– Нашел,– сказал Клэй. Он сидел за столом в номере мотеля, уставившись в экран ноутбука.– В новостной заметке нет ни фотографии, ни имени, но ваш Ковальски был прав. Причина смерти – ножевое ранение в живот, нанесенное самому себе на территории ярмарки. В присутствии сорока свидетелей.

– А дата? – спросила Миа. Она полулежала на кровати, откинувшись на изголовье и тупо глядя в выключенный телевизор.

– Октябрь девяносто восьмого. Примерно через три месяца после того, как мы встретили его в Пасти.

Клэй поймал на себе взгляд Мии.

«У нее испуганный вид»,– подумал он.

«Он выглядит растерянным»,– подумала Миа.

– Я боялась, ты скажешь, что он покончил с собой до того, как мы с ним встретились. Ха-ха.

Клэй попытался выдавить улыбку, но получилась скорее гримаса. Как будто он попробовал на вкус какую-то гадость.

– Я тоже боялся найти нечто подобное. По крайней мере, теперь мы знаем, что он был человеком, а не призраком.

– Надеюсь, ты пошутил? Потому что мне и так не по себе.

– Это не шутка, просто факт.– Клэй вновь уставился на экран компьютера и побарабанил пальцами по столу.– Хотя все равно не ясно, кто тот человек на твоей фотографии.

– Может, зря мы позволили Джейми и Дэннису отправиться домой одним?

Клэй ее не слушал. Его пальцы выбивали чечетку на клавиатуре.

– Какая связь между ним и человеком, которого Молли Брум и Шарлотта Браун видели в лесу?

Встав с кровати, Миа взяла с тумбочки телефон и ключи от машины Клэя.

– Не могу больше об этом думать. Я за едой. Тебе чего-нибудь привезти?

– Возьми то же, что себе,– сказал он, не отрываясь от ноутбука.

Когда Миа вышла на улицу, время словно остановилось. В воздухе висели капельки дождя, зловещий туман неподвижно лежал на шоссе, как (погребальный саван) белое покрывало.

«Что-то здесь не так,– подумала Миа.– Может, Джейми и Дэннису грозит опасность? Может, было ошибкой позволить им вернуться в тот дом? Отпустить их одних?»

Но что им могло угрожать? Там нет никаких призраков. Даже Фокусника.

«И все равно мне это не нравится»,– подумала она, забираясь в «тойоту» и заводя двигатель.

4

В доме царила мертвая тишина. Электричества не было. Пока Дэннис ходил туда-сюда и лихорадочно щелкал неработающими выключателями, я стоял посреди коридора и глубоко дышал, чтобы не сорваться.

– Все в порядке, приятель.– Ввиду нарастающей паники брата я изо всех сил пытался говорить спокойно, хотя, по правде сказать, во мне тоже пульсировало дурное предчувствие.– На кухне есть свечи. Поможешь мне?

Мы поставили короткие толстые свечи на блюдца, а высокие узкие – в стаканы, после чего я зажег их все, одну за другой. Дэннис завороженно следил за пламенем спички в моей трясущейся руке. Оно то и дело гасло, и у меня ушло несколько попыток, чтобы зажечь все свечи. Вместе мы расставили их по дому – на кухне, в гостиной, на полу в коридоре.

Когда с этим было покончено, я вышел из гостиной на заднее крыльцо. Мне требовался глоток свежего воздуха, но вокруг витал только запах машинного масла. Над полем все так же стелился туман, однако в остальном ночь была ясной. Дождь стих, и облака почти рассеялись, за исключением одной не предвещающей ничего хорошего тучи прямо над амбаром на границе участка. Я видел за ней приглушенные вспышки света. Надвигалась гроза.

Двери амбара были по-прежнему заперты.

«Вот и славно. Славно, славно, славно, славно».

На кухне я попросил Дэнниса достать из шкафчика все бутылки со спиртным, откупорить их и вылить содержимое в раковину. Дэннис послушно исполнил мою просьбу. Всякий раз, когда содержимое очередной бутылки с бульканьем утекало в слив, он смеялся, словно это была какая-то новая игра.

«Да уж,– подумал я.– Игра под названием „Трезвый клоун“. Все в выигрыше, если только ты не решишь вылакать эту дрянь из раковины!»

Раньше я поступал и хуже.

– В ванной стоит флакон ополаскивателя для рта,– сказал я Дэннису.– Вылей и его, пожалуйста.

Потом я попросил сполоснуть все бутылки и раковину и отнести пустые бутылки в мусорный бак.

Пока Дэннис был занят мои поручением, я продолжал мерить шагами коридор, гостиную и заднее крыльцо. В этом доме засела отрава похлеще выпивки; я чувствовал, как она циркулирует по моим венам, подтачивая тело и развращая мысли. Нарастающая тревога оттого, что я не пил весь день, ситуацию не улучшала.

В какой-то момент я осознал, что считаю отверстия в стене гостиной. Большие дыры, примерно на уровне головы Дэнниса. Я вышел в холл и осмотрел разбитую штукатурку. Похожая картина. То же самое было и с коридором наверху.

Я вновь спустился в гостиную. Дэннис сидел в темноте на диване.

– Ты проделал все эти дырки?

– Да-а.

– Головой? Как в мотеле?

– Да-а.

– Зачем?

– Я ищу. Колодец.

– В доме?

Помолчав, он ответил:

– Я не знаю, где колодец.– Его темные глаза встретились с моими.– Джейми Уоррен его найдет.

– Приятель, я понятия не имею…

Позади скрипнула половица. Я обернулся. В дальнем конце темного коридора ничего не было. Я бросил взгляд на лестницу и успел заметить, как что-то уплывает за пределы круга света. Или так мне показалось.

– Кто там?

У меня за спиной замычал Дэннис.

Еще один скрип половицы. Наверху скользнула какая-то бледная аморфная тень.

Тсск-тсск-тсск у меня в голове, как на заевшей пластинке.

Голос Мии эхом внутри черепа: В Черной Пасти нет темной магии, а Фокусник был обычным человеком. Все твои страхи – просто голос совести.

Грязный палец Сары Пэтчин на стекле: Вернись домой…

Медленно, словно лунатик, я поднялся по лестнице. В коридоре было темно и пусто. Я заглянул в спальни, под кровати, в шкафы, еще раз оглядел коридор. Я ощущал рядом чье-то присутствие, но не мог сказать наверняка, происходило ли все это в моей голове или на самом деле.

Когда я спустился, Дэннис по-прежнему сидел на диване и пристально глядел на меня, словно пытался расшифровать какой-то заключенный во мне секретный код, о котором я даже не подозревал.

– В чем дело, Дэннис?

– Здесь. Кто-то. Есть,– сказал он.