— Но это, все же, было опасно?

— Конечно! Венди ведет армию, и ее работа в том, чтобы бороться с опасностями, которые угрожают нашим народам. Всегда есть кто-то, с кем нужно сражаться — чудовища, другие демоны, армии противников, как людей, так и странных существ. Обычно в бой идут солдаты и боевая техника, но некоторые конфликты, и сейчас чаще, чем раньше, требуют применять магию или особые свойства, которыми обладают некоторые из нас, кто служит Венди. Если нужно разобраться с какой-то демонической угрозой — выходим мы с госпожой Сайтаной! Мы подсказываем, советуем, определяем и нейтрализуем враждебную магию, собираем и храним оскверненные артефакты для Венди. И, если нужно, сражаемся с дикими демонами или силами других Владык!

— Но это же действительно опасно, Тайли! Ты же можешь погибнуть в бою!

— Ха! Это говорит девушка, которая учится в Сакуре и которую каждый день подстерегает опасность быть съеденной на переменке вместо домашнего пирожка!

— Это другое. Мне приходится идти на этот риск, как и всем нам, — нахмурилась Марта.

— Да, я знаю! — ответила Тайли внезапно серьезным тоном, вплотную подсев к подруге. — И ты в намного большей опасности, чем я. Ведь я сражаюсь со своими врагами хотя бы на равных, а ты практически беспомощна перед хищницами в школе. Но не бойся! Просто держись поближе ко мне, и я обещаю, что сделаю все, чтобы тебя защитить!

Марта доверчиво посмотрела суккубе в глаза, и не увидела в них обычного лукавства. Тайли действительно серьезно относилась к своим обязанностям, и четко знала, когда нужно прекратить дурачится и вместо этого насторожиться. Она постоянно сопровождала стайку одногруппниц, оберегая их от покушений хищниц, как очевидных, так и не очень. Так, однажды, всегда веселая Тайли нахмурилась, когда одна из студенток их курса, Эллисон, словно случайно несколько раз за день оказывалась рядом с их стайкой, хотя обычно всегда ходила одна. При третьем ее появлении, когда Эллисон подошла и под каким-то предлогом заговорила с одной из ланей, Тайли не выдержала. Она подскочила к Эллисон и ледяным тоном процедила странный стишок:

Мерцай, мерцай, маленькая ведьма.

Разве ты не знаешь, что я стерва?

Мерцай, мерцай, маленькая ведьма,

Занимайся своими делами, любопытная сплетница!

Никто из ланей ничего не понял, но ошарашенная Эллисон побледнела и, пробормотав какие-то невнятные оправдания, свалила в неизвестном направлении, и больше не показывалась. Марта вспомнила тогда, как Тайли хвасталась ей наедине, что знает большинство скрытых хищниц.

— Я буду держаться к тебе поближе, — содрогнувшись от воспоминаний, сказала Марта. — И я благодарна, что ты так помогаешь мне. и всем девчонкам. Мы благодарны вам всем.

Широко улыбнувшись, Тайли обвила Марту рукой за плечи, и прижала к себе. Человеческая девушка не сопротивлялась, покорно позволяя суккубе это сделать.

— Не бойся, все будет хорошо, — зашептала Тайли ей на ухо. — Я пока недолго путешествовала по разным мирам, но из всех чудес, которые я видела, ты — словно бриллиант, найденный среди безделушек! Ты так красива, добра, и немного наивна. Моя прелесть. Бриллиант, которому я ни за что не дам бессмысленно пропасть.

Марта покраснела, смущаясь столь откровенного комплимента, а Тайли потянулась к ней губами. Марта не сопротивлялась, не оттолкнула ее и, когда их губы соприкоснулись, ответила на поцелуй. Они целовались, сидя на холодной каменной лавочке, но Марта не чувствовала холода, ее окатило какое-то странное тепло, определенно исходящее от подружки-суккубы. Та скользнула губами вниз, на шею девушки, и Марта запрокинула голову, застонав. Ощущение согревающего тепла усилилось.

— Тайли. тебе же нельзя, — с трудом произнося слова, напомнила девушка.

— Нельзя влиять на твое решение, — возразила Тайли. — Но если ты не против, то я могу применять свою магию, чтобы сделать ощущения еще лучше, чем они были бы естественным образом. Что скажешь?

Тайли и Марта встретились взглядами, и на этот раз в желтых глазах Тайли плясали те самые озорные искорки, которые обычно предвещали какую-нибудь шалость.

Марта не думала слишком долго. В конце концов, она обещала Венди дать суккубе шанс, когда поверила рассказам иномирянки, что Тайли вовсе не страшная, что она не причинит ей вреда, и что не просто притворяется дружелюбной, а действительно у нее такой характер. И пока что, на этом свидании, Тайли действительно вела себя безукоризненно. Она ходила вокруг Марты чуть ли не на цыпочках, чтобы не испугать девушку какой-нибудь выходкой.

— Я не против, — промямлила Марта, с трудом заставив непослушные от волнения губы шевелиться.

Губы Тайли растянулись в радостной торжествующей улыбке, и она впилась в человеческую девушку долгим поцелуем. Затем губы суккубы скользнули в сторону и, обдав ухо Марты горячим дыханием, Тайли страстно прошептала:

— Ты не пожалеешь!

Спустя двадцать минут, прошедших в очень откровенных и страстных шалостях, девушки спускались вниз по пожарной лестнице, собираясь уходить. Тайли выглядела довольной, словно объелась дынных булочек, а Марта все еще смущалась, вспоминая, что суккуба говорила и делала с ней все это время.

Похоже, это еще только прелюдия! — поняла человеческая девушка, осознав, что ее ждет теперь по ночам.

Дзынь, дзынь, дзынь — железные ступени лестницы звякали каждый раз, как на них наступали, а Тайли еще и весело прыгала с одной на другую. Но вот, наконец, лестница закончилась, и они вышли через решетчатую дверь на задний двор старого музея, построенного в стиле готической архитектуры. Ангелы, демоны и горгульи теперь взирали на них с высоты неодобрительными взглядами каменных глаз.

— Черт, я сумочку забыла, — воскликнула вдруг Марта, когда они отошли от лестницы не больше чем на десяток шагов.

Учитывая то, как они провели время на лавочке, как Тайли тискала ее и чуть не раздела донага, в подобном не было ничего удивительного.

— Пф! Да без проблем, я мигом! Стой здесь и не уходи далеко.

Тайли метнулась обратно наверх по лестнице, которая дребезжала и ходила ходуном оттого, что суккуба неслась наверх перепрыгивая через три ступеньки сразу.

Поднявшись на крышу, Тайли нашла сумочку Марты не сразу. Сначала она не поняла, почему ни на одной из лавочек ее нет, даже на той, на которой они обе сидели. Пришлось обойти лавочки кругом, чтобы увидеть, что сумочка из коричневой кожи завалилась за одну из них и лежала на земле, практически сливаясь с темными тесаными камнями из которых было сложено здание.

— Нашла! — торжествующе воскликнула Тайли, нагнувшись, чтобы подобрать сумочку с земли.

В этот момент ее пронзило резкое ощущение опасности — Марта в опасности! Уже довольно давно Тайли повесила на нее парочку следящих заклинаний, которые будут мгновенно предупреждать, если подзащитная попадет в беду. Заклы сразу сообщат, что случилось, и где именно находится человеческая девушка, чтобы можно было мгновенно отреагировать и спасти ее.

Но сейчас вопрос где? не стоял — Марта находилась всего на несколько этажей ниже, на заднем дворе музея. Схватив сумочку, Тайли метнулась к краю крыши и вскочила на парапет и, схватившись рукой за статую горгульи, глянула вниз.

Ее возлюбленную пытались похитить! Пятеро небрежно одетых мужчин, без сомнения бродячая шайка бандитов, вышедшая на вечерний промысел в поиске задержавшихся на улице горожан или туристов, проходила через двор, увидела Марту, и решила, что это легкая добыча. Конечно, у девушки без сумочки и в сарафане без карманов едва ли могло быть с собой что-то ценное. Но в Датиане и сами люди представляют собой ценность — добычу, которую можно продать за большие деньги в одно из подпольных кафе. Конечно, это незаконно, но полиция не очень охотно лезет расследовать преступления в Серой Зоне — криминальных районах города. И сейчас двое мужчин тащили Марту куда-то в темный угол двора, где наверняка дыра в какое-нибудь подполье. Один из бандитов зажимал девушке рот, захватив другой рукой за шею, а второй держал ее за ноги. Остальные трое полушепотом посмеивались над ними, отпуская смачные шутки.

Тайли ощутила, как к горлу подкатывает клокочущая ярость. Как они посмели позариться на ту, кто принадлежит ей! Жалкие смертные дорого заплатят за свою наглость!

Оттолкнувшись от статуи, Тайли шагнула вперед, спрыгнув с парапета вниз. Неслышно пролетев несколько этажей, отделявших ее от земли, демон обрушилась на своих врагов. Они не видели ее приближения, занятые наблюдением за тщетными попытками похищенной ими девушки вырваться или позвать на помощь.

Первый подонок вскрикнул от ужасной боли, когда сверху на него свалилась Тайли — страшный удар, умноженный на скорость свободного падения, буквально впечатал его в асфальт, хруст ломающегося позвоночника жутким звуком разнесся по дворику.

— Что за?! — воскликнул один из бандитов.

Он и стоявший рядом с ним напарник обернулись, а двое, тащившие Марту, замерли на месте. В следующий миг раздались удивленные возгласы, подкрепленные крепкими ругательствами, когда они увидели молодую девушку, ростом не более чем только что пойманная ими жертва, идущую прямо на них с искаженным яростью лицом. Человек, на которого она спрыгнула сзади, стонал и выл на асфальте, не в силах подняться.

— Хватай ее! — воскликнул один из бандитов, возможно, главарь всей банды.

Напарник, которому он отдал приказ, бросился вперед, попытавшись схватить Тайли за волосы, но та легко ушла от захвата.

— Сучка! — выругался преступник и, недолго думая, ударил ее кулаком в лицо.

Молодецкий хук, который вырубил бы взрослого мужчину, врезался ей в челюсть. Голова Тайли мотнулась в сторону, а Марта в ужасе замычала, решив, что ее подругу сейчас прибьют.

Но уже через мгновение, Тайли снова смотрела на своего противника. Воспользовавшись его ошеломленностью, она левой рукой ударила человека в живот. Охнув, тот согнулся, и Тайли правой рукой с размаху ударила его кулаком в челюсть. Теперь его голова мотнулась в сторону, изо рта вылетели зубы, слюни и кровь. Бандит рухнул на асфальт, как подкошенный.

Оскалившись, главарь вытащил нож — огромный добротный боевой нож производства Медианского Содружества, из композитной стали, с мономолекулярной заточкой и рукояткой из черного пластика, с петлей, которую можно накинуть на запястье. Раз огнестрельное оружие было запрещено, Содружество продавало современные реплики средневековых изделий — ножи, мечи, топоры, копья, луки, арбалеты и так далее отличались от аналогов местного производства более качественными материалами, большей остротой и меньшим весом. Бандит, собиравшийся порезать Тайли, где-то разжился как раз таким оружием.

Он взмахнул ножом, собираясь резануть суккубу, но Тайли с легкостью отбила его руку в сторону. Ответным ударом она полоснула мерзавца по груди растопыренной пятерней, выпустив трехсантиметровые когти. Брызнула кровь, человек завизжал от боли, и упал на асфальт, выронив нож и схватившись обеими руками за грудь. Его серая футболка стремительно пропитывалась кровью из пяти страшных и глубоких рваных ран.

Тайли перешагнула через него, и перед двумя оставшимися бандитами предстала страшная картина, как человеческая, казалось бы, девушка на ходу превращается в чудовище — злобная улыбка превратилась в зубастый оскал, глаза горели жутким желтым светом, на голове выросли рожки, а девичьи ладошки превратились в когтистые лапы.

— Ну, нахер! — воскликнул бандит, державший Марту за ноги.

Бросив свою ношу, он кинулся бежать. Демон злобно усмехнулась, и подняла руку, направив раскрытую ладонь ему вслед. Вспышка! И в спину убегающему бандиту врезался искрящийся сгусток зеленой энергии, от чего тот вскрикнул и забился в конвульсиях, будто его ударило током. Упав на землю, он замер неподвижно, и только стонал, а с его тлеющей одежды поднимался вонючий дым.

Последний бандит все еще держал Марту захватом за горло. Поняв, что бежать бесполезно, он второй рукой вытащил свой нож, обычный раскладной, который любит каждый гопник, и приставил его к горлу жертвы.

— Стой, сука! Клянусь, еще шаг, и я ей горло перережу!

Чудовище сделало неуловимое движение рукой, и перед глазами человека все поплыло, на него словно накатилась сонливость, веки стали тяжелыми, а все тело вялым. Заморгав, он попытался прогнать наваждение.

Но очнулся от страшной боли — суккуба уже была рядом и, схватив его за запястье с ножом, с хрустом выкрутила руку, выламывая локтевой сустав. Бандит выпустил и нож, и Марту, которая в слезах шлепнулась на задницу. Второй рукой Тайли схватила мерзавца за грудки, и швырнула на асфальт. Снова раздался крик, перекрывший хруст ломающихся костей, и теперь все пятеро бандитов были повержены.

Теперь Тайли заколебалась. В отряде Венди по отношению к подобным уродам всегда существовал только одно правило — убей.

— Помни, ублюдок, которого ты не убила сегодня, завтра нападет на кого-то другого, кто уже не сможет защитить себя.

Но, в то же время, полученные приказы напрямую запрещали убивать без острой нужды — операция федералов будет поставлена под угрозу, если ее оперативники привлекут внимание Защитников, нарушив городской закон. Ярость все еще клокотала в груди Тайли, но воспоминания о болезненных шлепках по заднице, которыми Венди награждала ее за непослушание, немного отрезвляли суккубу.

После нескольких секунд колебаний, Тайли нашла решение возникшего противоречия. Гадко ухмыляясь, она шагнула к стонущим поверженным противникам.

— Нет! Нет! Не подходи! — завизжал ближайший из бандитов.

Не слушая его вопли, Тайли схватила мерзавца, перевернула на живот, и ударами когтистой лапы разорвала человеку подколенные сухожилия обеих ног. Затем, переходя от одного бандита к другому, она с каждым повторила эту жуткую хирургическую операцию, превращая здоровых мужчин в калек, которые отныне с трудом смогут ковылять, и уже никогда ни на кого не смогут напасть. Весь квартал оглашали отчаянные крики ужаса и боли, но на помощь бандитам никто не придет — в Серой Зоне только самоубийца спешит узнать, кто кричит в темном переулке, а полицейских, скорее всего, нет во всем районе.