь атмосфера другая — чище, организованнее. Стены покрашены недавно, пол подметён. Не похоже на руины. Похоже на штаб. Легионер насторожился. Значит близко к цели.

Коридор широкий, двери с табличками. Бенгальские буквы, не читает. Но одна дверь отличается — массивная, дубовая, новая. Резко контрастирует с остальными. Охраны у двери нет, но слышал голоса внутри. Двое, может трое. Говорят по-английски.

Один голос — низкий, хриплый. Хафиз, узнаваемый по допросу. Второй голос — холодный, с акцентом. Европейский, британский. Лидер. Нашёл.

Пьер подошёл к двери тихо. Прислушался. Разговор идёт о следующей волне атаки, о расширении на соседние города, о вербовке новых агентов. Лидер командует, Хафиз соглашается, докладывает цифры — сколько гулей готовы, сколько заражённых в процессе превращения, сколько агентов в полиции других городов.

Легионер попробовал дверь. Заперта. Замок крепкий. Взломать можно, но шумно. Или выбить плечом — сыворотка даёт силу, но грохот привлечёт внимание.

План изменился. Ждать, пока выйдут. Убить в коридоре, где свобода манёвра больше.

Дюбуа отступил в соседнюю комнату, дверь приоткрыл, ждал. Нож в одной руке, Glock в другой. Готов к бою.

Ждал десять минут. Разговор за дверью закончился. Послышались шаги, щелчок замка. Дверь открылась. Вышел Хафиз — высокий, мощный гуль в рваном костюме. Серая кожа, жёлтые глаза, но в них разум. Следом — Лидер.

Пьер увидел его впервые. Высокий, метр девяносто пять. Худой, угловатый. Плащ серый, перчатки кожаные, шарф закрывает нижнюю часть лица. Волосы седые, коротко стрижены. Глаза серые, холодные. Лицо европейское, острые черты. Возраст неопределённый — может пятьдесят, может семьдесят.

Они пошли по коридору, разговаривали. Легионер вышел из комнаты бесшумно. Пошёл за ними, метрах в десяти. Тень в тени. Ждал момента для удара.

Хафиз обернулся внезапно. Почуял. Жёлтые глаза уставились на Пьера. Зарычал.

— Ты! Как ты здесь⁈

Лидер обернулся тоже. Увидел легионера. Лицо не изменилось, без эмоций. Только глаза сузились.

— Интересно, — сказал он.

Хафиз зарычал — низко, утробно, звук нечеловеческий. Тело его начало меняться на глазах. Мышцы вздулись под серой кожей, порвав остатки костюма. Спина изогнулась, позвоночник хрустнул, вытянулся. Руки удлинились, пальцы стали когтями — чёрными, изогнутыми, острыми как бритвы. Челюсть выдвинулась вперёд, зубы выросли, клыки по пять сантиметров. Глаза жёлтые расширились, зрачки стали вертикальными, змеиными.

Превращение заняло секунды три. Хафиз больше не выглядел как человек, даже как обычный гуль. Это была тварь — два с половиной метра ростом, мускулистая, звериная. Кожа серая, но теперь покрыта чем-то похожим на чешую. Пасть оскалена, слюна капала на пол, шипела, прожигая бетон. Ядовитая.

— Ты не должен был сюда приходить, солдат, — прорычал Хафиз. Голос изменился, стал глубже, с утробным рокотом. — Здесь твоя смерть.

Дюбуа не ответил. Переложил артефактный нож в правую руку, Glock в левую. Пистолет бесполезен — серебро не действует на Хафиза, защита Лидера держит. Но на всякий случай. Нож — единственное, что может убить эту тварь. Надо подобраться вплотную, полоснуть по жизненно важным органам. Сердце, мозг, позвоночник.

Хафиз бросился первым. Скорость чудовищная для такой массы — пять метров за секунду. Когти выставлены вперёд, пасть разинута. Легионер увернулся влево, прыжок в сторону, тело смазалось. Сыворотка дала рефлексы, каких у обычного человека нет. Когти Хафиза просвистели в миллиметрах от лица, полоснули воздух.

Пьер ответил ударом ножа — снизу вверх, под рёбра. Артефактный клинок вошёл в серую плоть, глубоко. Но Хафиз даже не дрогнул. Рявкнул, развернулся, ударил когтями в ответ. Легионер заблокировал левой рукой, пистолет принял удар. Glock вылетел, покатился по полу. Сила удара чудовищная — Пьера отбросило на три метра, в стену. Спиной врезался в кирпич, воздух выбило из лёгких.

Хафиз не дал опомниться. Прыжок, ещё пять метров. Когти нацелены на горло. Дюбуа перекатился вбок, когти впились в стену, прошли сквозь кирпич как сквозь картон. Легионер ударил ножом в бок твари, два раза, быстро. Клинок входил легко, резал плоть. Но раны затягивались мгновенно. Серая кожа пузырилась, срастались края порезов. Регенерация мощная, почти мгновенная.

— Бесполезно, солдат! — прорычал Хафиз, вырывая когти из стены. — Лидер дал мне силу! Я бессмертен! Ты не убьёшь меня!

— Посмотрим, — выдохнул Пьер, отступая.

Тварь атаковала снова. Серия ударов когтями — левой, правой, левой, правой. Быстро, яростно. Легионер уворачивался, блокировал ножом, отступал по коридору. Искал слабое место, брешь в защите. Хафиз силён, быстр, регенерирует. Но не неуязвим. Всё живое имеет слабости. Мозг, позвоночник, сердце — если разрушить полностью, не останется времени на регенерацию.

Удар когтями сверху, рубящий. Пьер отступил, удар прошёл мимо, когти вспороли пол. Бетон треснул. Легионер использовал момент — шаг вперёд, удар ножом в шею. Артефактный клинок вошёл глубоко, полоснул по сонной артерии, почти перерезал. Кровь хлынула, чёрная, густая. Но рана затягивалась на глазах. За две секунды полностью зажила.

Хафиз заржал, торжествующе.

— Видишь⁈ Бесполезно! Сдавайся! Может, я убью тебя быстро!

Дюбуа не ответил. Думал, анализировал. Сыворотка разогнала мозг, мысли бежали быстро. Регенерация мощная, но не безграничная. Требует энергии. Если нанести достаточно повреждений за короткое время — перегрузить систему восстановления. Или ударить в мозг — центр управления телом. Разрушить мозг полностью — регенерация не поможет.

Проблема — добраться до головы. Хафиз защищает её инстинктивно, держит выше, подальше от ножа. Надо отвлечь, создать брешь.

Легионер атаковал сам. Рывок вперёд, удар ножом в живот, глубоко. Клинок вошёл по рукоять. Пьер провернул, вспорол внутренности. Кишки вывалились, серые, дымящиеся. Хафиз зарычал, ударил когтями по лицу. Дюбуа отклонился, но не полностью. Когти полоснули по щеке, содрали кожу, кровь потекла. Больно, но не критично. Сыворотка блокирует боль частично.

Он отскочил назад, Хафиз схватился за живот, засунул кишки обратно. Рана затягивалась, плоть срастались, но медленнее. Регенерация замедляется. Энергия уходит. Надо продолжать давить.

Легионер атаковал снова, не давая передышки. Удар ножом в ногу, по бедру, перерезал мышцы. Хафиз качнулся, но устоял. Ответил ударом когтями, дикий взмах. Пьер нырнул под руку, полоснул ножом по рёбрам, три раза подряд. Кости затрещали, сломались. Тварь завыла, развернулась, ударила другой рукой. Легионер заблокировал предплечьем, удар тяжёлый, кость в руке треснула. Но держит.

Он ударил ножом снова, в грудь, пять раз подряд. Колол быстро, яростно. Серая плоть превратилась в лохмотья. Рёбра торчали наружу. Сердце видно — бьётся, чёрное, мощное. Дюбуа полоснул по нему ножом. Артефактный клинок вспорол орган пополам.

Хафиз заорал, упал на колени. Сердце остановилось. Но тварь не умерла. Регенерация пошла, сердце срастается, восстанавливается. Десять секунд, и снова заработает.

Легионер не дал времени. Это момент — Хафиз на коленях, голова опущена, защита ослабла. Дюбуа рванул вперёд, два шага, прыжок. Взлетел, колено вперёд. Удар коленом в морду твари, снизу вверх. Хафиз откинулся, голова запрокинулась. Открыл висок.

Пьер развернулся в воздухе, удар ногой — боковой, круговой, усиленный сывороткой. Пятка ударила в висок Хафиза. Вся сила тела, вся инерция, вся мощь сыворотки в одном ударе. Хруст. Череп треснул. Кость вошла в мозг.

Хафиз замер. Глаза жёлтые потускнели. Пасть приоткрылась, слюна потекла. Тело дёрнулось, конвульсия. Потом обмякло. Рухнуло на пол, тяжело, как мешок с мясом. Не двигается.

Дюбуа приземлился рядом, тяжело дышал. Смотрел на тварь. Хафиз лежал, неподвижный. Голова под неестественным углом, висок продавлен, кость торчит осколками. Из трещины в черепе сочится чёрная жидкость — мозговая ткань. Регенерация не работает. Мозг разрушен, центр управления мёртв.

Легионер поднял нож, ударил в затылок Хафиза, для верности. Артефактный клинок вошёл в основание черепа, в ствол мозга. Провернул. Хафиз дёрнулся последний раз, затих окончательно.

Мёртв.

Пьер выпрямился, вытер нож о плащ твари. Щека саднила — царапина от когтей, глубокая. Предплечье болело — трещина в кости, но не перелом. Рёбра целы, броня держала. Устал — первый раз за время действия сыворотки почувствовал усталость. Бой был тяжёлым. Хафиз мощный противник. Но не непобедимый.

Легионер обернулся. Лидер стоял в конце коридора, где стоял всё время. Не двинулся с места. Не помог Хафизу. Просто наблюдал, руки в карманах плаща. Лицо спокойное, без эмоций. Только глаза серые смотрели внимательно, оценивающе.

— Впечатляюще, — сказал Лидер ровным голосом. — Хафиз был моим лучшим созданием. Ты убил его за три минуты. Не ожидал.

— Он был инструментом, — ответил Дюбуа, сжимая нож. — Ты его использовал и бросил. Даже не попытался помочь.

— Зачем? Он проиграл. Слабые умирают. Сильные живут. Естественный отбор.

— Философ хренов.

Лидер усмехнулся тонко.

— Не философ. Прагматик. Хафиз выполнил задачу — создал орду, запустил эпидемию. Дальше он не нужен. Ты оказал услугу, убив его. Теперь не придётся делать самому.

Пьер шагнул вперёд, нож наготове.

— Ты патриарх. Ты создал эту ветвь гулей. Убью тебя — они все падут.

Лидер наклонил голову, как птица, изучающая добычу.

— Интересная теория. Откуда узнал? Да, я патриарх. И все они связаны со мной. Убьёшь меня — они умрут.

— Тогда всё просто.

— Просто? — Лидер рассмеялся. Тихо, холодно. — Ты думаешь, я позволю тебе подойти? Ты устал, ранен. Я свеж и бодр, вооружён магией, которой ты не понимаешь. Шансы не в твою пользу, солдат.

Дюбуа не ответил. Просто пошёл вперёд, медленно, уверенно. Нож в руке, глаза на цели. Устал? Да. Ранен? Да. Шансы хреновые? Да. Но миссия не завершена. Патриарх жив. Надо убить. Цена не важна.

Лидер вздохнул, достал руки из карманов. Снял перчатки, бросил на пол. Руки бледные, длинные пальцы. На ладонях — символы, вырезаны в плоть, светятся тусклым зелёным светом. Магические руны.

— Как скажешь, солдат. Умри, раз хочешь.

Он поднял руки, начал читать заклинание. Слова непонятные, гортанные. Воздух задрожал, сгустился. Легионер почувствовал давление, как перед грозой. Что-то плохое надвигается.

Надо атаковать сейчас, не дать закончить заклинание.

Пьер рванул вперёд, на максимальной скорости сыворотки.

Финальная схватка началась.