Пима и Акаций выскочили из Королевского госпиталя как ошпаренные и, спотыкаясь в темноте, помчались по лесной тропе в сторону города. Фонари они давно потеряли, хорошо еще, что электрический посох остался у Пимы в руках. Пока они бежали к Золотой Подкове, он успел немного подзарядиться.

– Это ж надо было так вляпаться, – возмущался на бегу Акаций. – Я с самого начала знал, что затея ваша – сомнительная. А все из-за Сосиски! Не мог потерпеть? Чуть что, сразу давай швыряться камнями.

– Зато мы выяснили, что за всем этим стоят обычные люди, – пропыхтел Пима. – А не сказочные чудовища.

– Насчет этого я бы поспорил, – возразил Акаций. – Ты слышал, какие звуки издают надсмотрщики в кожаных масках? Громыхают, как жестянки.

– Слышал. Этому у меня пока нет объяснения.

Жители Золотой Подковы давно спали, дома стояли темные и тихие. Лишь в роскошном особняке мэра Портофея все окна были ярко освещены. Туда друзья и направились в первую очередь.

Пима так энергично колотил в дверь кулаком, что едва не треснул по носу дворецкого, который открыл. Но тот успел проворно отскочить в сторону, будто ему такое не впервой.

– Мэр Портофей! – завопил Пима, вваливаясь в особняк. – Мэр!

– Что стряслось? – Портофей и его супруга Лавдотья выбежали из гостиной. – Что за крики?

Портофей уже был в длинной белой ночной рубашке и колпаке с кисточкой. Лавдотья запахивала потуже кружевной халат с широким воротником и убирала длинные пряди волос под огромный розовый чепец.

– Мы нашли монстра! Это старый ржавый робот! – выпалил Пима. – И всех похищенных людей нашли. Они в плену под Королевским госпиталем!

– О, какие замечательные новости! – всплеснул руками мэр. Его глаза нервно забегали по сторонам.

Госпожа Лавдотья как-то странно посмотрела на дворецкого, тот понимающе кивнул и тихонько прикрыл входную дверь.

– Чего вы ждете? – нетерпеливо осведомился Акаций. – Вы хоть поняли, что вам сказали?

– Конечно, поняли, – кивнула супруга мэра. – О чем?

– Надо же бежать, поднимать на ноги весь город! – воскликнул Пима.

– Это всегда успеется, – тихо пробормотал мэр. – А пока…

Он подошел к стенному шкафу в прихожей и достал оттуда здоровенное ружье.

– Ты это к чему, лысенький? – напрягся кот. – Зачем нам ружьишко?

– Это не вам, а мне. Руки вверх! – скомандовал мэр.

– И лапы тоже, – ехидно добавила его жена.

Пима изумленно разинул рот.

– Так я и знал, что они заодно! – возмутился Акаций. – Шайка-лейка! Ну ладно твоя страшила-жена, мне сразу ее подозрительная физиономия не понравилась! Но ты-то, толстячок! Упал в моих глазах ниже городской канализации. Каналья!

Госпожа Лавдотья возмущенно ахнула.

– А ну, в подвал их! – сердито приказала она. – Потом разберемся, у кого самая подозрительная физиономия!

Пима направил в сторону мэра посох, крутанул колесико и нажал кнопку на рукоятке. С наконечника сорвалась разветвленная желтая молния, послышался громкий треск электричества. Мэр едва успел отскочить, и ружье в его руках выстрелило.

В двери образовалась огромная дыра, а стоявший рядом дворецкий кинулся прочь. Госпожа Лавдотья испуганно вскрикнула и заткнула уши.

Пима сгреб кота в охапку, и они вылетели на улицу.

– И что теперь? – улепетывая, спросил Акаций.

– Мы все равно вас найдем! – завизжала Лавдотья, выбегая на крыльцо. – Вам не скрыться!

– Не знаю, – на бегу выдохнул Пима. – Они нам все карты спутали. Вот поганцы! Еще этот робот…

– Робота твоим недоделанным посохом точно не одолеть. Справиться с ним может только другой робот, – пропыхтел Акаций. – Таких же размеров и мощи. А значит, нужно возвращаться в Чугунную Голову.

– У тебя есть на примете знакомый робот? – удивился Пима.

– Тот, которого смастерили Розочка и Маришка. Триш мне про него все уши прожужжал. Надеюсь, девчонки успели закончить его сборку.

– Точно! – обрадовался Пима. – И как я сам не догадался.

– А еще изобретатель, – хмыкнул кот. – Дырявая твоя голова! Только передвигаться придется на попутках, машину-то вы угробили.

– Значит, надо торопиться, – согласился Пима. – Скоро рассвет, а путешественники обычно отправляются в дорогу по утрам. Бежим к местной гостинице. Авось удастся напроситься к кому-нибудь в попутчики.

– По пути заскочим в аптеку Парацельса. Предупредим теток об опасности!

В этот момент навстречу им из темноты вышли три фигуры, вооруженные длинными швабрами. Пима издал испуганный писк, а Акаций приготовился падать в обморок.

– Уже вернулись? – спросила вдруг одна из фигур знакомым голосом.

– Сцилла! – обрадовался Пима. – Как я рад, что это вы!

– Возвращаемся из пожарной части. Сдали поганца Игуана Петросию Мортехаю, он запрет его в подвале станции. Только малость подзадержались, пока эта красотка, – Сцилла ткнула шваброй в Бореану, – уговаривала Мортехая сходить с ней на свидание.

– Своего никогда не упустит, – хихикнула мамаша Готье.

– Да, я такая, – жеманно заулыбалась Бореана. – А вы что тут бродите в такое время?

– Дарину и Триша взяли в плен, – спохватился Пима. – А ваш проклятый мэр заодно со злодеями! Мы пришли к нему за помощью, а он нас едва не пристрелил!

– Кто, Портофей? Каков мерзавец! – возмутилась мамаша Готье. – Это ж надо!

– Всегда знала, что у него рыльце в пушку! – заявила Бореана.

– Как и у его женушки! Они причастны к похищению людей, – добавил Акаций.

Женщины на миг словно онемели, а затем их словно прорвало.

– А я еще удивлялась тому, что моя злокозненная сестрица вышла замуж за этого прохвоста. Гадала, что она в нем нашла! – воскликнула Сцилла, воинственно потрясая шваброй. – А вот оно что! Эти двое стоят друг друга.

– Он ей статую сделал, – вставил кот.

– Но что нам предпринять? – спросила Сцилла. – Я могу прямо сейчас пойти к мэру и разнести его домишко!

– А что, если еще кто-то из горожан с ними заодно? – испугался Пима. – Нет, тут требуется мощная поддержка, и мы знаем, где ее взять. Но для этого нужно срочно попасть в Чугунную Голову.

– Сейчас вам транспорт не найти, – задумалась мамаша Готье.

– Мы надеялись поймать попутку, – сказал Акаций. – До Чугунной Головы не так уж далеко. За несколько часов доберемся.

– У меня в сарае стоит отличная двуколка, только вот нет лошади, – поспешно подняла руку Бореана.

– И где мы посреди ночи найдем лошадь? – покосилась на нее Сцилла. – Все порядочные лошади давно спят!

В этот момент во дворе аптеки раздался громкий щелчок, а следом – возмущенное мычание. Все вздрогнули, затем медленно повернулись на звуки.

– А вот и лошадь! – радостно завопил Акаций. – То есть корова!

– Что? – расхохоталась мамаша Готье. – Хочешь запрячь ее в двуколку? Да ты совсем спятил, чокнутый кот!

– Ты просто не видела, на что способна эта корова, – обиделся Акаций. – Сигает через заборы, как серна.

– Но как мы заставим ее отвезти нас в Чугунную Голову? – задумался Пигмалион.

– Повесь у этой обжоры перед носом початок кукурузы, она тебя отвезет в ад и обратно, – фыркнула Сцилла.

Переглянувшись, все пятеро бросились во двор и сразу увидели черно-белую корову, угодившую в одну из ловушек. Несчастное животное было накрыто сверху большой стальной клетью, свалившейся на нее с дерева. Увидев людей, корова угрожающе замычала и замотала рогатой головой.

Бореана тут же бросилась на улицу.

– Ты куда? – обернулась Сцилла.

– За двуколкой, – ответила та. – Сейчас ее прикачу.

Мамаша Готье одной рукой подняла край тяжелой клетки и погладила корову между рогами.

– Какая красавица, – ласково пробормотала трактирщица. – Чья она, интересно?

– Ничья, – хмуро сказала Сцилла. – Я уже всех соседей опросила. Похоже, дикая. Прибегает сюда из леса, чтобы полакомиться нашей кукурузой.

– Так оставь ее себе, – предложила мамаша Готье. – Хорошая корова в хозяйстве всегда пригодится.

Сцилла изумленно уставилась на корову. Та точно так же посмотрела на нее.

– Оставить себе… – задумчиво повторила домоправительница. – Я об этом как-то не думала… А ведь верно. Почему бы мне не оставить ее себе? Правда, боюсь я всякую рогатую скотину.

– Ничего, привыкнешь, – заверила ее мамаша Готье. – Я вот привыкла к своему муженьку, а поначалу он мне тоже не особо нравился.

Сцилла с опаской обошла корову кругом.

– Молодая, здоровая, энергичная. А когда придет время, она и молоко начнет давать?

– Конечно, – кивнула мамаша Готье. – Такая кормилица в хозяйстве всегда пригодится. А я буду покупать у тебя молоко. Мне для харчевни нужно.

– А чем же ее кормить? – всплеснула руками Сцилла.

– Кукурузой, глупая тетка, – расхохотался Акаций. – Корова ее обожает, раз приходит сюда каждую ночь, несмотря на твои истерики!

Сцилла схватила Акация за шиворот и энергично встряхнула:

– Поговори мне еще!

– Убивают! – истошно завопил кот.

Пришлось его отпустить. В это время по ту сторону забора послышался громкий скрип рессор, а затем звук глухого удара.

– Это я, – позвала Бореана. – Прикатила двуколку!

Сцилла открыла ворота, и все вместе они закатили двуколку во двор, после чего запрягли в нее корову. Животное недоуменно хлопало глазами, не понимая, чего от него хотят.

– Ну-ка… – Мамаша Готье сорвала несколько листьев кукурузы и помахала у коровы перед носом. Та сразу потянулась за угощением. – Вот так и доедете, – заявила хозяйка харчевни.

– А вы? – спросила у нее Сцилла.

– На двуколке вы поместитесь только вдвоем.

– И я! – подскочил Акаций.

– Вы вдвоем и кот, – поправилась мамаша Готье. – А мы с Бореаной побежим по домам собирать народ. Да и Мортехай со своей пожарной командой только и ждут от нас сигнала! Пора поднимать восстание, нас многие поддержат. Если мэр действительно замешан во всей этой пакости, ему не поздоровится!

– Вот ведь гад! – воскликнула Сцилла. – А ведь я только сейчас поняла. Господин Парацельс и Жевена Полидори отправились к нему во время праздника и пропали. Наверняка он заподозрил неладное и велел их похитить.

– Да! Они тоже на золотоносном руднике под Королевским госпиталем, – кивнул Пима. – Вместе с остальными несчастными.

– Что?! – одновременно ахнули мамаша Готье и Бореана. – Под госпиталем есть золотоносный рудник?

– А мы не сказали? Именно туда робот утаскивает всех похищенных. А там их заставляют работать бесплатно.

– Золото! Оно вернется в наш город! – всплеснула руками мамаша Готье. – И Золотая Подкова снова оживет!

– Нужно немедленно рассказать обо всем горожанам, – добавила Бореана. – А вы скачите во весь опор!

Сцилла, Пима и Акаций взобрались на двуколку. Мамаша Готье нарвала большую охапку кукурузы и уложила им под ноги. Пима выставил початок перед носом коровы, и та бодро припустила по дороге. Двуколка сорвалась с места.

– Мы скоро вернемся! – крикнула подругам Сцилла.

Те помахали на прощание и побежали будить соседей.