Лапис, пролетевшая поверх голов, оказалась ближе к лучникам, которые все еще разглядывали крышу, ожидая, что фея покажется именно там. Мгновенное усилие по применению Искажения, и Лапис возникла рядом с одним из них в полный рост, ошеломив человека своим появлением.

— Сюрприз!

Переборов оцепенение, лучник резко развернулся в ее сторону, собираясь выстрелить. Но не успел — вспышка, и только пустые кольчуга и одежда осыпались на брусчатку, где-то среди них барахтался крошечный человечек, мгновение назад бывший рослым сильным воином.

Удача улыбалась хищникам. Брешь в строю, которую проделали Мирт и его соратники, продолжала расширяться, и все больше хищников угрожало прорвать строй и затопить защитников морем когтей, оскаленных морд и клацающих зубов. Следовало отходить, и рыцарь-знаменосец проревел в мегафон приказ. Линия щитов пятилась в сторону узких улиц, которые легче перекрыть небольшими силами. Дикари, неуемные в своей агрессии, продолжали бросаться на отступающих, получая ответные удары копьями, и оставляя на брусчатке новых убитых, воющих и скулящих от боли раненых.

Воины Мирта были более дисциплинированы. Они занимали площадь возле стены, выстраиваясь в когорты, как учили инструкторы. Атакующие пролезли в город, теперь надлежало сделать все правильно и перегруппироваться, а не распылять силы, убиваясь поодиночке о сплошную линию защитников, как это делали дикари-наемники.

Рыцарь, с которым бился Мирт тоже отвел копье, которым командовал. Он ушел последним, на прощание подняв меч и указав его концом на лиса. Мол, мы еще встретимся. В ответ Мирт оскалился и презрительно показал человеку средний палец — в конце дня его воины будут жрать таких рыцарей на ужин.

Начало сражения прошло так, как ожидали обе стороны. Роланд сознательно разменивал практически без сопротивления неудобные для обороны площади и улицы возле стены, в которой катапульты Мирта проделали бреши. Вместо этого военачальник людей решил затягивать врага в узкие улочки плотной городской застройки — невзирая на все так удачно доступные рядом ресурсы, постройкам все равно приходилось тесниться внутри ограниченного пространства, усилий самопровозглашенного города-государства не хватило бы на огораживание значительной территории. В этих пределах люди жили буквально друг у друга на головах. Кварталы, которые начинались как одноэтажные дома на две-четыре семьи, за два десятилетия прибавили в росте, местами достигая четырех этажей. Большей высоты средневековая архитектура строителей позволить не могла, а доступа к современным материалам, как Датиан, жители Блейдвелла не имели.

За время осады узкие улицы защитники перегородили баррикадами толщиной, порой, в несколько метров, создавая непролазные заторы, которые не смог бы сдвинуть даже Кротрикс. Тщательно спланированное расположение таких баррикад позволило создать карманы смерти , куда предполагалось заманивать особо нетерпеливых хищников, чтобы обстреливать и бить копьями со всех сторон. Здесь, среди городских улиц, на которых проживали обычные горожане, простые граждане города и его гости с разных концов региона, Роланд собирался обороняться уже по-серьезному, цепляясь за каждую пядь брусчатки. Дальше начинались особняки знати, входы в подземные убежища и, собственно, сам замок Роланда, в котором размещалось правление города, и где находились казармы и арсенал.

Командующие противоборствующих сторон выбрали подходящие ситуации стратегии.

Мирт решил провести масштабную фронтовую атаку, воспользовавшись тем, как сильно практически неуправляемые дикари в его войске жаждали поскорее добраться до людей. При этом хитрый лис полностью отдавал себе отчет, что потери атакующих будут ужасающими.

Рональд положился на тщательно подготовленную оборону, и не стал цепляться за передовую позицию, хотя и выжал из нее тот максимум, который получилось достичь. Его воинам удалось нанести штурмующим очень много потерь.

В результате, после долгой обороны защитники откатились назад, точку поставил огромный ящер, который имелся в армии Мирта — рептилия размером с дом довольно долго держалась позади, опасаясь выстрелов баллист, расставленных на площадках крепостных башен. Когда защитники отвлеклись на прорыв Мирта, ящер ринулся к ближайшей башне. Длинное чешуйчатое тело скользило сквозь ряды атакующих, прижимаясь к земле, не сводя рептилоидных глаз со своей цели. Баллисты молчали и ящер, добравшись до башни, стремительно вскарабкался наверх по каменной кладке, словно огромный пятнадцатиметровый геккон. Камни крошились под его весом, и осколки кладки сыпались вниз, башня ходила ходуном, вызвав встревоженные крики у защитников наверху. Ящер перевалился через край площадки, на которой стояла баллиста, и находился ее расчет из нескольких человек.

Ящер стремительно сомкнул пасть на одном из них и, запрокинув голову, глотнул, а остальных взмахом когтей сбросил со стены. Вытянув морду, ящер торжествующе заревел, вселяя ужас в защитников. Ударом лапы он сбросил вниз баллисту и часть зубчатой стены на головы пехотинцев.

После этого защитники уже полностью сдали позицию и принялись в организованном порядке отходить на городские улицы. Теперь армия хищников втягивалась в город через проломы в стенах, и выстраивалась в новые порядки для продолжения штурма.

Мирт прохаживался вдоль рядов своих воинов. Здесь ему уже ничего не угрожало, защитники полностью покинули площадь. Все пространство оказалось завалено убитыми и тяжелораненными. Они валялись кучками там, где происходили наиболее ожесточенные стычки, где волны монстров ударялись о ряды щитов и копий. Количество мертвых хищников неприятно резануло глаз — их было почти вдвое больше, чем убитых защитников. Дикари ликовали, не сдерживая животной радости, но лис знал, что этот размен невыгоден. Умный и наблюдательный, как и большинство его народа, Мирт за годы жизни в Диких Землях хорошо изучил простые законы природы — хищники должны быть сильнее добычи. Да, никто добровольно не полезет в глотку, даже если Богиней указано в ее заветах, что таковы обычаи этого мира. Поэтому даже дикие кролики с оружием в руках бились, как могли, за свое выживание. Это только в Датиане Защитники давно уже держали Зеленых в твердой хватке, пресекая любые мысли о неповиновении. Но в дикой природе хищники иногда погибали, от отравленной стрелы, ловушек или задавленные числом смелых Зеленых, решивших завалить хищника, во что бы то ни стало.

Однако всегда, даже в таких условиях, Зеленые не имели шансов на победу. На каждого охотника, которого они смогли одолеть, приходилось до пяти убитых Зеленых, а если речь шла о высокоранговых хищниках, то соотношение становилось еще больше. И это не считая тех, кого хищники вылавливали поодиночке в лесах, преследованием или из засады, и поедали.

Разница в количестве смертей компенсировалась темпами размножения. Хищники рождались реже, их приплоды выживали не полностью. Зеленые плодились с огромной скоростью, восстанавливая популяцию, постоянно убывавшую из-за интенсивной охоты. Таковы были законы природы, так поддерживался веками баланс, создававший стабильную природную среду, в которой и хищники, и их добыча, по-своему, процветали и развивались.

Но если допустить, что добыча получит возможности эффективно сопротивляться охотникам, сумеет довести соотношение потерь в бою хотя бы до двух к одному, то состояние дел стремительно менялось. Простой численный перевес Зеленых угрожал сместить природный баланс в их сторону. Если люди начнут производить или получать хорошее оружие, научатся им правильно пользоваться, организуются в дисциплинированную армию под руководством грамотного предводителя. то остановить их простые хищники не смогут. Понадобится вмешательство действительно сильных хищников Красного ранга, чтобы их остановить.

Глядя на брусчатку, заваленную мертвыми телами, Мирт в первый раз начал осознавать причины озабоченности и тревоги, звучавшие в голосе Арэта. Тогда лис, который просто согласился получать помощь из Датиана, чтобы завалить Блейдвелл ради богатств и добычи, скрытых за его стенами, не мог понять почему ангел Тамита и ее драконы так упорно твердят, что поселения Зеленых без покровительства Защитников оставаться не должны . И только оценив ужасное соотношение потерь в пользу защитников Блейдвелла, обычных людей, Мирт проникся серьезностью конфликта.

Плевать! — решил про себя лис. — Пока это погибают дикари, которые сами лезут на рожон, то пусть! Несколько лет мирной жизни помогут им восстановить численность. Зато мы добьемся победы и не только заработаем золото, женщин, еду и славу, но и поможем Защитнице. В обмен на материальную благодарность, разумеется!

Периферийным зрением лис уловил движение в воздухе. Повернув голову, он увидел, как Лапис аккуратно приземлилась рядом на свободное место, не заваленное трупами и не залитое кровью. Заметив ее появление, стали подтягиваться и остальные соратники Мирта, совместно с которыми он планировал и организовывал всю эту кампанию и теперь вел их на последний бой.

— М-м-м! — довольно промычала фея, поглаживая обнаженный животик. — Начало у нас хорошее. Но от этого только разыгрался аппетит! Когда продолжаем? Давайте я подлечу тех, кого ранили, и вперед!

Мирт угрюмо поглядел на нее. Взбалмошное существо не интересовали потери среди других всяких , не беспокоили философские вопросы природного равновесия. Она наслаждалась большой охотой и радовалась каждой пойманной и проглоченной добыче, не волнуясь о всяких сложных штуках.

— А ты все веселишься, я смотрю? — буркнул он недовольно.

— А, что, какие-то проблемы? — удивленно произнесла фея, невинно хлопая глазами.

— Нет-нет, никаких! — поспешил поправиться Мирт.

Как и огромный бронированный ящер, Лапис была одним из козырей его армии. Магические возможности феи сильно превосходили возможности большинства человеческих магов, и лис надеялся уравняться на этом поле с любыми волшебниками, которых Рональд сможет против него выставить. Да и в обычном бою фея показывала себя хорошо — пока у простых солдат противника не было каких-либо защищающих от магии амулетов, или сильного колдуна в их рядах, Лапис могла выкашивать простую пехоту дюжинами, превращая их в крошечных человечков, с пискливыми воплями убегавших в траву от весело ловящих их хищников. Ссориться с ней и рисковать потерять такую мощь, или, еще хуже, повернуть ее против себя Мирт не хотел.

— Ну, так нужно лечение, или нет? — осведомилась фея, вопросительно изогнув бровь.

— Да, подлечи Маки и Кротрикса. Потом двинемся дальше, посмотрим, что люди приготовили для нас в самом городе. И, пожалуйста, не растрачивай свою магию на простых солдат — прибереги для схватки с Роландом! У него наверняка сильные маги в сопровождении есть.

— Да-да, конечно. — пробормотала Лапис.

Она уже занималась Кротриксом, подойдя к ящеру, приложив ладонь к ране у него в боку. Ладонь светилась, и разрез затягивался прямо на глазах, оставляя лишь едва заметный шрам.

Роланд руководил обороной, расположив ставку на возвышенности над городом, откуда мог обозревать окрестности. Баннеры его копий виднелись то тут, то там, давая примерное представление о расположении отрядов на поле боя. Более детальная информация поступала от посыльных, которых знаменосцы отправляли с донесениями. Пока боевые порядки сохранялись, не было глубоких прорывов или окружений, посыльные легко достигали начальства и возвращались назад с приказами. Так старый опытный военачальник руководил боем.

Когда врагу удалось прорваться через баррикады на одном из участков, и после того, как крупный ящер стал карабкаться на башни и крушить находившиеся там баллисты и лучников, обратно к знаменосцам понеслись гонцы с приказами отступать и переходить к стадии Б — так Роланд обозначил план обороны в городской застройке. Военачальник и его помощники склонились над крупномасштабной картой, на которой разноцветные значки указывали расположение своих войск и известных вражеских отрядов. Каждый помощник отвечал за свой участок, и при получении очередного донесения корректировал информацию. Это была очень ответственная работа — стоит только один раз сбиться, запутаться и неправильно обозначить расположение сил, и контроль над сражением сразу же будет потерян, что приведет, в итоге, к поражению в битве и смерти большинства горожан. Помощники составляли и передавали приказы подразделениям, находившимся под их управлением, Роланд задавал общую стратегию ведения боя.

— Ящер должен быть уничтожен, — холодным спокойным тоном сообщил Роланд. — Если они грамотно воспользуются им, то смогут крушить дома и баррикады, лишая наших воинов укрытий и добывая пространство для маневра своим силам. Этого допускать нельзя. Пусть баллисты, которые мы расположили на склонах холма, выцеливают проклятую тварь, и задействуйте команды охотников на монстров, которые мы натренировали специально для таких случаев.

— Да, милорд! — последовал короткий ответ.

Офицеры, все выходцы из благородных городских семей, принялись торопливо набрасывать на чистых листах соответствующие приказы.

— Милорд, — раздался голос за спиной. Роланд обернулся и увидел одного из помощников с очередным посыльным, — в прорыве принимал участие сам Мирт, его видели там в первых рядах. Он возглавлял атаку.

— Очень хорошо. — пробормотал рыцарь.

Услышав имя врага, которого им предстояло найти и уничтожить, чтобы лишить армию хищников руководства, встрепенулись соратники Роланда, до этого спокойно наблюдавшие за работой ставки. Алиатан повернул покрытую капюшоном голову, дернулось длинное ухо Арабеллы. Оргилаф отжался от стены, к которой привалился, подхватил свой здоровенный молот, вскинул его на плечо и зашагал к Роланду. Иви Беренгер нахмурила тонкие, подведенные карандашом брови и недовольно поджала накрашенные губы. Напряжение возрастало, враг показался на поле боя и скоро им всем предстоит сойтись с ним в смертельной схватке.

— Это очень опрометчиво с его стороны, — хладнокровно, не проявляя никаких признаков беспокойства, проговорил Роланд. — Парень молод и лезет на рожон, суется в каждую стычку, пытаясь самостоятельно выиграть все сражение. Пускай. Так он потратит много своих сил, возможно, кто-то из его элиты будет ранен или даже убит, или потеряет много ресурсов. Здесь все решат терпение и опыт сражений. Нужно измотать врага, а потом нанести ему сокрушительный удар контратакой свежих лучших сил, приберегаемых в резерве. Наместник Баглис!