Мнение мужчин о достоинствах какой-нибудь женщины редко совпадает с мнением женщин: их интересы слишком различны. Те милые повадки, те бесчисленные ужимки, которые так нравятся мужчинам и зажигают в них страсть, отталкивают женщин, рождая в них неприязнь и отвращение.
Молодые женщины не всегда понимают, как чарует приятная внешность, дарованная судьбой, и как полезно было бы им не разрушать этого очарования. Они портят столь редкостный и хрупкий дар природы жеманством и подражанием дурным образцам. У них все заемное — даже голос, даже походка. Они усваивают то, что им не свойственно, проверяя в зеркале, насколько они не похожи на самих себя, и затрачивают немало труда, чтобы казаться менее привлекательными.
…Подобно тому, как рыбу надо мерить, не принимая в расчет головы и хвоста, так и женщин надо разглядывать, не обращая внимания на их прическу и башмаки.
Если женщины хотят нравиться лишь самим себе и быть очаровательными в собственных глазах, они, несомненно, должны прихорашиваться, наряжаться и выбирать украшения, следуя собственному вкусу и прихотям. Но если они желают нравиться мужчинам, если красятся и белятся ради них, то да будет им известно, что, по мнению всех или по крайней мере многих мужчин, с которыми я разговаривал, белила и румяна портят и уродуют женщин; что одни только румяна уже старят их и делают неузнаваемыми; что нам неприятно видеть их накрашенные лица, их вставные зубы и челюсти; что мы решительно осуждаем их старание обезобразить себя и что, наконец, Бог не только не покарает нас за нашу суровость, но, напротив, благословит, ибо это единственное верное средство излечить женщин.
Если женщина ждет возлюбленного, она наряжается к его приходу, но если он нагрянет внезапно, она забывает о своей внешности и не думает о том, как она выглядит. Другое дело, когда к ней приходят люди, ей безразличные: тут она помнит о малейшей небрежности в своем уборе, сразу же начинает прихорашиваться или исчезает на минутку, чтобы вскоре появиться в полном блеске.
На свете нет зрелища прекраснее, чем прекрасное лицо, и нет музыки слаще, чем звук любимого голоса.
Ничто не доставляет такого наслаждения, как общество прекрасной женщины, наделенной свойствами благородного мужчины, ибо она соединяет в себе достоинство обоих полов.
Чем больше милостей женщина дарит мужчине, тем сильнее она любит его и тем меньше любит ее он.
Если женщина перестает любить мужчину, она забывает все — даже милости, которыми его одаривала.
Женщина, у которой один любовник, считает себя порядочной, у которой несколько любовников, — что она всего лишь кокетка.
Кокетство в женщине отчасти оправдывается, если она сладострастна. Напротив, мужчина, который любит кокетничать, хуже, чем просто распутник. Мужчина-кокетка и женщина-сладострастница вполне стоят друг друга.
Сладострастная женщина хочет, чтобы ее любили; кокетке достаточно нравиться и слыть красивой. Одна стремится вступить в связь с мужчиной, другая — казаться ему привлекательной. Первая переходит от одной связи к другой, вторая заводит несколько интрижек сразу. Одной владеет страсть и жажда наслаждений, другой — тщеславие и легкомыслие. Сладострастие — это изъян сердца или, может быть, натуры; кокетство — порок души. Сладострастница внушает страх, кокетка — ненависть. Если оба этих свойства объединяются в одной женщине, получается характер, наигнуснейший из возможных.
Вероломство — это ложь, в которой принимает участие, так сказать, все существо женщины; это умение ввести в обман поступком или словом, а подчас — обещаниями и клятвами, которые так же легко дать, как и нарушить.
Если женщина неверна и это известно тому, кому она изменяет, она неверна, и только; но если он ничего не знает — она вероломна.
Женское вероломство полезно уже тем, что помогает мужчине избавиться от ревности.
Иные женщины поддерживают изо дня в день две любовные связи, которые столь же трудно сохранить, как и порвать: одной из этих связей недостает брачного свидетельства, другой — любви.
Судя по красоте этой женщины, ее молодости, гордости и разборчивости, она может отдать сердцу только герою; но выбор ее уже сделан: она любит презренного негодяя, который к тому же еще и глуп.
Некоторые женщины более чем зрелых лет то ли по неодолимой потребности, то ли по дурной наклонности легко становятся добычей молодых людей, находящихся в стесненных обстоятельствах. Не знаю, кто больше достоин жалости и презрения — немолодые женщины, которые нуждаются в юнцах, или юнцы, которые нуждаются в старухах.
Столичный житель для провинциалки — то же, что для столичной жительницы — мужчина из высоких сфер.
Если мужчина тщеславен и нескромен, любит краснобайство и плоские шутки, всегда доволен собой и презирает окружающих, назойлив, чванлив, развращен душой, лишен порядочности, чести и здравого смысла и если вдобавок он красив собой и хорошо сложен — считайте, что он обладает всеми качествами, способными вскружить головы очень многим женщинам.
Я знавал женщин, которые старались скрыть свое легкомысленное поведение под личиной скромности. Этим постоянным и слишком явным для всех притворством они добились только того, что о них стали говорить: «С виду они благонравны, в сущности — шлюхи».
Чопорная женщина думает о своих словах и осанке, благонравная — о своем поведении. Та повинуется голосу предрассудков и причуд, эта — голосу разума и сердца; одна всегда строга и непреклонна, другая ведет себя так, как того требуют обстоятельства; первая под напускной безупречностью таит множество пороков, вторая так проста и естественна, что богатство ее души открыто каждому.
Чопорность стесняет ум и не только не скрывает возраста и изъянов внешности, но подчас наводит на мысль о них; напротив того, благонравие искупает телесные недостатки, очищает ум, делает молодость еще прелестней, а красоту — еще соблазнительней.
…На ученую женщину мы смотрим как на драгоценную шпагу: она тщательно отделана, искусно отполирована, покрыта тонкой гравировкой. Это стенное украшение показывают знатокам, но его не берут с собой ни на войну, ни на охоту, ибо оно так же не годится в дело, как манежная лошадь, даже отлично выезженная.
Я знаю женщин, которые друзьям предпочитают деньги, а деньгам — любовников.
Как ни странно, на свете существуют женщины, которых любовь к мужчинам волнует меньше, чем другие страсти, — я имею в виду честолюбие и страсть к карточной игре. Мужчины сразу становятся целомудренными в присутствии таких женщин, ибо женского в них только одежда.
Женщины склонны к крайностям: они или намного хуже, или намного лучше мужчин.
У большинства женщин нет принципов; они повинуются голосу сердца, и поведение их во всем зависит от мужчин, которых они любят.
Женщины умеют любить сильнее, нежели большинство мужчин, но мужчины более способны к истинной дружбе.
Женщины не любят друг друга, и причина этой нелюбви — мужчина.
Передразнивать опасно. Она сама уже почти старуха, но тщится показать, как смешна некая молодая женщина, и сама при этом становится такой безобразной, что наводит страх. Она отвратительна со своими гримасами и кривляньем. И чтобы смягчить впечатление от уродства, так и хочется взглянуть на ту, над которой она потешается.
Мужчина соблюдает чужую тайну вернее, чем свою собственную, а женщина лучше хранит свою, нежели чужую.
Как бы сильно не любила молодая женщина, она начинает любить еще сильнее, когда к ее чувству примешивается своекорыстие и честолюбие.
Сколько на свете девушек, которым их незаурядная красота не дала ничего, кроме надежды на незаурядное богатство.
Красивые девушки, которые дурно обращались со своими поклонниками, не остаются безнаказанными: обычно им мстят уродливые, или старые, или недостойные мужья.
Женщина признает достоинства и привлекательность лишь за тем мужчиной, который производит на нее впечатление; она почти всегда отрицает за ним и то, и другое, если он ей не нравится.
Если мужчину мучит вопрос, не изменился ли он, не начал ли стареть, ему следует заглянуть в глаза молодой женщине и обратить внимание на то, как она с ним разговаривает: он сразу поймет то, что так боится узнать. Суровый урок!
Когда женщина не спускает глаз с мужчины или, наоборот, все время отводит их от него, почему-то все сразу понимают, что это значит.
Женщины с легкостью лгут, говоря о своих чувствах, а мужчины с его большей легкостью говорят правду.
Нередки случаи, когда женщина изо всех сил скрывает страсть к мужчине, в то время как он так же прилежно может разыграть любовь, которой вовсе не чувствует.
Подчас мужчина старается зажечь страсть в женщине, совершенно ему безразличной. Спрашивается, не проще ли обратить внимание на ту, которая его любит, чем тратить время на ту, которая к нему равнодушна.
Мужчине легко обмануть женщину притворными клятвами, если только он не таит в душе истинной любви к другой.
Если женщина ленива, ее могут исцелить от этого порока тщеславие и любовь.
Когда деятельная женщина становится ленивой, это признак того, что она полюбила.
Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, — и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, когда ее покидают, но долго остается безутешной.
Я не понимаю, как это муж, дающий волю дурному расположению духа и дурным склонностям, муж, который не только не скрывает своих недостатков, но даже хвалится ими, который скуп, неопрятен, резок, неучтив, холоден и угрюм, как это он надеется защитить сердце своей молодой жены от натиска ловкого поклонника, который щедр, хорошо одет, снисходителен, заботлив, настойчив и осыпает ее лестью и подарками.
Я знаю женщину, которая до такой степени пренебрегает своим мужем и умалчивает о его существовании, что в обществе о нем даже не поминают. Жив ли он? Никто не имеет об этом никакого понятия. В своей семье он являет собой образец робкой, безропотной, рабской покорности…
Как мало на свете таких безупречных женщин, которые хотя бы раз на дню не давали своим мужьям повода пожалеть о том, что они женаты, и позавидовать холостякам.
Неужели нельзя изобрести средство, которое бы заставило женщин любить своих мужей?
Женщина, которую все считают холодной, просто еще не встретила человека, который пробудил бы в ней любовь.