- Привет! - поздоровавшись, присел рядом рыжий воин – царственный ярый собственной персоны.

Мира в это время сидела с маленькой капризной принцессой, наблюдая за скользившими в воде рыбками и ползущими огромными улитками на склизких камнях искусственного озера. Весело напевали они вместе старинную задорную песню на древнем языке. Нет-нет дотягивалась бестия до водной глади пальцами ног, наслаждаясь его прохладой. Заросли парка совсем не скрывали их, они и не скрывались.

- Привет! – ответила маленькая принцесса за обеих, яркими глазками уставившись на чужака.

Мира же, сладко зевнув, даже не взглянула на подошедшего. Всем видом показывая, что у неё важные дела. Её распущенные волосы скрывали лицо, опущенное к воде, наблюдающее за происходящим внизу. Там интереснее! Длинная просторная одежда полностью скрывала её: руки, ноги. И лишь небольшие разрезы по бокам, бесцеремонно открывали голые ступни, синюшные после недавнего приключения в Золотом городе.

Прошли местные сутки после её возвращения, вроде, отдохнула неплохо. Но всё равно казалось, что не выспалась. И как только голова касалась любой ровной поверхности - проваливалась в небытие. И вот сейчас, охлаждая горящие огнём травмированные ноги, боролась с желанием заснуть. А тут? Он!

Царственный чуточку растерялся. Привык он к другим отношениям в свой адрес. Девушка же никак не отреагировала, продолжила заниматься своим делом. Лениво рассматривая рыбок и улиток. Привыкшего к женскому вниманию мужчину, задело, что его игнорируют.

- Интересно, кто такой сладкой малышке спать не давал? - дотронулся Рыжий до игнорировавшего его объекта. До волос, прикрывающих лицо, глаза, недешёвые украшения. И, чего явно не ожидал увидеть на девичьем теле, свежие синяки и царапины. Куда там, на лице у неё такие застаревшие шрамы имелись.

Неловко дёрнулась подранка, чтобы отстраниться, но тем самым только больше привлекла внимание к своему пострадавшему телу, забинтованному до кончиков пальцев рук, с опухшими пальцами и свежими разорванными мозолями. И ноги чуточку приоткрылись, явив также перебинтованные выше ступней конечности. А с нежных девичьих губ сорвался сдержанный стон, явно возникший из-за вспыхнувшей от движения боли.

- Что случилось? - спросил мужчина и попытался взять её за руку, повернуть к себе, чтобы посмотреть, понять происходящее с ней, но девушка опять дёрнулась и попыталась высвободить перемотанную руки, тогда он совсем бесцеремонно потянул полы платья на себя, в желание всё же взглянуть на…

- Руки убрал! - зло оскалилось милое создание, перехватив задирающийся подол.

Мужчина даже растерялся. Понял, что мало того, что девушка его заботу так неподобающе оценила, он же ещё умудрился маленького ребёнка напугать. Белокурая девочка бросилась в объятия няни, в её сияющих ледяные глазках появился испуг.

- Извини, я не хотел вас напугать, - слегка отстранился мужчина, но так, чтобы можно было дотянуться к беззащитным девочкам. – Кто это сделал?

Не отстанет же, фыркнула бестия в лицо наглецу, дотянувшегося и удерживающего её за прядь длинных волос, чтобы она не сбежала.

- Упала, - коротко ответила рыжая бестия, подготовленным ответом для таких вот любопытных.

Только куда ей было знать, что такой ответ – это отмазка от любопытных заботливых женщин купола и малолетних подростков, а вот обмануть вот таких хищных специалистов – безнадёжно.

То, что раздавшийся в тишине свист предназначен именно ему, Ксандр не сомневался. Оглянулся он и увидел на возвышенности смотрителя за мирным укладом жизни горожан. Убрал царственный руки, показав, что ничего не делает, отпустил «сокровище» с чудовищным характером.

Мира незамедлительно воспользовалась ситуацией, постаралась уйти. Так как царственный, нарушивший её с малышкой уединение, покидать насиженное место, как понимала, не собирался. Наоборот, он подпёр спиной каменную глыбу, всем видом показав, что тоже здесь посидит.

Поторопилась Мира, попытавшись соскользнуть с камня, но мужчина не дремал, подставил свои руки, помогая спуститься обеим. Так и быть, подстраховал девушку. Нежно и крепко проведя руками по изгибам её тела от бёдер до тонкой талии и выше. Чуть-чуть сжал… И уже совсем, что никуда не шло, мурлыкнул он её нежно в ушко, вызвав толпу мурашек. Шепнул, чтобы она навестила его. «Ага! Разбежалась! Когда рак на горе свистнет!»

В купол Мира вернулась под присмотром одного из ярых стражников. Как сладкая парочка, мило общающаяся с ним после прогулки. И одежда, принесли ей совсем не то, что она заказывала, а закрытое женское платье, чуть большего размера. Пофыркав, одела. Конспирация! Ничего, один раз потерпеть можно.

Слабая половина населения и подростки ничего не знали о братце Лютого, и поэтому его появление воспринялось положительно. Думали, что он просто долго отсутствовал, и вот вернулся.

С ходу пришлось решать вопрос с «чёрными» гостями. В какой-то момент разговор вышел из-под контроля. Дошло до использования энергетических копий прямо в центральном кругу. Но мало-помалу всё удалось разрулить.

А то, что из-за такого конфликта опять перемкнуло что-то в программе, и погас свет – это такое неудобство - решаемое. Спасибо, аварийка сработала вовремя. Не везде, но свет горел.

И опять Лютому перезагружать программу. Знала это Мира, и ей хорошо бы быть в центре, на всякий «пожарный» случай. Если что, подстраховать. Так она решила, раз уж свела их судьба, связала. Стабилизатором она будет для его купола. Это её решение!

Ночь и тишина, всепоглощающая. Народ, будто вымер. Мягкой поступью передвигалась молодая хищница к центру, словно на охоту вышла. По какой-то причине даже разговоры в куполе велись шёпотом. Как будто бодрствующие полуночники боятся потревожить сон спящих жителей.

Дошла Мира до центра, осмотрелась. Вокруг центрального круга управляющей программы стояло пять воинов с энергетическими копьями. Пятеро, из трёхсот прямых потомков всего Лютого рода. Средней руки мастера, но лучшие из лучших воинов, владеющих энергетическими копьями во всём поселении.

Стояли они с копьями на изготовке, если вдруг программа выкинет защитную энергетическую волну. Прокатись такая защита по поселению: мало не покажется.

Раньше Лютый пользовался хитрыми ловушками, которые расставлял по периметру и если что, они поглощали значительную часть зашкалившей энергии. Гасили волну! Но больше он выпроваживал население на свежий воздух, пока всё не починит. Что было в разы безопаснее. Так как ярые мастера не всегда успевали сдержать полностью незримую мощь.

Мира поглотила как-то энергию копья Рада, когда тот, от сильного эмоционального стресса, чуть было не воспользовался древним оружием. И то, что позволил он энергии поступать хаотично, и то, что управлять он такой мощью не может и, возможно, не сможет никогда. Ну да! Не сама лично поглотила она, а с помощью своего артефакта. Тут так, он и поглощал прилично, и отдавал соответственно. А Мира, она всего лишь промежуточное звено.

Ярые все чувствовали энергетические копья, правда, когда дотрагивались до них, но не всем удавалось управлять мощным артефактом. Из двадцати кровных сыновей Лютого достигли средний уровень только трое. Остальные простые носители, выбивающие незначительные энергетические вибрации и умеющие сдерживать самую малость энергии. Когда-то и Лютый был ярым в ранге «паука» - ранг высшего владения, поэтому именно ему доверили управляющее копьё дома. А теперь, с одной рукой он просто повелитель поселения. Но даже с одной рукой он мог, если что, сдержать мощную угрозу.

- У меня к тебе дело, - присела Мира возле повелителя, - работай, работай, я подожду...

Лютый сам отжал от поверхности, словно крышку от глубокой бочки, специальную панель ручного управления и, открутив энергетическим копьём пластину, залез в самые, что ни на есть, внутренности купола.

- Отойди за границу! –приказал снежный повелитель.

- Полетела душа...

Нет, делала нахалка вид, будто не слышала повеление - пела, мурлыкая себе под нос. Удивляясь, почему Лютый так по варварски производит перезагрузку? Почему нельзя было сделать это мягче? Хотя прекрасно понимала, что не ей учить учёного. Нет! Сидела она рядом с ним на всякий пожарный случай. Чувствуя, что не зря пришла.

Из панели появились яркие искры и посыпались в черноту дна, исчезнув в необъятной глубине. Ух, ты! Заворожено посмотрела «любопытная Варвара» за парящим полётом искр, вслушиваясь, что там происходит во тьме, в то, что там зарождалось.

- Тише, тише, не шали. Успокойся и усни. Баю-баюшки-баю…

Лютый остановился, оторвавшись от работы. Нет, не смотрела на него девушка, ни к нему обращалась, ни ему говорила. Сама себе она на уме.

Поток защитной энергетической волны показался серебряной туманностью и лениво пополз, выползая из-под панели. Прямо из-под рук растерявшегося повелителя. Расплылось оно по чёрному камню центрального расположения, пощёлкивая небольшими световыми разрядами. Словно послушный направленный поток воздуха стало скользить вдоль имеющихся на полу древних знаков. И потом, в одно мгновение растворилась необычная туманность, а оставшиеся искры, словно дождь, полетели к тёмному своду, исчезая в высоте. И так прекрасно оказалось световое зрелище, что заворожено, открыв рот, стояла не только наивная девушка, но и могучие ярые воины.

- Как красиво! - восхитилась девушка, поймав в свои объятия с десяток не успевших скрыться световых светлячка, а ещё несколько запутались в её распущенных волосах.

Искры лениво кружились вокруг девичьего стана, вокруг её рук. Покрутившись, Мира простым движением создала воздушный водоворот. И наигравшись, понимая, что долго такую красоту не удержать, отпустила. Так и полетели искры вверх, кружась в танце. И её длинные волосы вместе с необычным явлением всплыли вверх так, как будто она погрузилась под воду. Волновалась, отсвечивая золотым блеском, копна волос. Не удержалась Мира, и изобразила плавные движения, танцуя.

Ксандр подошёл поближе. Шёл он предложить помощь, а увидел такую красоту. Танцевала «огненная звёздочка» перед снежным повелителем, затуманенным взором хищного зверя наблюдающего за её движениями.

Энергия во всём городе восстановилась. Мира вернулась к себе в приподнятом настроении. Всё хорошо! Всё. Но в душу закралась тревога. «Ворон!»

Как давно Мира не плакала. Не так давно. Рад спал. Она тихо пробралась к нему, устроилась в кресле. Тревожить мужчину своим плаксивым настроением не хотелось. Ей плохо, и это только её боль. Болела у неё душа как тогда в лесу, когда прижимая топор к груди, она чувствовала смерть.

Спавший мужчина оторвал голову от подушки. Подскочил, увидев Миру. Она сидела, наблюдая за волнами света скользившим по волосам. Она безмолвно плакала, он знал. Он слишком хорошо её знал. Естественно, он подумал, что причина происходящего он. Его отношение к ней: он только и делал, что отталкивал её всё последнее время. Потому что боялся, что вычислят её «чёрные». Потому что боялся, что заберут они её. Потому что боялся остаться один.

Подкрался и присел могучий воин перед девушкой, погладил по голове, как котёнка. Нет, не смогла рыжая бестия, такая наглая и злобная, сдерживаться: заплакала, прижавшись к горячей мужской груди.