Флоренция, 21 апреля 1557

Видел я Скоронконколо, которого вы мне сосватали, и скажу сразу, ваша светлость: чует мое сердце, это настоящий зверь. Глаз черный, борода густая, колени гибкие, ростом высок, да еще эта манера говорить вполголоса. И все же я побаиваюсь идти с ним на дело, поскольку его любовь к искусствам показалась мне весьма сдержанной и уж точно недостаточной, чтобы безошибочно распознать работу Понтормо в мастерской Баккьякки. Идти нам скоро, завтра или послезавтра волей Всевышнего. Когда действуешь средь бела дня, это любому предприятию добавляет ненужный риск, но, с другой стороны, только в этом случае Баккьякка заведомо не окажется дома, ведь он будет во дворце, где каждый божий день трудится над украшением кровати герцога, которая должна быть достойна Давида Микеланджело или моего Персея, если бы произведения оценивались исходя из времени, потраченного на их создание.