«Тише едешь – дальше будешь». Не смогла Мира поговорить с Лютым, тем более рассказать, что её связывает с царственным родом. Получив информацию от Влада, заверившего её, что у прибывших хорошо вооруженных воинов самые мирные планы. И пришли они по просьбе глав рода, чтобы помочь перегрузить программу. Решила она пустить всё на самотёк. Будь что будет!

Пришедших воинов встретили с такой радостью, а разговоров…о каждом пришедшем отзывались с восхищением и не только женщины. «Герои!»

Выбрав спокойную площадку для игр, Мира села с малышкой над зацветшим от ряски и розовых лотосов озером. Дразнили они рыбок, наслаждались прекрасным видом, сказочным настроением. Ничто не предвещало грозы. А часики тикали! И понимала она, что как только пришедшие отдохнут, выспятся, тут и начнутся «чудеса», понесётся «тройка вдаль».

Стремительно неслось время в городе под надёжным куполом. Местное население жило одной большой семьёй. А тут ещё Мила назойливо стала приставать, чтобы Мира сходила в медицинский кабинет для женщин и прошла осмотр, как все. «Вот ещё! Надо оно мне, как мёртвому припарки!» - огрызалась хамка. Проигнорировала она такое. Но Мила не отставала, «прилипла, как банный лист», попросила она её ещё раз, потом ещё. Потом, такая на вид милая и наивная длинноухая эльфийка, просто заманила туда нерешительную особу.

- Ну, ладно, а что делать? - стоя в дверях женского смотрового кабинета, сначала Мира интересоваться, что к чему? (Уже было сдалась дикая хищница).

Ей сказали, что? Показали на смотровое кресло, куда залезть следует. На что такая решительная и смелая девушка, вспыхнув, как спичка, и залившись краской по самые дерзкие уши, сказала, что сейчас она, и сбежала.

Огнём горели глаза, горели яркой краской щёки, горела возмущённая душа. «Нет!»

Долго ли коротко, привели ноги Миру в хищное логово «каменного истукана». В пустое и холодное от одиночества. «Вот же!» Не оказалось ярого воина в комнате. Нашла следопыт его за любимым занятием в спортивном зале. Разминка, растяжка, умеренная тяжесть на все мышцы и вокруг народу тьма-тьмущая, занимающаяся благородным делом, меряющаяся силой и выносливостью, хохочущая, гогочущая толпа мужланов. Попробуй тут, прокрадись незамеченной, что чревато. Наступят нечаянно и мокрого места не останется. Боялась, что как раз мокрое место и останется. А это как-то неправильно на её статусе «смелой-смелой, дерзкой-дерзкой» могло отразиться.

Рад заметил быстрое приближение своей дикарки, идущей напролом. За эти несколько дней после возвращения, Мира заходила к нему один раз и лишь на несколько секунд, проведать, как у него дела, и сказать, что у неё всё хорошо.

Хорошо всё у неё, знал это «каменный истукан», её психическое состояние улучшилось, она больше не разговаривала во сне. Что радовало. Но было то, что не радовало. Заметил он, что слежка за ним велась круглосуточно. Да не местными, а «чёрными». Понятно, блюдут, заподозрил Рад, что пытаются они вычислить, кто из навещающих его девушек их родственница. Но девушек и женщин его навестило после прибытия около десятка. И это не считать, что, и завтрак, и обед, и на ужин заходили в его комнату сладкие и соблазнительные красавицы. А если учесть, что кто-то из них задерживался…

Предчувствуя неладное, Рад встретил Миру на подходе. Подумал, что всё: добрались до неё. Но нет! Совет ей потребовался, да такой, что смех разобрал грозного воина.

- Подскажи, что сделать, - шёпотом обратилась к нему девушка, - чтобы они отстали от меня со своим медицинским осмотром.

Нет, он думал что-то серьёзное. А тут... знаком показал «истукан», чтобы она шла и прошла. Правила едины для всех! Огромным кулачищем ещё так пренебрежительно помахал ей: иди, иди…

Недовольно пофыркав, губки очаровательно прикусив, словно обиженная и отвергнутая, пошла Мира бродить по городу одна, избегая назойливых девчушек-хохотушек, что-то громко обсуждающих между собой отношения: любит – не любит, и в том духе.

Нет, не столько процесс обследования возмущал, природу которого она не понимала. Зачем? Для чего? Возмутило к вечеру ещё и другое, «подлив масло в огонь», кто-то тайно посетил её личную комнату в девичьем углу и забрал подростковую амуницию для прогулки, ту, что Рад дал. Что-то показалось Мире, что её «истукан» к их исчезновению не имеет отношения. Но это требовалось узнать точно.

Вечером, довольно поздно, Мира дождалась прихода Рада, сидя на ступеньках его логова, перебирая кончик длинной косы, накручивая его на палец. Пришёл он, да не один, его сопровождала молоденькая девушка – «курица», перевешанная украшениями «ёлка» из девичьего угла, смазливая на мордашку ушастая девушка.

Рад прошёл мимо. Он даже не посмотрел в её сторону. Украдкой показал знак: тайм-аут. Это её знак, которым она предупреждала его о нескольких днях личной свободы от его общения по причине женского «праздничного» дня. Разозлил он хищное нутро, несдержанную бестию, нахалку.

- Пошла вон! Ещё шаг и некуда тебе будет побрякушки вешать. Брысь! – обратилась Мира к идущей за мужчиной девушке.

Приостановилась разряженная девушка на секунду, показала по-детски язык отвергнутой подстилке. Мол, она вот какая супер, обскакала Миру. Ой, зря!

Закрыла Мира глаза, спрятав вспыхнувшие злобой взгляд, и заставила себя успокоиться. Сама почувствовала себя той оскорблённой женщиной, которую однажды Мира облила сладеньким, чтобы Раду насолить. Да, неприятно! Но…

Ничего серьёзного в комнате не произошло между парочкой. Если так можно сказать, Рад просто немного позволил милой девушке, которая неоднократно проявляла к нему излишний интерес, осмотреть его одинокое логово. Ведь он не звал её к себе, не приглашал, она сама пришла - напросилась. И Мира, если бы она была его женщиной, имела бы полное право оттаскать дерзкую ярочку прямо у дверей. Но нет! Мира, вроде, стерпела обиду. Подарил Рад гостье украшение, а ушастая девушка, в свою очередь подарила мужчине несколько изящных поцелуев. И всё! На том они расстались.

Ярость кипела зелёным пламенем. Вот она чёрная полоса! Это расплата за радостную прогулку, как чувствовала. Мира еле сдерживала в себе клокочущее чёрное нутро. Себя она сдерживала. Нет! Это не её ярость и злоба, чувствовала Мира. Это не её чувства. Это что-то извне стучалось. Или самой ей так легче было на кого-то скинуть ответственность?

Мира дождалась, пока новоиспечённая пассия радостно покинет комнату. Гордо и высокомерно проплывёт мимо, слегка толкнув одиноко стоявшую её, соприкоснувшись звякнувшими украшениями.

И это стерпела Мира. Выдохнув, вошла к Раду, чтобы, наконец-то, признаться ему.

- Я знаю, что за тобой следят. Но на лицо меня знает только один из пришедших «чёрных» воинов – Ворон. Он мне прямой родственник - брат. Я хочу попросить тебя ни в коем случае не вмешиваться в наши кровные разборки, чтобы ни случилось. Пообещай мне. Пожалуйста! (Мужчина фыркнул, явно выразив, что ему всё равно, потянувшись в кровати). Спасибо! Меня зовут Ярамира. Мама так назвала. Потомок «чёрного камня» и кого-то из солнечного рода. Но, думаю, что царственные обо мне не знают. На это «чёрные» и рассчитывают, чтобы решить со мной вопрос без лишней огласки. По-моему. Поэтому не будут вокруг да около, вилять. - Окатило хищного воина холодненьким, не ожидая такого разворота событий. Ну, ладно «чёрные?», а царственные?.. - Гремучая смесь, я больше не хочу убегать. Надоело прятаться. Тебе как никому знакомо, как медленно протекает время в одиночестве, в пустоте. Поэтому, ты стал свободным? И я тоже нажилась одна, наскиталась по лесам… - Больше Мира ничего не сказала, нет. Слов больше не надо. Всё и так ясно. Ошибся он в ней. Ошибся, не только он...- Будь осторожен, заботься о Малом. И спасибо за всё!

Он её не остановил, она вышла из его логова, низко опустив голову, ещё и носом пошмыгав, и погружённая в свои мысли, пошла по гудящему «улью». Ноги сами вернули её в тихое убежище, в девичий угол. И всё бы ничего!

Ну, вот! Шла, никого не трогала. Думала о жизни, а эти... Новоиспечённая пассия Рада как будто специально дожидалась огорчённую и отвергнутую любовником девушку у входа. «Ласково» высказалась, пригрозив, чтобы Мира отстала от её любимого. Опять языком подразнила. Всё! Терпение кончилось.

Если бы не вмешались, завизжавшие подружки девушки, на что быстро отреагировала охрана. Для начала мужчины рукава спецовки пониже опустили, чтобы и им острыми коготками не досталось от милых, юных, очаровательных созданий. И побежали расцеплять, вцепившихся друг в друга «диких кошек», вырывающих беспощадно целые клочки длинных волос и вместе с украшениями. Кто его знает, кто из девушек больше пострадал. Проблема была в том, что все как один, все имеющиеся девушки заявили, хотя Мира могла поклясться, что они не видели начало конфликта, так как провокация была спланирована милашкой тщательно, что во всём виновата именно она - Мира. Кто бы сомневался?! Даже саму Миру это не удивило. А нечего было поддаваться на прилетевший плевок.

Развели соперниц по комнатам и пригрозили, что утром их ждёт нечто страшное. Уф! Наконец-то! Легла Мира в кровать и улыбнулась. Настроение и боевой настрой не соответствовали потрёпанному виду. Весь хищный мир стал мил. Прекрасно жить на свете! С тем и заснула.