Флоренция, 14 сентября 1557

Бенвенуто Челлини, ювелир, скульптор, автор Персея, украшающего площадь Синьории рядом с Давидом мессера Буонарроти, и, что важнее всего, преданный слуга его светлости, желает обратиться с жалобой на возмутительные действия синьора Винченцо Боргини, каковой утверждает, будто он настоятель Приюта невинных, но сам явно еще тот шельма.

Пока я боролся с потоками воды, наполнявшими мое жилище, и пытался приподнять дощатый настил, спасая работы, над которыми тружусь денно и нощно ради прославления вашего величества, ко мне, вышибив дверь, ворвались вооруженные люди, без всяких объяснений, только орали до хрипа. Я было решил, что это какой-то подлый сброд, воспользовавшись беспорядком из-за наводнения, хочет захапать сокровища из моей мастерской, и не собирался, дабы облегчить им задачу, великодушно расстаться с вещами, стоившими мне столько трудов и бессонных ночей; напротив, я был полон решимости, рискуя собственной жизнью, защитить бесценные произведения, и встретил их, размахивая саблей. Конечно, бой предстоял неравный, они устроили такой шум, что было ясно: их там целый отряд, хотя я бы на их месте выдвинулся тысячным войском. Я понимал, что одному против пятидесяти выстоять нелегко. Тем не менее, не раздумывая, по колено в воде, я стал отражать напор непрошеных гостей, пользуясь тем, как выглядело поле битвы. Ведь чтобы захватить мое жилище, неприятелю нужно было преодолеть дверной проем, а это возможно, только встав в цепочку, так что, завершив дуэль, мне приходилось тут же начинать новую и таким образом сражаться с ними по очереди. Едва падал один противник, на его место вставал другой, но они хотя бы не могли наброситься на меня все разом. Так я фехтовал не один час, пока нападавшие не пробили еще одну брешь, через окно. Атака в лоб и с фланга не оставила мне выбора, пришлось сдаться, отвесив напоследок несколько пинков, отчего мои отметины остались красоваться на телесах этого ничтожного отребья.

Каково же было мое удивление, когда передо мной появился настоятель Приюта невинных! Но еще больше я был потрясен, когда он заявил, что действует от имени герцога Флорентийского. Замешательство мое только усилилось, когда оказалось, что эта шайка головорезов громит мою мастерскую под предлогом поисков беглеца, которого якобы я укрываю, и какой-то картины, имеющей отношение, как заверил меня настоятель, к вашему светлейшему высочеству. Сказать по правде, я понятия не имею, что они пытались найти, да так и не нашли. И только перевернув все вверх дном, они убрались восвояси без единого слова, не удостоив меня объяснений или хотя бы извинений. Нижайше прошу вашу милость ответить: случалось ли вам когда-либо видеть такое безобразие?

Потому я обращаюсь к его бесподобной светлости, дабы получить возмещение за дверь и прочий ущерб, причиненный моему жилищу, ибо в ярости они попортили весьма ценные вещи, а также слуховое окно: ключ от него я потерял, а им непременно хотелось его открыть – оно ведет на крышу через верхний этаж. Передаю в распоряжение вашей милости подробный список повреждений от рук этих законченных мерзавцев. Если они и правда служат во дворце Барджелло, как утверждали, пора срочно очистить это достойное учреждение от гнили на благо города и вашего величества.