Для элиты Датиана с любой точки зрения и жители города, и его правители казались классическим отребьем. Несколько человеческих семей, которые не захотели жить в Безопасной Зоне даже с ее относительно мягкими законами относительно охоты и поедания Добычи, и отправились в джунгли, чтобы основать город, в котором хищников не будет вообще. Предводительствовал над ними человек по имени Роланд, опытный искатель приключений, истоптавший немало дорог Диких Земель. Найдя подходящее место, где не обитало ничего, с чем люди не могли бы справиться, эти беженцы основали поселение. Следующие несколько лет они тяжело работали, расчищая лес и расширяя пахотные земли, решительно сражались со всеми, кто посягал на их жизни, и вскоре Блейдвелл стал реальностью на политической карте региона.

Со всех сторон сюда тянулись Зеленые, население города росло, контролируемая им территория увеличивалась. Дикие хищники получали по соплям и изгонялись с мест своего проживания и охоты. Не считаться с возможностями мечников Блейдвелла было больше нельзя. Следующие несколько лет Блейдвелл и Датиан провели в дипломатических маневрах, настороженно пытаясь научиться сосуществовать друг с другом, что было весьма нетривиальной задачей.

Трясясь на сидушке подводы, Арэт размышлял обо всем этом, вспоминая все, что знал о свободном городе. Когда стены Блейдвелла показались вдалеке, он как раз перешел к анализу внутренней обстановки, напрямую влиявшей на взаимоотношения Блейдвелла с Безопасной Зоной.

Городом управляли все те же несколько семей-основателей, под формальным предводительством Роланда. Они занимали все важные посты, всячески отделяя себя от пришлых и интригуя друг против друга. Процветала коррупция — пришлый мог добиться чего-то от городских властей только с помощью взяток или оказания услуг. Эта коррупция и интриги замедляли развитие Блейдвелла, но поделать с этим Роланд не мог ничего. Единственными случаями, когда семьи объединялись под его безоговорочным руководством, были нападения дикарей или другие военные угрозы. В вопросах обороны города Роланд обладал непререкаемым авторитетом.

Постепенно дикари приняли ту реальность, что рядом с ними находится поселение Зеленых, попробовать которых на вкус им не светит в обозримом будущем. Стала налаживаться настороженная торговля с окружающими поселениями, когда дикари и горожане под присмотром стражи обменивались необходимыми товарами. Тут снова проявилась гнилая натура семей — они не гнушались торговать с дикарями ничем, кроме, собственно, Зеленых. Неважно откуда брались деньги и товары: мародерством из разграбленного каравана или воровством в других поселениях — Блейдвелл купит все, что-то использует сам, а что-то перепродаст на черных рынках окраин Датиана. Даже валютой города служили датианские ангелы, хоть для внутреннего пользования и чеканилось некое подобие собственных денег.

В чем же заключался интерес Датиана влезать в это осиное гнездо?

Во-первых, под владычеством госпожи Тамиты Датиан процветал, а его мощь и влияние возрастали. Вопрос использования этой силы для дальнейшего расширения своего могущества вставал все более остро, а Блейдвелл считался самой подходящей для этого целью. С Замком Таронна и Долиной Савои у Датиана заключены союзные соглашения, а атаковать могучих драконов или владеющих магией кицуне означало серьезную крупную войну. Так же обстояли дела и с управляемой сильными магами Академией Осана, владевшей несколькими окружающими ее городками. Методом исключения Блейдвелл оставался слабейшей во всех отношениях целью, которую можно было взять без особых усилий.

Во-вторых, Защитница хотела затушить очаг преступности, этакий бандитский рай, в который превратился город с подачи его коррумпированных семей. Тамиту достали постоянные грабежи, нападения на караваны и поселения, которые учиняли шарившие по округе банды. Всех этих мерзавцев притягивала близость бандитской малины, в которой они могли без особых проблем сбывать награбленное, и чтобы ситуация начала меняться, надлежало прикрыть эту лавочку.

В-третьих, с идеологической точки зрения город, целиком управляемый людьми, и в котором хищников не было вообще, подавал дурной пример всем остальным Зеленым, вводя их в заблуждение, что они действительно могут жить в этом мире без покровительства Защитников. Естественно, ни один вменяемый Защитник не потерпит подобного возле своей Безопасной Зоны, и Тамита должна была прибрать Блейдвелл к рукам, чтобы навсегда закрыть этот вопрос.

Конечно, можно было бы послать войска и захватить город, с легкостью сокрушив сопротивление Зеленых, но это привело бы к разрушению города, а Защитница хотела не уничтожить его, а заполучить его богатства и жителей, приплюсовав их к экономике Датиана, сделав свой город еще сильнее.

Вот за этим он, Арэт, и здесь — уговорами, посулами и угрозами добиваться от местных владетелей признания власти Защитницы и подчинения ее законам.

Рональд встретил его под стенами — одного из стражников послали вперед на лошади, чтобы сообщить о визите посланника Датиана. К тому моменту, как повозка добралась до городских стен, под ними уже развернули шатер, войдя в который Арэт обнаружил роскошную обстановку. Полы застелили мягкими коврами, на которых стояли несколько кресел и стол, заставленный всевозможными угощениями. Роланд уже ожидал его, сидя в кресле напротив входа. Ему было коло сорока пяти, но выглядел мужчина заметно старше, что неудивительно для человека, проживающего в постоянной борьбе, вдали от передовой медицины или могущественной лечебной магии, способной продлевать молодость и здоровье. Огрубевшее лицо, седеющая борода, слабые ломкие волосы — ни один правитель любого другого города никогда не позволил бы себе выглядеть так.

Арэт спокойно прошел к ближайшему креслу и плюхнулся в него.

— Приветствую вас, благородный Арэт. Пожалуйста, угощайтесь, чем Богиня послала нам сегодня.

— Я тоже приветствую вас, господин Роланд, — басом проворчал в ответ дракон, — и благодарю за угощение.

Из вежливости он взял несколько кусочков жареной птицы, не опасаясь отравления. Желудок дракона мог переварить сталь, запивая ее драконьим вином — чтобы его проняло каким-то ядом, его нужно выпить целое ведро. Ну, или это должен быть действительно редкий, созданный с помощью магии из ингредиентов самых опасных существ Карвонны, яд. Но Арэт был уверен, что травить его у местных нет резона.

Роланд развеял его сомнения, также взяв немного еды и выпив немного вина из стоявшего на столе графина. Некоторое время они пребывали в молчании, собираясь с мыслями.

— Итак, — первым заговорил Арэт, — в прошлый раз мы обсуждали предполагаемый договор с Датианом, и вы в очередной раз просили возможность посовещаться и подумать, какую возможность я вам предоставил. Как продвигается обсуждение с семьями, Роланд?

— Плохо, — пробурчал в ответ человек. — Скажем так: идея о переходе в подчинение к вашей Защитнице все так же не находит должного отклика среди тех, кто от этого подчинения сбежал пятнадцать лет назад.

Дракон раздраженно фыркнул. Роланд настороженно посмотрел на него, и осторожно добавил.

— В том числе и у меня.

— Да неужели?

— Я тот, кто организовал наш исход. И я это сделал вовсе не от хорошей жизни, а только от желания быть подальше от хищников, Защитницы и ее дурацких правил.

— Ситуация изменилась! — заявил Арэт, теряя терпение. — Тогда вы уходили из Датиана будучи несколькими слабыми кланами, которые с трудом могли содержать своих членов и регулярно теряли людей из-за неуплаты налогов или в Охотничьих Угодьях, пытаясь заработать себе на проживание. Но сейчас все по-другому! Вы построили целый город, доказали, что способны успешно его контролировать, и теперь в глазах Защитницы вы элита! Госпожа Тамита готова признать за вами право управлять городом и дальше, гарантирует привилегии для членов правящих семей, такие же, как для элиты Датиана. Вы станете только сильнее, перейдя под протекторат Защитницы!

— И какой ценой? Снова налоги, снова риск того, что кто-то отправится к таким, как вы, на стол? Мы ушли, чтобы избавиться от этой угрозы вообще, жить в безопасности!

— Вы-то хоть понимаете, что эта безопасность призрачна? Вы Зеленые, проживающие без Защитников посреди леса! Все вокруг только и точат зубы, чтобы вас сожрать! За пятнадцать лет проживания здесь, вы отразили не меньше десятка крупных набегов и бессчетное число мелких.

— И, как видите, пока справляемся.

— Справляетесь? И до каких пор вы намерены справляться ? Пока все дикари в округе не решат объединиться против вас? Или пока не появится крупный монстр, способный проломить стену, и которому будут нипочем мечи и копья? Или пока Защитники соседних крупных городов не решат, что вы лакомая цель и не соберут военный поход, чтобы захватить и разграбить Блейдвелл? Ваш город существует только до первого поражения своего ополчения!

— Можно подумать, что с вами будет по-другому! Если на нас нападут, и войска Тамиты проиграют сражение, то результат будет тот же самый!

— Вот только вероятность подобного исхода крайне мала! Для того чтобы победить Защитницу, нас с Сэйджем, и разбить датианские войска, противник сам должен обладать полубожественным могуществом. В нашем регионе только Таронн и Савои могли бы рискнуть, но они наши союзники и торговые партнеры.

— И еще демоны, — отрезал Роланд. — Не удивляйтесь так, телевизор работает и у нас тоже. Кроме того слухи о разгромленных поселениях на юге доходят даже сюда. Почему бы Защитнице сначала не защитить их?

— Нельзя верить всему, что говорят по телевизору. И мы уже занимаемся этим вопросом. Уверен, вскоре конфликт будет победоносно разрешен.

— Вот тогда и поговорим.

— Я не могу вернуться в Датиан ни с чем, Роланд! — проревел Арэт, потрясая стиснутым кулаком.

— А я и семьи не хотим соглашаться на предложение Тамиты, пора бы это уже понять! У нас подрастают дети, которые никогда не видели хищников. Мы не хотим отправлять их в ваши проклятые школы и рисковать тем, что однажды их съедят в Угодьях или из-за неуплаты налогов, или еще из-за чего-нибудь!

— Мы обещали недостаточно привилегий? У таких мерзавцев, как ваши семьи, Роланд, должна быть своя цена. Так пусть они ее назовут. Чтобы к моему следующему визиту я мог услышать условия, на которых вы согласитесь перейти под власть Датиана!

— Кто сказал, что это вообще возможно?

— Роланд, — на этот раз в голосе дракона звучала откровенная угроза, — это все должно закончиться только одним результатом. Вам просто позволяют поторговаться за цену, чтобы все прошло гладко и без проблем. Торгуйтесь, только не зарывайтесь, а не то Тамита решит, что вас проще снести, чем подкупать. Понятно?

— Более чем, — звенящим от ярости голосом отчеканил Роланд. — Я передам ваши слова совету семей, господин Арэт.

— Тогда не смею вас больше задерживать.

Арэт встал с кресла и направился к выходу. Дракон старался сдерживать свое раздражение, ведь все-таки его звали Арэт Спокойный. Однако вопреки его воле хвост нервно дергался, выдавая настроение хозяина. Роланд, покачав головой, проследовал к выходу за ним.

Вне шатра они скупо попрощались друг с другом, старательно соблюдая приличия. Затем Арэт взмахнул крыльями, взмывая вверх и сразу же оборачиваясь в малую верформу. Он знал, что баллисты на стенах города сопровождают каждое его движение. Но пока он летит прочь от Блейдвелла и не пытается развернуться для захода на город, они не будут стрелять.

Фыркая от сдерживаемого гнева, Арэт улетал прочь, а Роланд еще некоторое время смотрел ему вслед, прежде чем повернулся и задумчиво побрел в сторону города, навстречу выскочившим стражникам.

К юго-западу от Датиана, далеко к северу от Замка Таронна по небу летел огромный дракон. Он был молод и силен, его чешуя переливалась на солнце множеством оттенков зеленого, а вдоль спины шел красивый оранжевый гребень, яркий и заметный даже издалека. Тэррадайн, старший сын Таронна, совершал свой облет подчиненных отцовскому замку земель. Хотя у Таронна было довольно многочисленное потомство, только Тэррадайн был рожден от союза с настоящей драконицей. Он наследник замка Таронна, и взойдет на трон, когда текущий владыка решит, наконец, уйти на покой.

Пока же Тэррадайн наслаждался молодостью, с удовольствием подставляя морду теплому встречному ветру. Он лавировал в воздушном потоке, играючи преодолевая сопротивление ветра, то спускался, то поднимался, закладывал виражи и всячески безобразничал, пользуясь тем, что здесь его никто не видит.

Воины-кобольды остались далеко, они не могли последовать за своим командиром по воздуху. Дракон отправился за пределы земель Таронна, а его целью были земли вассалов, где настала пора собрать одну специфическую дань.

Заметив вдали ровную искусственную площадку на вершине холма посреди леса, Тэррадайн спикировал вниз, расправляя крылья, чтобы затормозить о встречный воздушный поток. Он сделал круг, рассматривая, что там находилось внизу, затем грузно приземлился на грунт, просевший под его весом.

От шума крыльев и дрожи сминаемой земли обнаженная девушка, привязанная веревкой к столбу, проснулась от своего тяжелого сна. Она вскочила, испуганно уставившись на нависшего над ней дракона. До его появления она спала, изможденная волнением и бесплодными попытками освободиться от веревки, стягивавшей ее руки за спиной и привязанной к деревянному столбу. Во рту девушки находился кляп, который она нервно жевала, что-то отчаянно мыча надвигавшемуся дракону.

Тэррадайн рассматривал ее с интересом. У жертвы смуглая от постоянного загара кожа, что обычно указывает на довольно низкое происхождение, хотя сама она весьма красива. Тело стройное, глаза карие, длинные черные волосы. Хоть она и явно не благородного рода, но в качестве жертвы вполне подойдет.

Дракону, в принципе, было плевать, откуда вассалы раз в месяц берут девушек на подношение. Неважно, преступницы они, выбраны по жребию среди жителей подчиненных вассалам земель, похищены откуда-то еще — дракон и не ожидал, что правители окрестных земель будут привязывать к столбу собственных дочерей. Важно только чтобы раз в месяц у столба появлялась красивая девушка — это знак покорности и безоговорочного признания вассалами своего сюзерена. И в случае чего драконы знали всех наследниц местной знати наперечет. Если какой-то из родов чем-либо провинится перед Таронном, то искупление и наказание будут обязательно подразумевать, что одна из дочерей проштрафившегося рода окажется однажды возле этого столба. Зная это, окрестная знать вела себя абсолютно покорно, исправно выплачивая требуемую дань и выставляя эти символические жертвоприношения.