Идея создания морского фасада Ленинграда на территориях, намытых с запада к Васильевскому острову, принадлежит Николаю Баранову. Многие из его замыслов коллеги не реализовали. На берегу Малой Невы, который мог бы стать частью Центрального городского парка, построили Государственный институт прикладной химии и дворец спорта «Юбилейный». На месте разрушенного в блокаду ипподрома появилось здание ТЮЗа. Рост города на юг продолжился практически сразу после того, как Баранова отправили в ссылку.

Замыслу со строительством нового района на берегу моря отчасти повезло больше. Причина заключалась в том, что он хорошо согласовывался с намерением развивать в Ленинграде международные перевозки, в том числе и морские. Создание намыва на Васильевском острове предусмотрели генеральным планом в 1960-е годы, он активно строился в 1970-е. Правда, и тут все шло не вполне так, как изначально мечталось. И Николай Баранов, и его последователи представляли себе оживленный городской район, куда будут приезжать туристы и стремиться погулять ленинградцы. Кроме жилья хотели устроить рабочие места, культурные учреждения, зеленые зоны.

План выглядел очень своевременным. Если во времена основания Петербурга выход к морю в городах ценился в первую очередь за возможность вести войны и торговлю, с приходом урбанизации он обрел потребительскую ценность. На намывных территориях теоретически можно было бы построить альтернативу историческому центру. В последнем – главные культурные институции, красивые доходные дома, полно кафе и магазинов. На берегах залива всего этого оказалось бы заведомо меньше, зато были бы роскошные виды, свежий морской воздух, прибывающие корабли и даже возможность купаться летом.

Всего этого не случилось по двум банальным причинам. Во-первых, намыв на Васильевском острове застраивали так же, как и все остальные спальные районы. В первую очередь возводили жилье. Главными общественными сооружениями стали Морской вокзал, выставочный комплекс «Ленэкспо» и гостиница «Прибалтийская» – довольно массивное сооружение, стоящее на стилобате. Пляж перед ней долгое время был самым близким к центру города песчаным выходом к заливу, и здесь в нерабочие дни собирались толпы отдыхающих. (Илл. 37)

В целом же получился довольно заурядный и скучный спальный район. В 2000-е годы, когда многие были полны оптимизма и решимости исправить промахи советского времени, в Петербурге задумали построить еще один намыв. Представляли, что на берегу появится эффектный район с небоскребами, музеями, модными променадами, толпами людей. Приглашали японских архитекторов для разработки плана застройки. Результат же вышел еще хуже, чем в первый раз, и по похожей причине. Все фантазии относительно того, каким быть морскому фасаду, были почти никак не согласованы с реальным процессом развития города. Никто не продумал, в каком порядке и на чьи деньги строить инфраструктуру, включая дороги, как привлекать инвесторов, как реализовывать проекты. В конце концов новые территории у моря заняли тем, что оказалось проще всего построить и продать, – жилыми комплексами.

Мечта Николая Баранова в результате не просто не осуществилась, но и стала в значительной степени невозможной. Намыв территорий наносит ущерб экологии Финского залива, и едва ли есть смысл делать его в третий раз. Большая, сравнительно свободная зона у воды долгое время сохранялась на территории выставочного комплекса «Ленэкспо». Когда около десяти лет назад его функции перешли к «Экспофоруму» у аэропорта «Пулково» на Киевском шоссе, появился шанс, что на Васильевском появится красивая приморская зона. Тем не менее землю продали частному инвестору, который собирается возвести на ней многоквартирные дома.

Компенсацией за все эти неудачи стало преобразование части заводов, расположенных в Чекушах у залива, в общественные пространства. «Севкабель порт» и «Брусницын лофт», открытые на месте производственных площадок, за последние годы успели стать одними из самых популярных мест отдыха горожан и доказали, что Петербург у залива действительно мог бы составить конкуренцию Петербургу у Невы. (Илл. 39)