Это, конечно, ужасно, когда падаешь в заросли шиповника. Столько шипов потом приходится вытаскивать из… ну, в общем, из разных мест, что это просто жуть. Однако, с другой стороны, если б упал на камни, которыми покрыто дно нашего оврага, то, может… может, и сказка бы наша на этом прекратилась!

А так он всего лишь пролежал с недельку, Степанида прилежно мазала ему все синяки и ссадины… И вот наконец Мужик выполз на улицу.

Был как раз вечер, Луна красовалась в самом центре пластилинового неба и словно бы дразнилась: «Высоко сижу, фига два достанешь!»

Недолго думая, Мужик влез на крышу своей избёнки – стало ближе, но пока ещё далековато. Взял с чердака лестницу, стал её прилаживать на соломенной крыше… Жена молча выносила из дома перины и матрацы.

Когда Мужик поднялся до середины, Луна, по правде говоря, была всё так же далека. А лестница ужасно зашаталась. «Эх, – подумал Мужик, – права была Степанида!» А сам всё продолжал лезть ступенька за ступенькой. Внизу Жена старалась угадать, в какую же он сторону будет падать, куда перины тащить. И представьте, угадала – сердце подсказало ей! Всё-таки она любила Мужика.

На этот раз он, как говорится, отделался лёгким испугом. Дня три заикался и зачем-то всё время поглядывал назад. Но потом отошёл полностью…

– Пора морковь сеять, – строго напомнила Жена.

– Завтра же этим займусь! – клятвенно обещал Мужик.

А сам раным-рано отправился… в лес! В то время как из уже известного нам оврага вынырнуло красное солнышко, а Жена принялась ругать «распроклятого», Мужик наш добрался до леса и по знакомым тропкам, только теперь не засыпанным снегом, а заросшим ландышами и фиалкой, пошёл к… берлоге.

В сказках и даже некоторых научных книжках сказано, будто медведи пользуются берлогами только зимой. Это неверно. По крайней мере, у нас, в лесах, близ Малой Пластилиновки, они живут в берлогах круглый год, как, скажем, зайцы в лубяных избушках.

Мужик долго стучался в дверь и в окошко, пока наконец хозяин не продрал глаза и не вышел на порог:

– Здоро́во… Тебе чего?

– Да вот эта никак мне покоя не даёт! – и Мужик указал на небо, где ещё не успели растаять серебряные невесомые следы ушедшей вслед за ночью Луны.

Медведь задумчиво почесался:

– Что ж, беде твоей можно помочь. Только это будет испытание – не дай Боже!

Мужик в ответ лишь махнул рукой. Когда с дерева прыгаешь в овраг да на колючий шиповник – чего уж тут бояться испытаний!

– Потом, однако, не обижайся…

– Ты, главное, выручи! – воскликнул Мужик. – А в остальном вся ответственность на мне!

– Ну, гляди…

Вскоре они оказались на берегу того самого омута, в котором жила колдовская Щука… И снова они долго стояли, глядя в воду, потом по чёрной глади пошёл медленный круг и показалась ОНА.

Теперь Мужик знал, что нужно Щуке в самые очи глядеть. И что же. Вы не поверите! Мужик увидел космическую ракету, потом искусственный спутник, а потом… пса на цепи!

– Ничего не понимаю! – пробормотал он растерянно.

А вещая рыба плеснула хвостом, сверкнула глазом и… нет её. Мужик в недоумении глянул на Медведя, потом ещё раз в омут… Хозяин леса с недовольством покачал головой:

– Ты книжки вообще-то читаешь?

– А как же? «Сказку о рыбаке и рыбке», журнал «Искатель»!

– Дело хорошее. Но я имею в виду научные – про полёты в космос… Вижу, что не читаешь. Так слушай! Ракеты и спутники, чтобы разорвать земное притяжение, должны развить некоторую скорость, которая называется вторая космическая. Понял теперь, зачем тебе щука показала ракету и спутник?

– Ну, понял. А что же это за скорость такая?

– Долго объяснять, – Медведь-учёный махнул лапой, – но главное, она очень быстрая! Ты вот, например, нашего Зайца догонишь?

– Это навряд ли, – честно признался Мужик.

– А ведь Заяц, хотя бы даже бежал изо всех сил, в космос всё-таки не улетает… Понятно тебе?

– Понятно, – ответил Мужик невесело, – понятно, что не достать мне заветных колокольчиков!

– Вот и неправильно ты рассуждаешь! – сказал Медведь тоном учителя. – Тебе великая Щука какой третий предмет показала?

– Ну… Полкана, деревенского нашего пса. Только при чём здесь он?

– А вот и подумай!

Мужик недоумённо посмотрел на лесного учёного. А потом вдруг схватился за голову, забегал по берегу волшебного омута.

– Медведь Потапыч! Да неужели?! – он прямо произнести не решался, до того удивительная и странная пришла ему в голову мысль!

– Правильно, милый, правильно! – радостно воскликнул Медведь. – Вот за то я тебя и люблю, что котелок варит!