преподобный Уильям Вуд

Несколько лет назад я страдал от мучительных болей в желудке. Приступы были настолько острыми, что каждую ночь я просыпался по два-три раза. Моего отца убил рак желудка, поэтому я подозревал, что тоже страдаю этим заболеванием или, по крайней мере, язвой желудка. Пошел в больницу. Известный специалист по заболеваниям желудка осмотрел меня, сделал рентген желудка, после чего дал мне лекарства для сна и уверил, что у меня нет ни рака, ни язвы. По его словам, мои нестерпимые боли – результат эмоционального перенапряжения. Так как я священник, он спросил, не знаю ли я одного старого чудака, который работает в церковном совете.

Доктор сказал то, что я уже и так знал: я пытался делать слишком много дел. Я не только читал воскресные проповеди и занимался многочисленными вопросами, касавшимися моей церкви, но еще и был председателем местного отделения Красного Креста, президентом организации Kiwanis, проводил по нескольку похорон в неделю и занимался еще многими делами.

Я работал в постоянном напряжении. Никогда не расслаблялся, вечно спешил, постоянно нервничал. Дошло до того, что я стал волноваться из-за всего. Жил в постоянном возбуждении. Непрекращающиеся боли так измотали меня, что я с радостью последовал совету врача. Сделал понедельник выходным днем и начал постепенно отказываться от многочисленных обязанностей.

Как-то раз наводил порядок на письменном столе, и мне в голову пришла любопытная идея, оказавшаяся бесконечно ценной. Взгляд упал на заметки о проповедях и всякие записки о давно прошедших делах. Так вот, я стал сминать бумажки одну за одной и бросать в мусорное ведро. Вдруг остановился и подумал: «Билл, а почему бы не поступать так же со своими тревогами? Точно так же бери беспокойные мысли и отправляй в урну». Эта идея неимоверно вдохновила меня: с плеч будто груз упал. С тех пор я следую правилу: мысленно бросаю в мусорное ведро все проблемы, с которыми ничего не могу сделать.

А однажды, когда я вытирал только что помытые женой тарелки, меня посетила светлая мысль. Жена напевала во время работы, и я сказал себе: «Смотри, Билл, ведь она счастлива. Мы женаты вот уже восемнадцать лет, и все это время она мыла посуду. А представь, что сразу после свадьбы она каким-то образом заглянула бы в будущее и увидела гору немытых тарелок и кружек, которые накопились за эти годы. Ведь гора-то получилась бы больше сарая. Такое зрелище вызвало бы отвращение у любой женщины».

А дальше подумал вот что: «Жена не падает в обморок от мысли о мытье посуды потому, что моет только сегодняшние чашки, ложки и кружки». И тут я ясно увидел свою проблему. Я настойчиво перемывал вчерашнюю и сегодняшнюю посуду и даже ту, которой еще не пользовались.

Как же глуп я был. По воскресеньям вещал с кафедры о том, как правильно жить, а сам вечно беспокоился, спешил и напрягался. Стало за себя стыдно.

С тех пор я живу без беспокойства. Желудочные боли тоже давным-давно пропали. Никакой больше бессонницы. И все благодаря тому, что я бросаю вчерашние проблемы в мусорное ведро и не пытаюсь перемыть завтрашнюю посуду.

Возможно, вы помните цитату, приведенную в этой книге: «Вес туманного будущего вкупе с тяжестью прошлого способен сломить даже самых стойких». Может, не стоит заниматься подъемом таких тяжестей?