В давние времена жила-была бедная вдова. И было у нее семеро сыновей.

Тяжело матери кормить семерых — трудилась она от зари до зари, а все равно в доме не всегда был кусок кукурузного чурека.

Однажды играли мальчики на улице, пока не проголодались, а потом прибежали к матери.

Мы голодны, нана, дай нам поесть! — попросили они.

Клянусь Аллахом, больше не буду вас кормить! С утра до вечера играете вы на улице, и я не знаю, сможете ли вы что-нибудь делать, проявите ли вы мужество, когда будет нужно? Скажите мне, на что каждый из вас способен в несчастье?

Слова матери сильно задели мальчиков. Первым заговорил самый старший:

Как это мы ничего не можем? Я, например, могу отыскать след, оставленный давным-давно, хотя бы и десять лет назад.

Это хорошо, — сказала мать и накормила его.

А у меня столько силы, что я могу одной рукой разрушить крепость, — сказал второй.

Это мужество, — сказала мать и дала ему поесть.

Если я захочу, то у проходящего мимо человека выну его сердце и легкие, и он даже не заметит, — сказал третий.

И это может пригодиться, — сказала мать и поставила перед ним еду.

А я могу один победить полторы сотни всадников, — сказал четвертый.

Это геройство, — сказала мать, — садись, ешь.

Если мне придется сразиться с целым войском и я не сумею одолеть его, то превращусь в каменную крепость, — сказал пятый.

Это нужное уменье, ведь может наступить и такое время, когда придется стать крепостью, — сказала мать и покормила его.

А я — искусный стрелок: если орел схватит цыпленка и поднимется в воздух, то я пущу стрелу и собью орла, а цыпленка не задену, — сказал шестой.

Это большое искусство, и оно может понадобиться, — сказала мать и накормила сына.

А я могу поймать цыпленка, который выпадет у подбитого орла, прежде чем он коснется земли, и долечу до орла быстрее стрелы и так же быстро вернусь на землю. Я сумею схватить и удержать все, что бы ни падало с неба, каким бы большим и тяжелым оно ни было, — сказал самый младший.

Мать накормила и его.

Когда все братья наелись, закралось в душу женщины сомнение — не обманули ли ее дети, чтобы получить обед? Но они поклялись, что все сказанное ими — сущая правда. И мать успокоилась.

Прошло немного времени. И вскоре по стране разнесся слух, что у падишаха пропала дочь. Оказывается, уже пять лет искали ее по всему свету, но нигде не могли найти. Отчаялись уже и прекратили поиски. Пошла бедная вдова к падишаху и говорит:

О падишах, мои сыновья могут найти твою дочь: призови их и прикажи сделать это.

Разгневался падишах:

Не лишилась ли рассудка старая женщина? Что она говорит? — вскричал он. — Лучшие воины искали мою дочь по всему свету, и не смогли отыскать ее, а что тут поделают дети, у которых на губах еще материнское молоко не обсохло? — И он громко рассмеялся.

Но все же падишах приказал привести во дворец сыновей вдовы. Испугались дети, страшно им было пускаться в опасное путешествие. Но падишах пригрозил, что велит казнить их, если они не выполнят его приказания.

Велел падишах снарядить братьев как следует: дали им лучших коней кабардинской породы, черные бурки с белыми башлыками, полное снаряжение и на целый месяц пищи, приготовленной впрок, — вкусной, сытной и легкой, что никогда не испортится.

Отправились братья в путь.

Ехали они, ехали — много ли проехали, мало ли проехали — никто не знает: след привел их к пещере под горой.

Старший брат сказал:

Тут след обрывается. Теперь каждый из нас должен сделать то, на что он способен.

Выступил вперед второй брат. Тот, что говорил, будто может одной рукой разрушить крепость.

Едва прикоснулся он рукой к горе — рухнула она, и братья увидели огромную башню. Двери башни открылись сами. Вошли они и видят: сидит в башне девушка — второй такой красавицы не сыскать в целом свете: прекрасна, как светлое облако в раннее весеннее утро, когда позолотят его первые лучи солнца. Глаза — синие, словно два кусочка неба, а длинные волосы отливают золотом.

А вокруг дочери падишаха свернулся кольцом великан — иныж — караулит ее. Удивились братья — отчего это красавица сидит высоко, словно на престоле? Оказалось, злодей-иныж воткнул свой меч рукояткой в землю, острием вверх, посадил на него девушку. Плачет она горькими слезами, не смеет пошевельнуться.

Пришло время действовать третьему брату: словно на крыльях, подлетел он к дочери падишаха, схватил ее и был таков. Пустились они в обратный путь.

Проснулся иныж и увидел, что девушка пропала. Погнался за братьями, нагнал их, налетел, словно ураган. Стал сражаться с великаном тот брат, который мог одолеть сразу сто пятьдесят всадников. Но у иныжа силы было как у трехсот джигитов: стал он побеждать, и тогда тот из братьев, который мог превратиться в крепость, стал крепостью и скрыл от иныжа братьев вместе с дочерью падишаха.

Решил иныж взять каменные стены приступом, да не вышло. Устроил он засаду. Ничего не мог поделать иныж: стоит крепость, как неприступная твердыня. Прилетел к иныжу орел и говорит:

Я помогу тебе похитить девушку, а ты за это должен выполнить любое мое желание.

Согласился иныж.

Стал орел часто летать над башнями и валами, и вскоре познакомился с братьями. Подружились они, и вот однажды орел попросил братьев сделать для него в башне маленькую дырочку, — чтобы хоть одним глазом взглянуть ему на красавицу, — уж очень много слышал он о ее чудесной красоте.

Разве могли братья подумать, что огромный орел проникнет в крепость через крохотную дырочку, в какую только песчинка могла попасть?

Сделали они щелку в стене башни, а орел пробрался через нее в крепость, схватил дочь падишаха и взмыл с нею под облака. В тот же миг шестой брат — искусный стрелок — пустил каленую стрелу и сразил орла, даже не задев девушку. И пока орел не упал на землю, седьмой брат, тот, что мог летать так же быстро, как стрела, поймал красавицу на лету и осторожно опустился с нею на землю.

Когда увидел это иныж, понял, что не одолеть ему братьев, и убежал восвояси.

А братья вместе с дочерью падишаха вернулись домой.

Обрадовался падишах и решил отдать свою дочь в жены старшему из братьев, а самого младшего сделал падишахом. И братья зажили счастливо и дружно.

С дерева упали три яблока: одно тому, кто сказку рассказывал, другое тому, кто слушал, а третье пусть съест тот, кто расскажет сказку лучше этой.