Катрина

Главный кампус Колумбийского университета располагается на Манхэттене – престижном районе Нью-Йорка. Наконец-то я здесь, в одном из известнейших частных университетах США, который входит в Лигу плюща.

Сегодня все по-другому. Начинается новая глава жизни. Этим утром я чувствую такое тепло, несмотря на прохладу за окном. В городе похолодало с тех пор, как мы с Каррасом виделись последний раз.

Черный брючный костюм с корсетом, выделяющим мои формы, очень подходит для первого учебного дня. Завожу машину и машу родителям, которые вышли меня проводить.

– Мы так гордимся тобой, – произносит мама. Отец кивает головой, соглашаясь с ней, пока маленький Дени кружит возле автомобиля.

– Вау! – протягивает восхищение сын Алики. – А как ты купила эту машину, Катрина?

Я улыбаюсь светловолосому мальчику, когда он открывает дверь и забирается на пассажирское Мазерати, которую подарил папа в честь победного поступления в Колумбийский.

– Дедушка подарил, – отвечаю я и помогаю Дени удобнее сесть.

– Ого. Дедуль, а ты же купишь мне такую?

– А ты будешь меня слушаться? – задает вопрос папа внуку. – В последнее время бабушка с мамой жалуются на тебя. Бесстыдник!

Дени смешно хмурит мордочку, складывает руки на груди и надувает маленькие губки для убедительности. Я обнимаю мальчика и целую в лобик.

Он часто балуется, капризничает и не слушает взрослых, ему хочется свободы уже в таком юном возрасте. Порой взрослые тоже хотят делать все, что дозволено малышам: обидеться, закрыться в спальне, весело скакать по дому и не делать того, что не хочется. Пройдет время, и настанет черед Дени нести ответственность.

– Катрине пора ехать, малыш. Вылезай. – Стучит в окно мама.

Сын сестры не обращает внимание и сосредотачивается на мне.

– А я думал, что тебе должны уже машинки дарить мальчики, а не твой папа. – Впервые слышу, чтобы Дени говорил таким серьезным тоном. – Где твой жених, Катрина?

В голову врезаются мысли о Демиене…

Не знаю, как объяснить малышу, что в мире взрослых все не так просто, как кажется в детстве.

– Где мой жених? – Начинаю я и сухо заканчиваю тем, что первое приходит на ум. – В пути.

– Хочу погулять на твоей свадьбе, Катрина. Поторопись!

Усмешка вырывается раньше положенного. Я мотаю головой и удивляюсь гениальности ребенка в четыре года. Прощаясь с Дени, мамой и папой, выезжаю с территории дома и направляюсь вдоль дороги.

Джаред хотел меня отвезти сегодня, но я отказала. Сослалась на то, что у меня слишком много дел после университета. Думаю, фотограф начал догадываться, что я избегаю его и прикрываюсь делами.

Сегодня не вру: после университета я планирую поехать к Лайле.

К слову, сторонюсь я не только Хартли… В ту же категорию попадает и Каррас.

«Доброе утро, хорошего дня», «Спокойной ночи, сахарок», – знаки внимания продолжаются далеко не пару дней, он продолжает писать. А еще мужчина ежедневно присылает букеты. Каждое утро курьер привозит мне свежие цветы с запиской. Например, сегодня были шикарные белые розы.

По началу Демиен вместе с букетом отправляет послание: «Ответь на сообщения. Д)» и все в таком духе. Я отвечаю простое: «Спасибо! Рада получить от тебя цветы». Затем Каррас понимает, что бесполезно просить меня отвечать на сообщения. Поэтому теперь отправляет вместо просьб приятные пожелания.

После встречи в ресторане мы не пересекаемся несколько дней, а потом мужчина устраивает западню. Меня вызывают в университет, чтобы решить какие-то вопросы с документами.

– Что ты здесь делаешь? – опешив спрашиваю я, видя в кабинете декана Демиена.

Кажется, кто-то решает не ждать возможностей встретиться, а создавать их…

Сердце болезненно ноет при виде мужчины. Мне хочется многое сделать, но я замираю у входа и жду ответ. На нем великолепно сидят черные джинсы и кожанка, дьявол воплоти.

– Нам нужно поговорить. – Поднимается с кресла Каррас и неспеша подходит ко мне.

Я сглатываю и крепче сжимаю в руках папку с документами. Опускаю глаза, когда Дем подходит ко мне, но моментально вспоминаю, как должна себя вести. Поднимаю уверенный взгляд и больше не позволяю себе отводить его. Каррас разглядывает меня сверху вниз и надвигается ближе.

– Ты уладил свои дела?

– Нет.

– До свидания. Нам не о чем говорить.

Скрещиваю руки на груди, удерживая папку, и разворачиваюсь, чтобы уйти. Дем перекрывает проход медвежьим телом и не дает сделать шаг. Он прижимает меня к стене, по телу прокатывается волна жара.

– Пусти! – брыкаюсь я, желая сбежать, пока все не пошло по кругу, как это частенько у нас бывает.

Я пытаюсь его образумить. Хочу, чтобы до него дошло, что ничего не выйдет.

Делаю решающий вдох и произношу все, что так долго болело:

– Я боюсь говорить с тобой, Демиен. Больше не хожу на мероприятия, так как не уверенна, что смогу удержаться перед тобой. Мне морально сложно, но каждый раз ты давишь на меня все больше и больше. Тебе нравятся игры, они кажутся прикольными. А я… После каждой твоей выходки на моем сердце остаются шрамы. Сердце не успевает зажить, потому что наши стычки систематические. Как часто ты думаешь обо мне?

– Я всегда думаю о тебя.

– О моих чувствах ты думаешь? Мне легко жить в этой неопределенности? Легко возвращаться домой и знать, что я опять ничего не получила взамен, кроме тяготеющих мыслей и разочарования?

Каррас быстро меняется в лице и отходит на два шага назад, выпуская из объятий. Не ожидаю, что он услышит меня и отступит. Я пытаюсь понять, что происходит… Дем молча выходит из кабинета с опущенными в пол глазами. Мы не прощаемся, перед уходом мужчина не говорит ни слова. 

С этого начинаются его букеты без фраз «ответь на сообщения». Отныне он сохраняет дистанцию, не навязывается и не пытается пересечься со мной. Я немного радуюсь тому, что мужчина отступает. А с другой стороны, скучаю…

Дорога до университета занимает меньше ожидаемого времени. Я оставляю машину недалеко от главного кампуса и пешком иду до университета в приподнятом настроении. Мечты часто вдохновляет меня жить и стремиться к лучшему. Я могла бы поступить в сотни тысяч других университетов мира, но хотела только в Колумбийский. Я не отказалась от своей мечты, и вот я здесь.

– Доброе утро, Катрина, – рядом слышу знакомый голос.

Сегодня торжественный день в стенах кампуса, встреча новеньких студентов. Именно поэтому мистер Тейлор одет в деловом стиле: необычный зеленый галстук перетягивает на себя все внимание на фоне серого костюма.

– Добрый утро, мистер Тейлор. Рада вас видеть. – Приветливо улыбаюсь пожилому мужчине.

– И я очень рад видеть тебя в рядах наших почетных студентов.

– Почетных? – переспрашиваю я.

– Конечно, а как же по-другому! Три года ты захаживала к нам, пытаясь пробиться в Лигу плюща. Твоя целеустремленность меня покорила, признаться честно. Такие, как ты, определенно повысят рейтинг нашего вуза!

– Мистер Тейлор, – обращаю взор на него, – вы мне льстите. Я просто добилась, чего хотела. Пришлось потрудиться, чтобы пробраться к вам. Комиссию все время не устраивали мои ответы. В какой-то момент я даже опустила руки, но быстро собралась. Рада быть часть университетской семьи.

– Еще раз поздравляю!

Мы расстаемся на ступеньках Колумбийского. Мистер Тейлор отправляется в здание, а я остаюсь у входа, озираюсь по сторонам. Говорят, что когда исполняется одно желание, пора отправляться в путь за новым. Перед моими глазами то, о чем грезила долгие годы. Зажмуриваюсь и загадываю новое желание. Бездумное и глупое, но так хочет мое сердце. И пусть оно поскорее сбудется.

– Привет. Ты случайно не Катрина Хеймсон?

– Привет. – Поворачиваюсь в сторону. – Да. А ты – Уин Арден?

Парень многозначительно улыбается, обнажая белоснежные зубы. Мой взгляд падает на его глаза, такой акцентный светло-зеленый цвет. Арден взъерошивает каштановые волосы с мелированными прядями и утвердительно кивает головой.

– Поздравляю тебя с поступлением. У меня этот год последний.

– Благодарю, – Отвечаю я и доброжелательно улыбаюсь, после чего уголки губ молодого парня ползут вверх. В его мимике нет ничего такого, что обычно проскальзывает в общении с другими мужчинами.

Выпускник галантен со мной, в глазах никакого озорного блеска. Вместо хулиганской ухмылки меня встречает лучезарная улыбка. Уважение и хорошие намерения – вот, что в первую очередь транслирует Уин.

Парень подает мне руку, протягиваю свою в ответ. Вместе мы поднимаемся по ступенькам и оказываемся возле главного входа в университет. Долгое время оба стоим и не решаемся войти, болтаем об учебе и прочей ерунде.

– Какое дополнительное направление выбрала?

– Политология.

Уин округляет глаза и медленно произносит: дерьмо. Я громко смеюсь, чем привлекаю внимание нескольких девушек. Их заносчивые взгляды, цоканье и закатившиеся глаза высветляют полоску на лбах с надписью: «Суки». Мне безразлична их реакция, поэтому долю секунд трачу на девиц и возвращаюсь к диалогу с Арденом.

– Парней обычно пугают амбициозные девушки. Это нормально. – Продолжаю веселиться я, толкая Уина в бок.

– Не понимаю, зачем тебе сдалась политология. Ты же выбрала искусство…

Теперь уже удивляюсь я. Он знает мое основное направление? Перебиваю выпускника:

– Мне интересно попробовать все.

Вижу по его реакции приятное удивление и одновременно с этим же восхищение.

Есть только одно правило, как зацепить любого мужчину, – это я уяснила, когда училась в школе. Достаточно уделять время себе и своей жизни, развиваться, изучать новое, как тут же все начинают интересоваться тобой. Весь мир, будто бы посылает тебе все, что может только предложить взамен на твою открытость.

Кто-то из вас может подумать о такой вещи, как секс… Но на подобных вещах далеко не уедешь. Сексуальное влечение очень привязывает нас к людям, но рано или поздно и ему наступает конец. А вот разговору с интересным человеком, который использует все возможности мира – никогда.

Людей цепляют люди. Их души, не тела.

– Слушай, мне очень жаль. Я бы с радостью не прощался с тобой, но мне пора бежать. – Уин разворачивается, но не успевает продвинуться и на метр, как вновь поворачивается ко мне. – Не хочешь прогуляться после торжественной части дня? Проведем время вместе, можем потом поехать ко мне, посмотрим фильм, расскажешь про политологию, искусство. Да, что угодно.

Мой отец и отец Уина Ардена хорошие друзья. Мы редко видимся с парнем, обычно на мероприятиях. Однако и там я не особо общалась с Уином, у него своя компания, у меня своя. Мы знакомы. Только по этой причине я соглашаюсь на предложение молодого мужчины провести вечер вместе:

– Отличная идея! Я бы с радостью, но у подруги засада.

Может это и неправильно, но я рассказываю Уину о проблемах Лайлы. О том, как обстоят дела с ее бизнесом. Арден вызывается помочь и берет с меня обещание, что после мы обязательно поедем праздновать мое поступление. Складывается ощущение, что все знают об этих трех провальных годах, когда я оббивала порог Колумбийского, мечтая попасть сюда и стать студенткой.

– Хорошего дня, красавица, – перехватывает мою ладонь Уин, когда мы входим в здание, – спишемся позже.

– Спасибо, хорошо. – Мой голос звучит мягко, а в теле ощущается такое сладостное чувство легкости после разговора с Арденом.

Иногда нам просто необходима небольшая встряска. Смена обстановки, окружения, мимолетные беседы, спонтанные встречи – как глоток свежего воздуха. Благодаря этому ты заново обретаешь себя, перерождаешься и возвращаешься к жизни. Для меня встреча с Уином – как открыть окно в помещении со спертым запахом, где один лишь Бог знает, когда здесь в последний раз проветривали.

По указателям я нахожу нужное помещение. Занимаю место на первом ряду, пока остальные студенты подтягиваются и заполняют голосами пространство. Солнечный свет проникает через панорамные окна, расположенные по всему периметру, за исключением потолка. С нами знакомится преподавательский состав, каждый наставник рассказывает о своей деятельности, а декан знакомит с приблизительной программой обучения.

Я отвлекаюсь на телефон, который забыла перевести в авиарежим.

«Поздно узнал, что у тебя сегодня первый день в университете, прислал бы букет пороскошнее. Учись хорошо, секси студенточка».

Бегло читаю текст и не придаю ему никакого значения. Пока еще раз не перечитываю… Секси студенточка?

Не успеваю опомниться, как приходит новое сообщение:

«Твоя задница в этих штанах просто пиздец».

Я раскрываю рот и хлопаю глазами, как первоклассница, не знающая, что ответить на вопрос учителя.

– Катрина, все в порядке? – декан прерывает свою речь.

На меня пялятся люди. Я поспешно закрываю рот, неуверенно поджимаю губы, а после отвечаю, что все в порядке:

– Конечно, мистер Тейлор.

Конечно, за исключением того, что один придурок уже успел где-то увидеть меня сегодня и наприсылать кучу непристойных сообщений!

Голосок внутри дразнит:

«Но тебе же нравится это, Катрина? Не обманывай себя. Тебе всегда это нравилось. Поэтому ты и рассталась с Итаном, детка. Тебе не хватало безумной искры и ярко воспламеняющихся чувств? Ты считала, что с тобой что-то не так и раз за разом глушила в себе порывы жить иначе? О, да…».

Декан продолжает рассказывать об истории университета, но я не слушаю. В данную секунду меня больше занимает переписка с Демом. Каррас нарушает все правила игры. Может мне тоже стоит немного позабавиться?

«Я время зря не теряю, Каррас. Сегодня меня ждет потрясная ночь в роли плохой студентки. Приедешь посмотреть? Тебе же таак нравится подглядывать за мной», – в отметку злю мужчину я.

Дем присылает:

«Мечтаешь, чтобы я приехал? А, может, еще стоит зайти в гости и как следует наказать тебя за то, что ты сейчас пробуждаешь во мне?»

Наши игры заходят еще дальше.

«Мечтаю, чтобы ты исчез, Каррас. Я просила тебя об этом еще в прошлый раз».

Демиен, как всегда, не привык отступать:

«Проверим, что будет, когда я нависну над тобой и расстегну ширинку твоих облегающих штанишек? Что будет, когда я прижмусь к тебе, и ты почувствуешь мой стояк у себя между ног? Что будет, когда я прильну к тебе, а ты ощутишь мой запах? Сможешь отказать? Ты скажешь мне тоже самое, детка?»

Я читаю длинное сообщение и представляю во всех подробностях картину того, что может произойти, если Каррас заявится в мой дом. Дем знает, что я проиграю.

В горле пересыхает так, что я с трудом сглатываю. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я пялюсь в экран.

Как только мистер Тейлор заканчивает вступительную речь, в зале взрывается торжественная мелодия, студенты визжат от радости, а откуда-то сверху взрываются хлопушки. Конфетти падает на мои волосы, и я улыбаюсь от счастья.

Но радость от мероприятия длится недолго. Одна из девушек на выходе задевает меня плечом и злобно шипит:

– Эй, Хеймсон! Не смей подходить к Ардену. Он занят.

Оглядываю незнакомку и брезгливо смотрю в сторону. Несмотря на то, что девчонка выглядит хорошо, меня воротит от ее внутренней натуры. Боже, на что люди только не тратят свое время.

– Пошла к черту, идиотка. – Смеюсь, словно безумная, и толкаю ее в сторону, что та еле удерживается на ногах и растерянно косится на меня. – Забыла с кем разговариваешь? Если не хочешь иметь проблем, обходи меня стороной, придурошная.

Я ко всем людям отношусь уважительно, но не стоит начинать знакомство с Катриной Хеймсон с негатива. Порой, некоторым надо напоминать, кто ты есть, а не жевать сопли. Иначе сядут на шею, свесив ножки. Я слишком люблю себя, чтобы давать заносчивым дурам право возомнить, что они в чем-то лучше других.