авным-давно жили-были два брата. Один был богатый, другой бедный. Вот пришло рождество, а у бедного в доме ни крошки хлеба, ни кусочка мяса, и пошел он к богатому и попросил у него немного еды в честь святого праздника. Богатому приходилось и раньше помогать брату, да только был он жадный, трудно ему было расставаться со своим добром и надоел ему бедняк.

— Если ты исполнишь мою просьбу, я дам тебе целый окорок, — сказал он. Ну, бедняк, ясное дело, сразу на все согласился.

— Ну так слушай. Отправляйся-ка ты к Дьяволу в преисподнюю! — сказал богатый и швырнул бедному окорок.

— Что ж, коли обещано, надо исполнить, — сказал бедняк, взял окорок и отправился в путь.

Шел он, шел, целый день шел, а когда стемнело, пришел к одному месту и видит: дом стоит, а в окнах яркий свет горит. «Ну-ка посмотрим, не тут ли это», — подумал он. Оглянулся и видит: рядом с домом старик с длинной седой бородой рубит к рождеству дрова.

— Добрый вечер, — сказал бедняк.

— Добрый вечер, куда это ты собрался на ночь глядя? — спрашивает старик.

— Вот иду в преисподнюю, да не знаю, не сбился ли с пути, — отвечает ему бедняк.

— С пути-то ты не сбился, это как раз тут, — говорит старик. — Только смотри: как войдешь, все захотят купить у тебя окорок, ведь в преисподней редко когда приходится салом лакомиться; но ты его не отдавай, пока тебе не дадут за него ручную мельницу, что стоит за дверью. А когда ты выйдешь, я научу тебя управлять этой мельницей, и она тебе намелет, что твоей душе угодно.

Ну, поблагодарил его бедняк с окороком за добрый совет и постучался к Дьяволу.

Вошел он, и все было так, как говорил старик. Все черти, от мала до велика, окружили его, как муравьи личинку, и принялись выторговывать окорок — предлагают цены одна другой выше.

— Собирались мы со старухой поесть его на рождество, но, раз уж вам так хочется, ладно, могу его уступить, — говорит бедняк. — Но продам я его только за ту мельницу, что стоит за дверью.

Не хотелось Дьяволу отдавать мельницу, уж он жался, торговался и так и сяк, но бедняк стоял на своем, и пришлось ему мельницу отдать.

Вышел бедняк, расспросил старика, как управлять мельницей, а когда тот научил его, поблагодарил за все и побежал домой. Он бежал что есть духу и все-таки добрался до дому в ту самую минуту, когда часы пробили полночь.

— Господи, да что же это с тобой приключилось? — сказала жена. — Сижу я, сижу, жду тебя, жду, а у самой нет даже дров, чтобы хоть кашу сварить к рождеству.

— Ох, раньше я прийти никак не мог, мне нужно было раздобыть что моей душе угодно, а идти пришлось далеко. Зато посмотри-ка! — сказал муж, поставил мельницу на стол и вопросил, чтобы сначала она намолола дров, потом скатерть, а потом еды и питья и всего-всего, что только нужно для рождественского ужина, и, чего бы он ни попросил, все мельница молола.

Жена только крестилась и все хотела узнать, откуда муж взял такую диковину, а он не хотел ей говорить.

— Не все ли равно тебе, откуда я взял мельницу? Видишь, мельница хорошая, мелет хорошо, — отвечает он ей.

И вот намолол он еды и питья и много разного добра на весь праздник, а на третий день позвал к себе друзей и угостил их на славу.

Как увидел богатый все это угощение, он от зависти и злости чуть не лопнул. «Перед рождеством у него ничего не было, и он приходил ко мне попрошайничать ради святого праздника, а теперь принимает гостей, словно какой-нибудь принц или король», — подумал он.

— Черт знает, и где ты нашел такое богатство? — спрашивает он у брата.

— Как ему не знать, небось, за дверью у него стояло, — ответил тот, у кого была мельница; вовсе он не собирался брату все объяснять.

Но попозже, когда в голове у него помутилось, забылся он и показывает брату мельницу.

— Вот, — говорит, — гляди, откуда все мое богатство! — и стал просить молоть мельницу то одно, то другое.

Увидел это брат и решил заполучить мельницу, чего бы ему это ни стоило. Прошло немного времени, и бедный согласился отдать мельницу за триста талеров, только с условием, что она останется у него до сенокоса. «А за это время я смогу намолоть еды на много лет», — подумал он. Мельница без дела не стояла, а когда пришел сенокос, богатый забрал ее себе; только бедный не стал его учить, как управлять ею.

Вечером богатый принес домой мельницу, а наутро говорит жене:

— Пойди последи за косцами, а завтрак я сам приготовлю.

Подошло время к завтраку, и поставил он мельницу на стол.

— Мели селедку и кашу, да поскорее! — говорит.

И принялась мельница молоть селедку и кашу; сначала наполнились все миски, потом бочки и корыта, а потом полилась каша и посыпалась селедка прямо на пол в кухне. Хозяин и так и сяк — хочет остановить мельницу, а она все мелет и мелет, и скоро налилось столько каши, что он сам чуть не утонул. Распахнул он дверь в комнату, но скоро и комната вся наполнилась кашей. Каша все течет и течет, и уж как он нашарил дверную щеколду, прямо не знаю! Зато уж как открыл он дверь, так недолго в комнате оставался; выскочил наружу, а каша с селедкой за ним, затопила весь двор и дальше потекла.

А жена работает, вяжет снопы и думает: «Что-то долго не зовет муж завтракать. Надо пойти ему помочь, ведь он не умеет кашу варить!» Сказала она это косцам, и они отправились к дому. Только поднялись на пригорок, а навстречу им селедка и каша — течет, булькает, шумит, а впереди сам хозяин несется.

— Эх, черт, хоть бы у вас было по тысяче брюх у каждого. Смотрите только не утоните в своем завтраке! — закричал он и помчался мимо них так, словно за ним гнался Нечистый, и дальше, дальше, прямо к дому своего брата.

— Возьми ты ее себе, бога ради, — просит, — да поскорее! Ведь если она этак еще немного промелет, мы все потонем в каше!

Но брат не соглашался забирать мельницу, пока богатый не заплатит ему триста талеров, и пришлось тому заплатить.

Теперь у бедного были и деньги, и мельница. Прошло немного времени, и отстроил он себе двор гораздо лучше, чем у брата; мельница намолола ему так много золота, что он покрыл дом золотою крышей, а стоял дом на самом берегу моря и сиял на весь фьорд. Все, кто проплывал мимо, выходили на берег и заходили в гости к богатому хозяину золотого двора, и всем хотелось взглянуть на чудесную мельницу, потому что молва о ней прокатилась по всему свету и трудно было сыскать такого, кто ничего о ней не слыхал.

И вот однажды приплыл в те края один моряк, и захотел он взглянуть на мельницу. И спросил, сумеет ли она намолоть соли.

— Конечно, сумеет, а как же! — отвечал хозяин.

Как услышал это моряк, так решил заполучить мельницу, чего бы это ему ни стоило. «Ведь если она будет у меня, мне не придется больше плавать далеко-далеко по морю за солью».

Сначала хозяин никак не хотел расставаться с мельницей, но моряк так молил, так просил, что в конце концов тот продал ее и получил за нее много-много тысяч талеров.

Взвалил моряк мельницу на спину и поскорее ушел, потому что боялся, как бы хозяин не передумал. Спрашивать, как управлять мельницей, у него не было времени. Сел он на корабль и отправился в путь, а когда вышел в открытое море, поставил перед собой мельницу.

— Мели-ка соль, да поскорее! — сказал моряк.

Принялась мельница молоть соль, мелет и мелет. Намолола мельница полный корабль соли, хотел моряк ее остановить, старался, просил ее, молил, а она не останавливается. Все выше и выше росла соляная гора, и наконец пошел корабль ко дну.

А мельница до сих пор стоит на дне морском и все мелет и мелет соль. Оттого и вода в море соленая.