Дороти Дикс

Я знаю, что такое настоящая бедность и тяжелая болезнь. Когда меня спрашивают, что помогло мне пережить трудности, которые случаются со всеми, я всегда отвечаю: «Я выстояла вчера. Я могу выстоять сегодня. И я не позволю себе думать о том, что может случиться завтра».

Я знала нужду, боролась за существование, испытывала тревогу и отчаяние. Мне всегда приходилось работать, напрягая все силы. Оглядываясь на свою жизнь, я представляю ее себе в виде поля боя, усеянного обломками погубленных надежд, утраченных мечтаний и разбитых иллюзий. Мне всегда приходилось сражаться в невыгодных условиях; сражения оставили на мне шрамы, кровоподтеки, изуродовали меня и заставили преждевременно постареть.

Однако я не жалею себя, не проливаю слезы о прошлом. Я не завидую женщинам, которые были избавлены от всего, через что прошла я. Ведь я жила, а они только существовали. В то время как я допила чашу жизни до донышка, они лишь пригубили пузырьки наверху. Я знаю то, чего никогда не узнают они. Я вижу то, к чему они слепы. И только женщины, которые много плакали, смотрят на происходящее шире и способны понять весь мир.

В университете сильных ударов я выучила философию, которую никогда не приобретет женщина, жившая легко. Я научилась жить одним днем и не добавлять себе тревог, страшась завтрашнего дня. Трусами нас делает темная угроза будущего. Я гоню от себя страхи, потому что по опыту знаю: когда настанет время, которого я так боюсь, мне будут дарованы сила и мудрость для встречи с моими страхами лицом к лицу. Мелкие неприятности больше не имеют надо мною власти. После того как вы видели, как рушится ваше счастье и жизнь переворачивается с ног на голову, вы больше не переживаете из-за того, что слуга забыл положить салфеточки под мисками с водой для полоскания пальцев или кухарка разлила суп.

Я научилась не слишком многого ожидать от людей и потому могу радоваться, даже если подруга не слишком откровенна со мной или знакомый сплетничает. Самое же главное, я приобрела чувство юмора, потому что мне приходилось из-за многого плакать или смеяться. А когда женщина может шутить над трудностями, а не закатывать истерику, ей уже ничего не страшно. Я не жалею о тех тяготах, которые узнала, потому что с их помощью я коснулась жизни во всех ее проявлениях. И это стоило той цены, которую я заплатила.

Дороти Дикс победила беспокойство, живя сегодняшним днем, отсекая «вчера» и «завтра» (Д. К.).