– Так ведь принято – делать подарок другу, с которым вы дол го не виделись.

Она не могла понять, о чем он говорил. В какой-то степени даже казалось, что он общался сам с собой, а не с ней.

– Ах, как же хорошо вновь увидеть эту черную магию спустя столько времени, – прошептал мужчина и засмеялся. – Но вот и для тебя подарок.

Когда он это произносил, на Дженит будто опустилось ночное небо. Над головой сгустились тучи. На мгновение перед глазами стало темно.

Чирик.

Стоило девушке моргнуть, как вокруг снова возник привычный мирный пейзаж.

– Что это было?

Дженит огляделась, не до конца уверенная, не сон ли это. Однако воспоминания о человеке, которого она только что встретила, полностью стерлись из ее памяти.

– Дженит.

Наконец появился тот, кого она ждала.

– Иджекиил, – девушка подошла к нему с улыбкой на лице. – Ты вернулся быстрее, чем я думала.

– Да? Мне, наоборот, показалось, что я заставил тебя долго ждать.

– Нет, что ты. Как по мне, так ты вернулся в мгновение ока.

В этот момент его взгляд замер на голове Дженит. Он протянул к ней руку. Когда она вздрогнула, Иджекиил произнес:

– Не двигайся.

Дженит с затаенным дыханием смотрела на юношу. В его лучистых золотых глазах она видела свое отражение. Прикосновение к ее голове было легким, как перышко, и сердце девушки забилось сильнее.

– У тебя листик в волосах запутался. Теперь можем идти.

Голос, прозвучавший в ее ушах, был мягким и равнодушным. Дженит мельком взглянула на Иджекиила, который, как обычно, шел рядом, и снова опустила глаза. Она знала, что такое его поведение – не проявление заботы или доброты, а лишь укоренившаяся привычка.

– …Как сэр Эрнст?

– С ним все в порядке, не переживай.

Но даже зная это, она не могла так просто сдаться. Особенно когда его лицо, обращенное к ней, светилось такой теплой улыбкой.

– Рада это слышать.

Дженит слегка улыбнулась уголками губ. За ее спиной на мгновение промелькнула черная энергия, а затем исчезла.

* * *

– Явился?

На первый взгляд казалось, что он слился с листвой и дождем. Его темно-зеленые волосы намокли и наполовину закрывали черные глаза.

Лукас зло рассмеялся, увидев сидящего на дереве человека.

– Говоришь так, будто бы только меня и ждал.

– Я действительно тебя ждал.

Какие бы чувства ни испытывал Лукас, другой мужчина, казалось, был доволен сложившейся ситуацией.

– Ты, похоже, опять принялся разгуливать перед всеми, притворяясь мной. И как? Понравилось? – Лукас со смехом приземлился на ветку неподалеку от мужчины. – Фальшивый маг Черной башни.

Кап-кап.

Дождь вновь забарабанил по листьям. Вдалеке раздался какой-то шум. Судя по всему, охотничьи состязания закончились, и все направились в императорский дворец. Лукас и незнакомец были в лесу, но в стороне от остальных.

– Ну что, некроз уже наступил?

Юноша на мгновение повернулся в сторону шума, а затем снова посмотрел вперед. Его взгляд остановился на предплечье мужчины, видневшемся из-под рукава.

– Какой-то прохладный прием, тебе не кажется?

– А чего ты ожидал? – произнес Лукас, словно призывая собеседника не нести чепухи. – Ты ведь та крыса, что шарилась по моей башне без разрешения?

– Верно. Я думал, что ты еще спишь. Каково было мое удивление, когда я увидел, что башня пуста, – охотно признался тот.

– И что в итоге? Ты украл все магические артефакты, а что я сделал?

– Ничего другого мне не оставалось, ведь маны у меня почти не было. Но ты сам не лучше. Видишь мою руку? Она черна как смоль.

– А кто разрешал тебе лезть в мою башню?

Мужчина показал свою правую руку и пожаловался, но Лукас даже бровью не повел.

– И это ведь ты съел все плоды моего Мирового древа?

– Строго говоря, ничего твоего я не ел. Но я действительно узнал о нем из твоих записей в башне.

– Заткнись. Я собирался их съесть, так что они были моими.

Так встретились фальшивый маг Черной башни, что будоражил империю Обелия последние несколько лет, и настоящий маг Черной башни, который все это время скрывал свою личность. Хотя они виделись впервые, разговаривали они как старые приятели, знакомые долгие годы.

– Как тебя зовут-то? – вдруг спросил Лукас.

– С чего такой вопрос?

– Тогда мне стоит называть тебя Этернитасом?

В этот момент мужчина громко рассмеялся.

– Ха-ха-ха. Я не слышал этого имени уже две сотни лет.

Черные глаза жутко сверкнули. Этернитас был величайшим магом-императором. Однако человек, произнесший имя того, кто умер более двухсот лет назад, и второй, услышавший его, остались предельно спокойными.

– Каракс. Теперь меня называют так.

– Паршивое имя.

Каракс, бывший великий маг-император, на эти слова просто пожал плечами.

– Вообще-то я думал, что ты выйдешь на меня быстрее. Я оставил много следов, не правда ли?

– Да, я сперва подумывал сразу же найти тебя и надрать тебе задницу, – при следующих словах Лукаса Каракс переменился в лице. – Но мне не хотелось выслушивать нытье ребенка, требующего внимания.

Взгляд черных глаз стал острее. Однако Лукас продолжал невозмутимо смотреть на собеседника. Вскоре Каракс улыбнулся, от прежних эмоций не осталось и следа.

– Ладно. Я за этим к тебе и пришел.

– Ты под какими веществами сейчас? Что с тобой не так?

– Мне было одиноко.

На этих словах у Лукаса отвисла челюсть.

– Когда я переродился в этом теле, я был в ярости.

Каракс взглянул на свои почерневшие руки и тихо пробормотал:

– Я знал, как с помощью запрещенной магии прожить почти вечность, но в итоге переродился в это жалкое тело.

Лукас ответил без тени жалости и сочувствия:

– Ты от жадности пожирал своих потомков ради самого себя.

– Но я был молод, красив и силен, меня прославляли как величайшего мага-императора. Как тут не стать жадным?

– Ты-то? Молод, красив и силен? – Юноша ухмыльнулся, а за тем сурово произнес: – У тебя в самом начале ничего этого не было.

С тех пор прошло уже несколько веков. Тогда Лукас, еще странствовавший по миру как маг Черной башни, остановился в Обелии.

В то время императором Обелии был Кайлум. Мудрый и могущественный, он обладал огромной магической силой, и, если бы его правление длилось дольше, он бы остался в анналах истории.

У него был ненадежный преемник, Этернитас. Он отличался от своего отца всем: ему не повезло с внешностью, он не обладал сильным характером и не мог контролировать свою нестабильную магическую силу.

Кайлум просил Лукаса заняться его сыном, но тот сразу же отказался. Через некоторое время Лукас покинул императорский дворец, где по благосклонности Кайлума провел много времени, и вернулся в свою башню.

Проснулся же он через много-много лет. И Кайлум, и Этернитас давно умерли. Никто даже представить не мог, как Лукаса забавляли записи об Этернитасе в учебниках истории. Он был озадачен резким вымиранием священных зверей за последние несколько веков, сокращением количества магов в Обелии и состоянием магической силы в императорской семье, которая вскоре после смерти Этернитаса стала нестабильной.

Наконец Лукас нашел ответ. Этернитас использовал запрещенную магию ради удовлетворения собственных прихотей и пожертвовал десятками или даже сотнями поколений своих потомков. Все ради красивой внешности, мощной маны и острого ума, которые принесли ему звание мудреца. А главное – ради почти бесконечной жизни.

– На самом деле я хотел стать таким, как ты. – Каракс, которому была дарована жизнь без воспоминаний о прошлом, ярко улыбнулся единственному человеку, который знал его раньше. – Разве мы сейчас не похожи?

– Не будь идиотом. Как ты смеешь сравнивать нас?

Конечно, подобные речи не могли сработать на Лукасе. Его не волновало, восхищался ли им Каракс и нарушал ли существовавшие табу. И еще менее его волновало то, какую цену подражателю придется заплатить в будущем за нарушение этих самых табу.

– Ее зовут Атанасия, да?

Однако стоило Лукасу услышать бормотание Каракса, как его лицо тут же стало холодным.

– Кажется, она тебе интересна, вот и я тоже обратил на нее внимание.

– Ты чертов убл…

– Моя магия повлияла на то дитя? Я даже представить не мог, что кто-то из моих потомков будет проживать вторую жизнь, как и я.

Кап. Кап.

Капли дожди с силой ударялись о листья и разлетались в стороны. Караксу, судя по всему, стало холодно, и он начал кашлять. Вскоре, растянув губы в кривой усмешке, он посмотрел на Лукаса, все еще сверлившего его ледяным взглядом.

– К тому же три года назад ты вообще ее бросил. Ну я и подумал: «Она ведь все равно должна была умереть».

– Заткнись.

– Ха-ха-ха, ты чего? Ты ведь и сам это знал. Тогда ее магия была настолько нестабильной, что девочка могла погибнуть за время твоего отсутствия.

Лукас не стал ни подтверждать, ни опровергать его слова. Но Караксу, похоже, было достаточно видеть холодное выражение на его лице.

– Вот я и решил наложить на нее небольшое проклятие, и результаты оказались даже интереснее, чем я предполагал, – мужчина усмехнулся, словно воспоминания об этом его забавляли. – И все то, что здесь произошло, пока ты был у Мирового древа, – моя заслуга.

– Ты забыл еще об одном проклятии.

– То был пустяк. Я и не думал, что оно разрастется как снежный ком. Ой, или ты про Дженит? Как приятно знать, что у меня есть еще один потомок.

Каракс очень обрадовался, увидев Дженит. Он пошел по следам Лукаса, когда узнал, что Черная башня пустует, и понял, что он в императорском дворце. Затем он объявил себя магом Черной башни, чтобы выманить Лукаса, но все пошло не по плану. Настоящего великого мага не интересовали подражатели.

Каракс раздумывал над тем, как сделать так, чтобы маг пришел к нему первым. Сам же к нему пойти он не мог. Лукас назвал его требующим внимания ребенком, но он ошибался. Просто Каракс хотел добиться его признания с самой первой их встречи, когда он ощутил на себе силу его магии.