Была холодная, морозная ночь. Мы мчались в неизвестность.
Моторы машин мерно урчали в ночи. Колонна продвигалась вперед, увозя… Так начинается первая глава этой книги под названием «Мы уходили на войну, чтобы с неё вернуться»
Да, действительно, когда-то давно – в 1986 году – я уходил, чтоб назад вернуться, и я вернулся! Я вернулся со службы на Тихом океане, с корабля с таким замечательным названием – тяжелый авианесущий крейсер «Новороссийск», который был сделан и спущен на воду в городе Николаеве. Именно в том городе, который мы сейчас должны освободить от неонацистов, укронацистов, националистических вражеских батальонов и от всякой дряни и мрази, которая засела там, прикрываясь мирными жителями, как это они делали в Мариуполе, как, впрочем, делают террористы во всем мире. Это и не удивительно, это их обычная практика.
А теперь в степях Херсона, на позициях под аэропортом, держа круговую оборону и каждый день подвергаясь обстрелам со стороны неприятеля, я вижу, как летят ракеты наших кораблей на Николаев, чтобы освободить его. И мы все ждем тот день, когда он наступит, а он наступит обязательно, и в этом нет никакого сомнения. Мог ли я тогда подумать, что спираль времени настолько затейлива, что как бы некоторым образом соприкоснет меня с прошлым, пусть даже вот таким образом. Мы тогда тоже уходили, но уходили далеко в моря, в океаны для выполнения боевых заданий, и мы их выполняли. Наш корабль способен был быть в автономке как минимум полгода. На нем было все. Трудно было сказать, чего на нем не было. Огромный корабль – красавец, наколки которого мы набивали себе на плечи, которые с гордостью носили и носим – я в этом уверен – до сих пор!
Таких авианесущих крейсеров было в Советском Союзе три: «Минск», «Киев» и «Новороссийск». Это были три брата-близнеца.
Три года службы в морях помнятся, как сейчас.
И вот я теперь неподалеку от города Николаева, где родился мой корабль, корабль, на котором я прослужил три года и ушел с него со званием мичман. По-сухопутному это звучит как прапорщик.
И сейчас я уже служу в Российской армии со званием прапорщик, как и было записано в военном билете образца времен Советского Союза. Почему же захотелось вспомнить и написать об этом сейчас, находясь на позициях в блиндаже, в окопе под Херсоном? А вот почему… Память паутинной нитью оплела переполненное эмоциями подсознание, которое спроецировало события последних лет войны, спрессовав года, дни, часы, минуты, секунды, мгновения в своего рода точку сингулярности моей памяти! И неразрывная цепочка времени потребовала не разрушать эту связь, а обозначить и продлить ее движение посредством своего слова! СЛОВА, без которого уже и не мыслима дальнейшая жизнь, поскольку мое СЛОВО стало моим спасением именно здесь, сегодня, чтобы, находясь тут, не сойти с ума!
Мы все называли ее Дашкой
Нам всем снятся сны, и у каждого они разные. Кто-то их помнит, кто-то – нет.
Мы, проснувшись, почти сразу их забываем. Вот и тогда мне снились сны. Они были разными. Сейчас тоже снятся сны, но это другие сны, и могу точно сказать, что они сильно отличаются от тех снов. И конечно же! Ведь тогда не было войны, и твой город не обстреливали, не разрушали. Тогда не погибали твои друзья, близкие и родные. Сейчас все по-другому, и в моих руках смертельный металл, предназначенный убивать, отнимать жизнь, и он будет это делать без какого-либо сожаления, потому что мой металл защищает мой мир, моих близких и родных, моих внуков, детей, всех тех, кто принадлежит к миру любви и созидания! Это мой мир, это наш мир, это РУССКИЙ МИР! И ничто в этом мире не может поколебать нашей уверенности!
Вот и сейчас на защиту Донбасса встали стеной многие люди разных национальностей прежних республик Советского Союза, кроме тех, конечно, власть в которых захватили неонацисты сегодняшних дней. И в этом видится сила и оплот русского духа, который был, есть и будет непобедим!
Помнится, тогда, в 1987 или в 1988 году, наша эскадра во главе с ТАКР «Новороссийск» прибыла в Северную Корею с дружественным визитом. Это был незабываемый праздник для всех. В то время лидером КНДР был Ким Ир Сэн.
А оружие нужно чистить
Гордое название нашего корабля – «Новороссийск!» Тогда я, как и мы все, испытывал неописуемую гордость за него. Вот и сейчас, сражаясь здесь за наш Донбасс, я испытываю гордость, что я воюю за НАШУ НОВОРОССИЮ, за наш ДОНБАСС, за НАШУ РОССИЮ!
А сейчас вокруг меня в поле поет сонм цикад. Это нечто завораживающее! Это неописуемый концерт, партитуру которого написал СОЗДАТЕЛЬ! И эти маленькие создания, которых и увидеть-то достаточно трудно, все поют и поют, особенно вечером под закат, когда мягкое и нежное солнце ласкает тебя, твою кожу, тем самым как бы извиняясь за то, что в полдень было несколько жестоким. Ничего и никто из этого бытия природы не догадывался, а может быть, и не хотел знать, что вокруг идет война. Да и зачем всему этому нужно было знать? Ведь все это – живой мир, где убивают и съедают один другого только по зову инстинкта, так было задумано природой!
Да, мы тоже были задуманы Творцом, созданы природой, но у нас у всех был, есть и должен быть РАЗУМ. В противном случае мы становимся животными, насекомыми, которые мотивируют свою деятельность только инстинктами. Порою задумываешься – ну почему же у некоторых, раньше вроде бы нормальных людей оплавились мозги и мышление превратилось в какую-то суспензию несуразности мотиваций и абсурдной аргументации. Вот загадка нашего времени и наших дней. И эту загадку приходится решать хирургическим методом вмешательства в организм общества, вырезая умственную раковую опухоль посредством силовых операций, что и привело к началу СПЕЦОПЕРАЦИИ.
И вот опять, как и в 2014 году, мечутся и мчатся машины по дорогам и по бездорожью, перевозя людей и оружие, происходят бесконечные ротации разного рода. Идет война, и мы все надеемся, что она завершится. Конечно же всем этого хочется и хочется, чтобы это случилось как можно быстрей!
Так было тогда, когда войну можно было предотвратить и даже уже начавшуюся закончить так называемыми президентами Украины. Я все эти годы ездил по дорогам Донбасса, проскакивал на машине между колоннами танков, пушек и другого вооружения, которое было отбито у врага и привезено из так называемых «котлов», отремонтировано и поставлено в строй, и теперь служило народу Донбасса! И это было правильно! А теперь каждый день и каждую ночь шло боевое дежурство, и яркий ковш Большой Медведицы смотрел сверху вниз, смотрел на меня. Сколько раз это было просто невозможно подсчитать, да и нужно ли было подсчитывать. Я просто сдружился с ночным небом, со звездами и со всеми его небесными жителями. Нам всем было очень хорошо вместе, и мы понимали друг друга, в отличие от людей, живущих тут внизу – на Земле. В то время, как со звездного неба звезды, срываясь, уходили вниз, к ним наверх взлетали светящиеся ракеты, неся смерть и разрушения. И в ночном небе это было видно особенно хорошо. И ракеты улетали в сторону Одессы, той Одессы, в которой в Доме профсоюзов сжигали живьем людей, проламывая головы брусчаткой, насилуя и убивая, потому что так хотелось животным в человеческом обличье. А теперь к ним летели наши ракеты, и это было правильно!
Глубокая красивая ночь помимо гулких разрывов наполнена прекрасной игрой цикад, которые неутомимы в своем исполнении. Это надо слышать. Природа живет своей жизнью, как это делала тысячи и тысячи лет, невзирая ни на что. И тут в полях некогда разворачивались различного рода битвы, и тут глубоко в земле спят могучие воины, чьи истлевшие давно кости едва ли напомнят о делах давно минувших дней. Разница лишь в том, что сейчас идет война ракет, битва техники и всякого рода так называемых военных гаджетов, которые должны человечеству помогать и созидать, а не убивать и разрушать. Но, к сожалению, люди себя загнали в такое положение, когда вынужденная необходимость, как у животного мира, убить, чтобы поесть-выжить, превратилась совсем в другое понимание этого значения. Так и получается! Убить, чтобы доминировать.
Нацистская, фашистская идеология, которой заразилась вся Украина, вернее, большая часть ее, да и не только она, а и многие государства. Они смотрели друг на друга и заражались общей болезнью – человеконенавистничеством.
А пока что на нас и на меня смотрят звезды в чистом ночном небе.
Вокруг огромные, нескончаемые поля и пшеницы, и овса, и еще чего-то злакового, но нам это было без разницы, ибо мы знали, что все это не сегодня-завтра погибнет. Огромные поля поспевшей пшеницы, но ей не суждено будет быть убранной в закрома, поскольку поля начали загораться от ракет, от падающих горящих остатков сбитых летательных аппаратов, да и просто от взрывов. Так и случилось буквально пару дней назад, а именно 29 июня. Неподалеку от наших позиций на пшеничное поле упала ракета, и колосовые загорелись. С каждой минутой пламя набирало силу, и это грозило серьезнейшими последствиями. Представь себе, дорогой читатель, что значит находиться посредине горящего поля? Противогазы могут спасти от дыма и гари, а вот от огня – нет!
Хорошо, что на соседней позиции ребята соображали быстрее нас, поскольку это были сапсановские парни из «Эскадрона». Человек десять из них бросились с лопатами, тряпками, огнетушителями спасать поле, да, собственно говоря, и нас. Огонь был потушен. Мы собрались все вместе – кто весь черный от сажи, дыма и копоти, кто в обгоревших штанах, и мы много нового узнали о себе самих в матерной форме. Тут в основном обсуждалась наша нерасторопность, и в общем, это было справедливо. Наши вялые попытки что-то обозначить в свое оправдание не увенчались успехом. Потом все вместе пошли пить чай – кто в блиндаж, кто рассредоточился по окопам.
Так мы жили и так мы воевали.
Ну а сегодня уже 1 июля 2022 года.
Сегодня мне голову заливали менавазином, ибо спирта не было, а портить голову и мою пышную шевелюру я не позволил. Спасла офицерская фуражка. Она вместе с моей пышной гривой приняла на себя основной удар по самой макушке. Могу с гордостью сказать, что голова у меня чугунная. Правда, пришлось малость поорать. Честно скажу, кричал от души. Вот другому бойцу с позывным «Пика» повезло гораздо меньше. Его увезли в госпиталь. Пока ехала к нам машина, я, осмотрев его ногу, уже предварительно мог сказать, что у него как минимум коленный вывих со смещением. Оказалось гораздо хуже.